Читаем без скачивания Сердце Назиании - Наталия Летувет

– Это Пушинка, – встрепенулся Хвостокрас.

– И меч-трава.

– Скорее туда!

И они поспешили на выручку.

Пленение Омелы

Первый раз в жизни Омела так разозлилась. Ведь то, что случилось сейчас, просто не могло произойти. Потому что такого никак не могло быть. Из темноты выскочили три белых пушистых круглика с какой-то травой в лапах и, не дав ей даже на секунду опомниться, обездвижили ее и охранника-плеснюка. Да не просто обездвижили. У них была магия! И теперь плеснюк валялся на дороге, даже не похлюпывая, потому что к нему была применена тогра осушения, а Омела совершенно не знала, что же ей теперь делать.

Зато круглики знали.

– Это эльва, – задумчиво отметил Медляга. – Тогра осушения тут не подойдет. А вот если попробовать тогру цветения?

– Ты что, собрался сплести для нее веночек? – ехидно поинтересовалась Пушинка.

– Погодите-ка. А я ведь, кажется, ее знаю, – Медляга, разглядывал Омелу в свете фонарика, который он только что подобрал. – Мы эту белую эльва уже встречали. На острове Астрагала.

– Точно, это она! – согласилась Пушинка. – А не кажется ли вам это странным? Что она тут вообще делает? На болотах да еще и с плеснюками?

– Вряд ли она нам об этом расскажет, – отметил Солнечник. – Хотя попробовать стоит.

– Ты чего тут делаешь? – насколько мог вежливо поинтересовался Медляга у белой эльва.

– Я не собираюсь отчитываться перед всякими кругликами! – нежное личико Омелы скривилось в презрительной гримасе. – А ну-ка брысь отсюда! Это все какой-то дурацкий трюк.

– А вот и нет! Это самая настоящая магия! А я… я самая настоящая волшебница, – и Пушинка направила на Омелу свой травяной меч.

– Ты? Милая зверушка, не говори глупостей. Мне, ученице самого Лиховреда Подземелия, достаточно шевельнуть пальцем, чтобы от тебя не осталось и мокрого ме…

– Агфас! Агфас! Агфас! – выпалила Пушинка.

В темное небо взметнулся сноп изумрудных искр.

– А зачем тебе понадобилась тогра роста? – удивился Солнечник.

И тут он понял почему. Длинное платье Омелы, сделанное из дикого льна, зашевелилось. Как живое. И из него полезли корни и стебли. Корни начали немедленно распространяться по земле, намертво врастая в поверхность, а стебли как один стали тянуться вверх, так что скоро Омела оказалась окружена листьями и цветами, как частоколом… или как клеткой. Омела попыталась выпутаться из своего бывшего платья, но куда там. Белая эльва не то чтобы пошевелиться, даже закричать не смогла, потому что противные маленькие листочки набились ей прямо в рот.

– Что тут у вас происходит? – вдруг услышали круглики. – И это что за вертикальная клумба?

Пушинка на всякий случай снова схватилась за меч. Но тут на свет вышли Алая и Хвостокрас.

– Мы ее поймали! – сообщил им Медляга. – Мы поймали Омелу. Она оказалась ученицей Лиховреда. Она сама так сказала.

– А это точно та Омела? – спросил Хвостокрас. – Что-то она не очень на себя похожа. И как вам удалось запихнуть ее в такую… гм… узкую клетку?

– Мы просто немного научились пользоваться травяными мечами, – скромно ответила Пушинка.

– Ну да, конечно, – Алая вспомнила булыжниковую магию Хвостокраса, но решила, что сейчас неподходящее время для споров. – Еще немного поупражняемся и станем настоящим боевым подразделением.

– Вот здорово! – обрадовался Медляга. – Отряд Травяных Мечей. Звучит неплохо.

Но тут Омеле, все это время безуспешно боровшейся с нахальной растительностью, удалось немного ослабить хватку. Она издала громкое мычание и даже попыталась замахать руками.

– Что это с ней? – спросил Хвостокрас.

– Может, воздух закончился? – предположил Солнечник.

Медляга поднес фонарик к лицу белой эльва:

– Да нет. Дышит она нормально. Между прочим, – обратился он к Омеле. – Если ты сейчас нам расскажешь, где находится Астрагал и как пробраться в замок Лиховреда, мы тебя освободим. Ну, то есть уберем все эти листья и ветки, я это имел в виду.

Омела немного подумала, а потом закивала в знак согласия.

– Может, я попробую расколдовать ее платье? – предложил Хвостокрас.

– Не-ет! Лучше я, – Алая решительно перехватила инициативу. – Имион! Имион! Имион!

И только после того, как слова тогры искрами разлетелись в воздухе, она поняла, что снова не воспользовалась травяным мечом. Зеленая магия, которой не было во всей Назиании, продолжала быть ей подвластна.

