Всю следующую неделю она ждала, когда он успокоится. Безропотно восприняла перемену его настроения и с наслаждением включилась в игру, которую Дима так внезапно ужесточил. Она была послушной, не просила ни о чем для себя — чувство вины помогало ей оставаться отличной беспроблемной нижней, несмотря на то, что каждый вечер той недели он придумывал что-то неудобное для нее.
Например, накрывать ужин и есть абсолютно голой. Сделать ему минет и заснуть неудовлетворенной. Проснуться среди ночи от того, что он возбуждает ее, а потом трахает до изнеможения, пока она не кончила три раза подряд. Следующим вечером сидеть у его ног связанной целый футбольный матч, послушно принимая унизительные позы для осмотра и небрежные ласки в перерыве на рекламу.
К концу недели он снова стал мягче, и Лори ощутила громадное облегчение, когда в субботу утром Дима просто обнял ее, нежно лаская, стимулируя пальцами почти до оргазма. А потом обладал ею так ласково, что этот секс, наверное, могли бы номинировать на премию «ванильный утренник года в позе ложкой».
Но во время этого секса Дима был не единственным, кто стал нежнее обычного. Лори вдруг поняла, что сама стала такой шелковой кошечкой, какой не была очень давно. Сексуальной, ласковой, теплой, нежной, послушной каждому его движению — такой, какой она сама себе очень нравилась.
- Да, да, да, — тихонько простонала она, как только поймала эту волну кайфа во всем теле.
- Хорошая вкусная девочка. Обожаю тебя, — шепнул Дима ей на ухо.
Выходной день после этого прошел в полной идиллии — у Димы, наконец, появилось настроение заняться домашними делами, которые он долго откладывал. Он на три часа пропал на строительных сайтах, после чего привел ее за руку в ванную и долго рассказывал, что предлагает поменять — с таким вдохновением, что Лори даже не решилась вклиниваться со своими идеями.
- Может, съездим пообедать в кафе? — осторожно предложила она.
- Кафе закрыты на карантин, малыш. Забыла? — вздохнул он.
- О боже. Да, забыла, — мгновенно грустнея, сказала Лори и села на край ванны. — Чертова новая реальность.
- Все будет хорошо, — мягко сказал Дима, потрепав ее по спине. — Закажем еду на дом, и все.
- Знаешь, — задумчиво сказала она чуть позже. — Я думаю, мы давно не бывали в клубе. Как насчет показать шокирующую сцену этим новым ландышам, которых понабрал Макс? Посмотреть на их лица?
- Лори, — с немного сочувствующей улыбкой сказал Дима, и она в первую секунду даже не поняла. А потом почувствовала настоящий страх, который зародился где-то в животе и мгновенно распространился выше, до самого горла.
- Нет. Они не могут закрыть клуб, — страстно возразила она так, словно этот вопрос решал именно Дима.
- Уже закрыли, — вздохнул он. — Я прочитал с утра в телеге.
- Нет!
Лори опустила вилку в тарелку. Она пыталась понять, почему такое тривиальное событие так пугает. Ведь они уже три недели слушали новости про закрытие всего на свете: школ, торговых центров, фитнесов и баров.
- Хорошо, что у нас есть приватные вечеринки, — пожал плечами Дима. — Не расстраивайся, это максимум на месяц.
- А что, если они разорятся? — выпалила Лори. И вдруг поняла, почему так переживает. — Это же клуб, в котором я познакомилась со всеми. Я познакомилась там с тобой!
Дима замер, внимательно посмотрел на нее, и его выражение лица изменилось — было заметно, что он тронут.
- Что бы ни случилось, помни, что я люблю тебя, — вдруг сказал он.
Лори на секунду замерла, но на всякий случай кивнула:
- Ладно. А тоже тебя люблю. А что должно случиться?
- Ничего. Ничего особенного, — улыбаясь самой безоблачной улыбкой, ответил Дима.
И она поверила ему, хотя и чувствовала, что что-то не так.
Глава 18. Иногда этим сучкам везет.
Ник.
Полторы недели назад, расставаясь с Томой, он чувствовал громадное облегчение. Главной причиной этого приятного состояния была надежда избавиться от вспышек сильного гнева, которые мучили его во время ссор. Ник ненавидел терять над собой контроль, но он не мечтал, что избавится от этих приступов навсегда. Он хорошо знал себя. Единственное, на что он рассчитывал — это длинный перерыв, отдых от стрессов.
