Что было мне на руку, поскольку я вновь собирался вломиться.
У меня когда-то был ключ от пристани, но я его потерял, когда был подстрелен, утонул, умер, оживал в коме, носился некоторое время за моими друзьями, а потом очнулся в кровати Мэб.
(Моя жизнь. Адские колокола.)
В общем, у меня не было ни ключа, ни лишнего времени, поэтому, подойдя к запертым воротам пристани, я злоупотребил своей новой суперсилой, и с низким скрипом сгибаемого металла ворота поддались и открылись. Это заняло у меня не больше трёх секунд.
— Круто, — прошептала из-за моей спины Молли. — Погоди. Ты и машину так вытащил?
Моё дыхание немного сбилось от приложенного усилия, но я усмехнулся.
— Ну и ну! — воскликнула Молли. — Да ты силён как Человек-Паук.
— Не-а. Человек-Паук может выжать десять тонн. Меня хватает лишь на подходы по четыреста килограммов.
— Килограммов?
— Грузы для штанги достались мне по наследству, — ответил я. — Они из Европы. Не знаю точно, сколько это будет, если перевести на английский.
— В Англии используют килограммы, — сухо сказала Молли. — Но это также где-то шестьдесят-шестьдесят пять стоунов.
Я остановился и уставился на неё.
Она премило улыбнулась мне.
Я вздохнул и продолжил шагать в сторону катера.
Катер назывался «Жучок-плавунец». Он мог бы сойти за дублёра посудины сварливого старого рыбака из «Челюстей», за исключением того, что был недавно покрашен и отполирован. Он смотрелся даже немного слишком хорошо. Я остановился на причале перед ним.
Здесь. Я стоял прямо здесь, глядя на причал, когда это произошло. Я не ощутил сильнейшей боли в груди на самом деле, но память о ней была настолько четкой и ясной, что я мог бы с тем же успехом заново испытать её… До того, как я упал в воду, мне не было больно, но когда Мэб и Предел Демона смогли собрать воедино мои душу и тело, боль была адской.
И подумать только, что мне пришлось попросить знакомого громилу прийти и застрелить меня. Сейчас это казалось напрасным. Тогда я был уверен, что если смогу одержать победу в тот день, то, благодаря сделке с Мэб, стану монстром, которого нужно обезвредить. Я сам нанял для себя убийцу, а Молли использовала свои уникальные способности, чтобы помочь мне забыть, что это должно было случиться. План был в том, чтобы, как только тот день окажется позади, с помощью мощной винтовки помешать моему постепенному превращению в Гарри-монстра.
Но я выжил. И теперь, видимо, пришла пора для Гарри-монстра.
Из достоверного источника я знал, что не должен стать совсем психованным злодеем… если считать, что архангелу можно доверять, чего я не делал. Из другого достоверного источника я знал, что это всё равно в конце концов закончится именно так. Так что в итоге я не представлял, что на самом деле будет со мной в будущем.
Да уж. И почему я вообще должен стать каким-то другим?
«Жучок-плавунец» определённо ещё не был подготовлен к зиме. Это было крепенькое, надёжное суденышко… Не быстрое, но стойко сносящее всё, что преподносила ему природа. Трап был опущен. «Рея» и «трап» — это единственные морские словечки, с которыми я свыкся. Я взошёл по трапу без колебания, даже в полумраке поздней ночи. Я знал этот катер. Я много раз плавал на нём на остров.
Я прошёл по палубе и поднялся на крышу рубки, где располагался штурвал. Я включил пару старых светильников и проверил датчики. Топливо, масло… порядок. На поездку до острова и обратно хватит с лихвой. В замке зажигания не было ключа… он хранился в небольшом сейфе в каюте катера, но я знал комбинацию.
— Мы не кусаемся, — мягко сказал я. — Ну залезай же.
Пока я спускался в каюту, Молли начала подниматься по трапу.
Не было ни единого предупреждения. Ни звука, ни движения — ничего. В одну секунду я спускаюсь по лестнице, а в следующую мои лицо и грудь уже придавлены к стене и кончик чего-то очень острого вжимается мне в шею прямо под левым ухом. Холодные, очень сильные пальцы обхватывают мою голову, вжимая её в стену. Сообщение было предельно ясным: стоит мне дёрнуться, и эта острая штука войдёт мне прямо в мозг.
Я замер. Это казалось разумным. Если бы напавший хотел меня убить, то я уже был бы не в состоянии рассуждать о его намерениях.
— Здравствуй, дорогой, — промурлыкал очень мягкий мужской голос. — Думаю, ты ошибся лодкой.
Я тут же облегчённо обмяк.
— Звёзды и камни, — выдохнул я. — Томас, ты напугал меня, как чёрт знает что.
Давление холодных пальцев на мою голову ничуть не ослабло, но ненадолго воцарилась ошеломлённая тишина. А потом давление на мой череп стало просто яростным.
— Ты думаешь, это весело? — голос моего брата сорвался на крик, закипая от гнева. — Думаешь, меня позабавит такого рода выходка?
— Томас, — сказал я. — Это я.
— Ну конечно, — прорычал Томас, на секунду ещё больше усиливая давление. — Гарри Дрезден мёртв.
Мне показалось, что мои глаза сейчас просто выдавятся из орбит:
— Ух!..
— А теперь, — прорычал Томас, — я дам тебе ровно три секунды, чтобы начать говорить правду, или, клянусь Богом, никто не сможет найти достаточно кусочков твоего тела, чтобы опознать тебя.
И он не шутил. Адские колокола. Он был в ярости. Даже будь я из тех парней, которые никогда ничего не боятся, что определённо было не про меня, я бы и то сейчас начал сильно нервничать.
— Мэб! — выдавил я из себя. — Чёрт возьми, Томас, ты балбес. Это всё Мэб!
— Тебя послала Мэб? — резко спросил Томас.
— Мэб спасла меня! — проскрежетал я. — Адские колокола, старина! Это же я!
Рычание Томаса стало ещё ниже, но он не сплющил мой череп и не воткнул острый металл мне в голову. Томас был силён, сильнее меня. Вампир Белой Коллегии может проявить такую силу только в особых случаях, но Томас был очень сытым вампиром. Я знал, что если он захочет это сделать, стероиды Зимнего Рыцаря мне не помогут, и он сможет скрутить меня в узел, столь же запутанный, как логика конгрессмена.
— Молли! — позвал он. — Я знаю, что ты здесь. Я чувствую твой запах.
Через несколько мгновений послышались мягкие шаги, и у двери шевельнулись тени.
— Я здесь.
— Что это такое, чёрт побери? — требовательно спросил он.
— Не знаю точно, — ответила Молли. — Тут темно. Но если бы я могла увидеть, я бы сказала, что предпочитаю даже не пытаться разнимать двух братьев, когда они дерутся. Это всё равно не помогает.
Две или три секунды прошли в ошеломлении. Потом давление на мой череп исчезло так быстро, что я едва не упал. Я смог удержаться на ногах и покачал головой:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