– Тьфу! – Омела выплюнула несколько самых вредных листьев, а потом хорошенько откашлялась. – Я вовсе не предательница! – сообщила она. – Меня заставили.

– Так мы тебе и поверили! – хмыкнула Пушинка.

– Верьте мне, это так! – не унималась Омела. – А Астрагал сейчас в замке Лиховреда. Вы его там обязательно найдете. Я могу вас туда отвести. Мне совсем не трудно!

– Этого еще не хватало, – сказал Хвостокрас.

Омела тяжело вздохнула, как бы огорчаясь такой их недоверчивости, и продолжила выкладывать секреты. Хотя никто ее об этом не просил.

Когда она рассказала все, что пригодилось бы им, чтобы проникнуть в замок, друзья отошли в сторонку, чтобы решить, как им лучше поступить.

– Вместе с Омелой в замок идти нельзя, она нас в ловушку заведет, это точно, – сказал Хвостокрас. – Но если мы сами туда проберемся, нас тоже схватят. Даже травяные мечи не помогут.

– Нужно сделать так, чтобы они нас приняли за своих, – предложил Медляга

– За плеснюков, что ли? – рассмеялась Пушинка.

Алая задумалась. Очередная безумная идея Медляги. Хотя это с какой стороны посмотреть…

– Скажи, Хвостокрас, твои краски, они действительно живые? Если у тебя Цветы стали точь-в-точь деревья, то почему бы троих из нас не раскрасить под Омелу и двух плеснюков?

Хвостокрас задумался.

– Можно попробовать, – наконец решил он, – вдруг у меня получится. Но только эльва из круглика я точно не сделаю. Тебе, Алая, придется стать Омелой.

– Тогда я буду плеснюком, – сказал Медляга.

– Почему обязательно ты? – возмутилась Пушинка. – Может, мы с Солнечником тоже хотим.

– Я бы тоже не отказался попасть в Глубинный замок, – сказал Хвостокрас. – И сам себя я тоже могу раскрасить.

– Давайте тянуть жребий, – предложила Алая. – Кому достанется короткая соломинка, тот и пойдет со мной в замок.

Они подобрали с земли несколько травинок и стали тянуть.

– У меня короткая! – обрадовался Медляга. – Я же говорил, что все равно пойду!

– И у меня тоже, надо же! – удивился Хвостокрас, который даже и не рассчитывал на такую удачу.

– Ну и ладно, – сказала Пушинка, – Зато мы с Солнечником будем охранять Омелу и плеснюков. Это тоже ответственное дело. Все время нужно быть начеку.

Алая, Хвостокрас и Медляга в Глубинном замке

Краскомаскировка удалась на славу, даже Хвостокрас казался ниже ростом, а Алая выглядела точь-в-точь как белая эльва.

Они отправились в Глубинный замок пешком, без легкомобиля, чтобы его случайно не заметил какой-нибудь вышедший погулять плеснюк.

Вскоре Медляге надоело спотыкаться о кочки и прочие неровности дороги, петляющей среди болот, и он начал ныть:

– Мы все утро потратили на раскраски, я даже позавтракать как следует не успел. А теперь мы бредем по жутким лужам и валунам. Хорошо еще, что я теперь плеснюк, и на мне никакая грязь не заметна.

Заметив, что его вопль не произвел должного впечатления на дылдяя и эльва, Медляга решил по-другому продолжить свое сольное выступление:

– И вообще, здесь так такая ужасная тишина, как будто мы и не на болотах вовсе. Тут же, кроме нас, совсем никого нет! Даже птицы не летают. Да что я говорю, птицы? Тут даже мухи вымерли. Уверен, что со скуки.

– Зато ты орешь очень громко, – отметила Алая. – Так, что тебя на всех вокруг болотах слышно. Ты же можешь нас выдать.

– Ну да, тебе легко говорить. У тебя вон какое платье! И волосы. В этой маскировке ты стала писаной красавицей. Ну, то есть раскрашенной. А я теперь – серый хлюпающий плеснюк.

– Ты же сам хотел пробраться в замок, – напомнил ему Хвостокрас. – А мне вот, кстати, понравилось быть плеснюком. Всегда хотелось попробовать стать кем-нибудь другим… быть дылдяем – это так скучно.

– Между прочим, нам навстречу идут плеснюки, – сказала вдруг Алая. – И, если вдруг забыли, вы – это теперь они.

– Ты сама лучше помни, что должна теперь все время пищать и сюсюкать. И ресничками хлопать, – проворчал в ответ Медляга.

Плеснюки действительно приближались. Они узнали Омелу.

– Госпожа, – самый толстый склонился в приветствии, – хорошо, что вы уже вернулись. Его Мрачнейшество был недоволен. Видеть вас срочно хочет.

– Я обязательно с ним встречусь, – кивнула Алая, стараясь выдавить из своего голоса как можно больше сладости, – скоро. Так ему и передайте.