Читаем без скачивания Искусство значимости - Дэн Кларк

Напряженный самоанализ доставляет невыразимую боль, полностью обнажая наше эго, поэтому большинство из нас тянет как можно дольше, пока не будет просто-напросто принуждено к прощению. И это печально: пока мы не заглянем внутрь, не познаем себя и не даруем прощение, нам не удастся принимать других. Мы будем просто терпеть их (смотрите закон 9 «Принятие вместо осуждения»). Наши собственные нерешенные чувства медленно кипят в нас, отравляя жизнь в настоящем времени. Чтобы побороть страх, мешающий взглянуть в лицо самому себе, подумайте о чудесных плодах столь тяжелого труда. Прощение людей (и самих себя) позволяет нам одновременно чувствовать себя прощенными другими. Совсем как в случае с физическими ранами, исцеление помогает стать сильнее и в конце концов забыть о боли.

В моем представлении дарование прощения – процесс, состоящий из пяти шагов. Во-первых, прекращая считать себя жертвой и винить во всем окружающих, мы признаем, что сами напортачили, что сложившаяся ситуация нас не радует и любые перемены к лучшему зависят исключительно от наших активных действий. На данном этапе нам до смерти надоедает испытывать недовольство (некоторые называют такое состояние «дойти до ручки», когда идти можно только вверх). Мы признаем собственные проступки, понимая, что если будем цепляться за дурные привычки или злость, то причиним себе больший вред, чем кому бы то ни было, поскольку не сумеем вести полноценную жизнь в настоящий момент, когда можем жить мирно и позитивно, свободные от прошлого негативного опыта.

Во-вторых, сосредоточившись на себе, а не на человеке, которому даруем прощение, мы испытываем искреннее и глубокое раскаяние за любые допущенные нами оплошности. Именно на данном этапе многие сбиваются с пути. Возьмем, к примеру, президента Билла Клинтона. Он признался в интимных отношениях с Моникой Левински в священном Овальном кабинете Белого дома и извинился за свой поступок. Но мы должны спросить, был ли он раздражен из-за того, что пойман с поличным, или испытывал искреннее раскаяние за неверное поведение? Прежде чем пытаться прощать других, разберемся, что служит основой нашего раскаяния – смущение или неподдельное сожаление.

Исповедь, третий этап, служит началом личностного очищения, которое является первопричиной прощения. Прощать не значит забыть или смириться с тем, что совершили другие, скорее, это 100-процентная ответственность за то, что совершили мы сами. В момент исповеди мы словно бы проводим личностный аудит, анализируя и признавая, что сделали и почему. Никаких оправданий или объяснений, только констатация того, что мы совершили то, что совершили. Да, исповедь трудна и доставляет неудобства, но, если мы научимся быть честными с самими собой, нам будет проще признаться тем, кого мы обидели, что мы нарушили закон, не оправдали их доверие, разбили сердце или испортили репутацию, не ожидая ответного признания.

Итак, мы подошли к извинениям. Да, выражение раскаяния играет важную роль в процессе прощения. Но в отличие от формальных, механических извинений это искренняя и весьма значимая просьба о прощении, вытекающая из самоанализа и честного намерения оставить в прошлом прежние модели поведения. Демонстрация смиренности и силы и добровольные искренние извинения без каких бы то ни было условий ознаменовывают этап процесса, когда мы обретаем силу и готовность простить самих себя и, следовательно, наших партнеров по конфликту. Те, кто признают совершение ошибки, являются, по утверждению Махатмы Ганди, сильнейшими среди нас.

Самоанализ напоминает о том, что все мы можем стать лучше. А это подводит нас к четвертому шагу прощения – реституции. Мы прощаем других не потому, что они возместили убытки нам. Мы прощаем их в процессе искупления собственной вины за свое участие в конфликте. Если мы что-то украли, то возвращаем украденное вне зависимости от действий оппонента. Если пошатнули чью-то уверенность в нас, то прикладываем все силы, чтобы снова заслужить доверие, ведя себя предсказуемо на протяжении определенного периода времени, даже если оппонент таит на нас обиду и злость. Реституция – это извинения не на словах, а на деле. Иными словами, мы навсегда отказываемся от негативных мыслей, чувств и оскорбительного поведения и даем слово никогда не повторять прошлых ошибок независимо от получения такого же обещания от второго участника конфликта.