Тогда он понятия не имел, что его бизнес-партнер способен подложить такую свинью. В тот самый день, когда они закрылись на карантин, Макс не нашел ничего лучше, как позвонить ему и сообщить, что на вечеринке у Миши в субботу будет Тома со своим новым парнем Артемом.
Телефонный звонок застал его на первом этаже, где Ник пил кофе и наблюдал за работой строителей, которые собирали оборудование и готовили помещение к косметическому ремонту. Он старался не думать о том, что клуб может не открыться после карантина — потому что к тому времени у них не останется ни сотрудников, ни денег.
Когда до него дошел смысл слов Макса, Ник почувствовал что буквально звереет.
- Я не понимаю. Как ты мог это одобрить? — процедил он, стараясь сдерживаться изо всех сил. — Я же ясно сказал, что аннулировал ее абонемент в клубе.
- Да, и я согласился с этим, — твердо ответил Макс. — Но вечеринка будет не в клубе, а у Мишки на даче. И он приглашает кого хочет.
- Так это Мих пригласил Тому? Не знал, что они близкие друзья, — ледяным тоном заметил Ник, сжимая кружку с кофе так, что она треснула с тихим щелчком. Быстро поставив ее в раковину, Ник вышел из-за стойки бара и пошел к лестнице. Он знал, что вот-вот повысит голос, и не хотел, чтобы рабочие это слышали.
- Миша пригласил Артема, по моей просьбе. А Тома теперь его девушка. Так вышло, — лаконично объяснил Макс то, что Ник понимал и без него.
- Дай-ка я догадаюсь, — максимально саркастичным тоном из своего арсенала начал Ник. — Наш милый друг Артем не собирался идти на эту вечеринку, пока не начал встречаться с Томой, да?
- Даже если так…, — начал Макс, но Ник нетерпеливо перебил его:
- Макс, ты помнишь, кто перерезал провода в клубе в прошлом году?
Тишина, воцарившаяся в трубке, могла говорить о чем угодно. Но Ник надеялся, что Макс задумался.
- Ты должен понимать одну простую вещь о Томе. Ее не интересует Артем. Она использует его, чтобы добраться до меня. И эта женщина реально способна на многое, чтобы обратить на себя внимание. Перерезать провода, прийти без приглашения. Следующий раз она может поджечь Мишке дом. Я уже ничего не исключаю.
Ник перевел дыхание, ожидая услышать в ответ: «Ты прав, извини». Или как минимум: «Я подумаю». Но в трубке воцарилась новая длинная пауза, и он вдруг отчетливо понял, что Макс не пытается понять и принять его аргументы.
- Ник, я подъеду в клуб попозже и мы спокойно поговорим, хорошо? — предложил он.
Давно зная Макса, Ник не испытывал сложностей с переводом этой фразы на более честный вариант: «Мне насрать на все, что ты говоришь. Я уже решил все сам». И на такое заявление он мог дать лишь один ответ — свою чистую и честную ярость.
- Я спокоен, Макс! — заорал он, едва набрал достаточно воздуха в легкие. — Потому что я больше не собираюсь ехать на эту вечеринку! И я совершенно точно не собираюсь ждать тебя в клубе, у меня тоже есть личная жизнь. Горячий привет Томе и ее нижнему Артему!
Бросив телефон на кровать, Ник глубоко вдохнул, выдохнул и сел. Он даже не помнил, как взлетел по лестнице и оказался в своей комнате — настолько был вне себя из-за этого разговора. О Томе он не желал даже слышать — не то, что встречаться с ней снова. Поэтому решение не идти на вечеринку Ник считал единственным верным выходом. Хотя для их с Максом сотрудничества это было началом конца.
Просидев в полной тишине и оцепенении какое-то время, Ник медленно поднялся и пошел в душ, где стоял под горячей водой добрых минут тридцать. Он знал, что собирается делать сразу после того, как выйдет и оденется. То, что он всегда делал в таком разобранном состоянии — искал контакта с женщиной, которой нужна его забота. Потому что после того, как он позаботится о ней, она найдет способ позаботиться о нем.
