самых понимающих начальников, она сама рассказывала. Не стал бы так с семейного праздника её дёргать.
Точно перегнул. Под юбку бесцеремонно полез. Не помня себя гладил бархатную кожу, ласкал, оттягивал резинку трусиков и даже провел ладонью по кружеву. Неандерталец тупой. Хотел нахрапом, как со всеми.
А Вася сдерживалась, сопротивлялась, краснея и сбиваясь объясняла, что не может вот так просто. И это цепляло Элиаса сильно. Непривычно было и сразу непонятно. Но потом...
Лапулина неготовность сказать ему "да" только добавила девушке очков в его глазах. Было в этом что-то особенное — проявлять уважение, ждать, усмирять хотелку. Ради Василисы. Это делало будущую победу особенно манящей и ценной. Он потом всю ночь как школьник мечтал и представлял как все будет.
В трубке длинные гудки сменились равнодушным "абонент временно недоступен. Перезвони, пожалуйста, позже".
— Да блин, — Элиас швырнул телефон на стол и отхлебнул пряный крепкий кофе. Поморщился от жжения перца с которым переборщил и выругался порцией отборного мата.
— Все, внучек, остался ты без наследства, — бабушка Марта деловито присела в плетеное кресло напротив и с опаской понюхала его кофе, — не для того я всю жизнь копила, чтобы половина шаболде досталась.
— Бабуля, — Элиас закатил глаза, — да не буду я с Соней встречаться.
— Что-то не похоже, она вон какая счастливая ходит, — Марта недовольно оглянулась в сторону окна, где хорошо просматривалась кухня и люди за столом, — и чего это Василиса уехала? Обидел?
— Не обижал я никого, — вспылил Элиас и, хлопнув дверью, направился к себе в спальню.
После обеда точка кипения была достигнута. Отец качал головой, мама вздыхала, Оскар смотрел в интернете кольца для помолвки и постоянно спрашивал его мнение.
Быстро со всеми попрощавшись, он залез в свой внедорожник и помчался домой. Трижды по дороге его поймала камера на скорость, что настроения не добавило. На въезде в город гайцу пришлось выдать взятку.
Кисло попрощавшись с ним и с деньгами, в черте города Элиас уже не гнал.
Дома в тишине тоскливо посмотрел на стены, ударил пару раз грушу, заказал доставку еды. Возникла мысль поехать прямо сейчас к Васе и выяснить в чем дело. Ну да, будет выглядеть как ревнивый олень, но пофиг вообще.
Закинув в себя порцию китайской лапши с говядиной, он натянул зачем-то рубашка и отправился к Васе. По дороге в цветочном ларьке собрал букет.
Перед женщиной главное извиниться, а за что, можно и потом аккуратно узнать.
Подъехав к нужному подъезду, он взбежал по ступенькам и начал трезвонить в звонок. Букет зажал под мышкой.
От нетерпения потирал друг о друга влажные ладони и прислушивался. Когда через минуту никто так и не ответил, нажал на звонок снова. Подождал ещё и стал трезвонить настойчиво. На часах было только около одиннадцати вечера, детское время ещё и Василиса вряд ли в кровати.
Через десять минут бесполезного ожидания спустился к подъезду и обошел дом, чтобы посмотреть на окна Василисы, что были расположены с другой стороны. Там было темно. Немного потупив, вернулся к машине и залез в салон.
Куда ее могло занести? К Наде? Он-то здесь, Серёжа за границей, у родителей нет.
"А вдруг пошла на свидание?" — просочилась в голову неприятная мысль и Элиас поджал губы. Бред. Не успела бы ещё ни с кем познакомиться. Да и ее успеет, он не даст.
В руке завибрировал сжатый там телефон и Элиас быстро мазнул по экрану, включая громкую связь.
Из динамика донеслась сбивчивая речь не очень трезвой Нади, которая пыталась перекричать громкую музыку. Из всего, что он услышал, было понятно лишь одно — нужно срочно ехать спасать Васю и название очень известного ночного клуба.
Выругавшись, на этот раз по шведски с акцентом, Элиас нажал на газ и стартанул в сторону клуба. Мимо проносился ночной город, а в голове проносились одна за одной дикие мысли. Что могло случиться в этом очаге разврата с его наивной девочкой. Да, в мыслях Элиаса Лапуля какой-то постепенно стала именно его. Вдруг к ней пристал какой-нибудь зарвавшийся мажор? Или ей стало плохо, вдруг Василиса без сознания? Или хозяин клуба утащил к себе в випку? Этот мешок с костями любит свеженьких и наивных. Конец ему тогда!
Доехав до клуба, Элиас бросил машину на парковке, заняв место какого-то задрота на ладе, который парковался слишком медленно. И, проигнорировав возмущенные окрики, поспешил внутрь. На входе проблем не возникло, внутрь пустили быстро. И хорошо, устраивать скандал Элиасу не хотелось.
Ворвавшись в зал, он втянул носом пропитанный пороком и жарой воздух, осмотрел первый и второй этажи, сплошь забитые народом. Лапули видно не было.
Надя что-то говорила про бар и Элиас решительно направился в его сторону. Вокруг встречались знакомые лица. Парни кивали и протягивали руки, девушки улыбались и привычно млели. В на Элиасе лица не было. И что могло случиться с доверчивой Лапулей? Надо срочно её найти.
Взгляд напряженно прошерстил барную стойку, но там шёл лишь привычный съем. Зато в паре метров за столиком в компании десятка коктейлей обнаружилась Надя. Девушка пила что-то разноцветное и осмотрела в телефон.
Нахмурившись, Элиас решительно направился к ней и опустился на свободный стул.
— Привет, где Василиса? — выдохнул он на одном дыхании и кивнул официантке, чтобы ты принесла бутылку минералки. Пить хотелось нещадно.
— Элиас? — та оторвала немного потерянное лицо от экрана и выпустила из губ трубочку, — долго ты.
— Десять минут, — он быстро глянул на часы и опять на Надю, — где Вася?
— Там, — Надя очень глубоко вздохнула и подперла пьяную щеку. Глаза расфокусировано посмотрели перед собой, — я пыталась ее отговорить, но без толку. Вася иногда как вобьет себе в голову, так все, — девушка трагично развела руками.
Элиас глянул в сторону бара, но Васю там не увидел. Опять сосредоточился на Наде.
— Где она, Надя? Ее куда-то увели? Ты нормальной сказать можешь? — беспокойство в голосе достигло пика.
— Вот, — она ткнула пальцем в край барной стойки и поджала губы, — я не виновата.
— В чем? — Элиас проследил направление, указанное пальчиком и завис. Глаза застопорились и упали вниз, где по полу бил мысок алой туфельки на высоченном каблуке. Ножка в нем была миниатюрной и изящной. Элиас услышал, как внутри начинает бешено разгоняться темп сокращений сердечной мышцы и скользнул по манящей белой коже ноги до самого бедра. Длина платья была довольно приличной, но разрез доходил до критической отметки и позволял фантазии буйствовать. Девушка слегка прогнулась в спине и переложила объёмные локоны на плечо, отчего вся