Пятый и последний шаг – стирание из памяти. Очистившись в своем сознании, мы обрели свободу побороть злость, двигаться дальше и отпустить прошлые ошибки, неудачи и проступки. Независимо от того, реагирует или меняется другой человек, цель данного этапа – желать ему любви и добра, с тем чтобы отношения развивались дальше. Никаких обвинений в адрес окружающих, никакого перекладывания вины. Больше никакого недовольства. И, как бы странно это ни звучало, никакого недовольства по отношению к себе.

В пьесе «Царь Эдип» Софокла Эдип творит ужасные деяния, но, прислушавшись к голосу совести, понимает, что единственный путь искупить вину – понести заслуженное наказание. Но, поскольку наказать его некому, он решает стать собственным судьей и покарать себя сам. И царь ослепляет себя. Какое неразумное решение! Прощение себя – предпосылка прощения других – служит катализатором внутреннего исцеления и разрешения любых конфликтов в отношениях, личных или профессиональных. В невероятный продолжительный целительный эффект, который прощение оказывает на отдельных людей и общество в целом, порой сложно поверить, но он невыразимо прекрасен, он вдохновляет. И начинается он с нас.

Прощение в небе

Дарование прощения даже на одно мгновение влечет за собой позитивные последствия. Однажды вечером во время своего визита в боевые части в Ираке я обедал со своими сопровождающими генералом Элом Пеком и командиром базы полковником Блером Хансоном. Нашу беседу прервал офицер сообщением о том, что к нам хочет присоединиться руководство новых иракских военно-воздушных сил. К нашему столику были препровождены три иракских офицера, и между нами завязалось дружеское обсуждение самолетов, на которых каждому из нас довелось полетать. Иракский полковник летал на французском «Мираже», а капитан и майор пилотировали российские «МиГи». Когда генерал Пек и полковник Хансон упомянули, что пилотировали F-15, оба иракских пилота «МиГ» пришли в восторг, заявив, что F-15 – самый красивый и лучше всего спроектированный реактивный истребитель в мире. Однажды, по их словам, находясь на задании, они увидели два F-15. Им так захотелось рассмотреть их поближе, что пришлось вторгнуться в запрещенное воздушное пространство (операция «Северная стража»).

Целью данной операции, осуществляемой совместно командованием Вооруженных сил США в Европейской зоне и некоторыми европейскими странами, являлась защита местного курдского населения от жестоких репрессий со стороны иракских военных. В рамках операции силы коалиции установили запрещенную для полетов иракских ВВС зону севернее 36-й параллели. Миссия началась 1 января 1997 года. В течение первого года операции в Ираке сохранялась спокойная обстановка без столкновений авиации коалиции и иракских сил. Однако в декабре 1998 года Ирак отказался признавать бесполетную зону и без промедления направил войска и пилотов в атаку на авиацию коалиции. С декабря 1998 по март 1999 года Военно-воздушные силы США над северным Ираком находились практически под ежедневным обстрелом иракских управляемых ракет и зенитных орудий. В ответ американские самолеты бомбили иракские зоны противовоздушной обороны. Несмотря на предложенное Саддамом Хусейном вознаграждение в 14 тысяч долларов за каждый сбитый самолет коалиции, ни один истребитель сбит не был.

Иракские пилоты продолжали повествование, вспоминая, что, прежде чем они успели повернуть обратно, система предупреждения на приборной панели одного из них стала пищать и светиться, указывая на то, что самолет пойман радаром F-15 и вскоре будет запущена ракета класса «воздух – воздух». Пилот помолился, думая о жене и детях, и приготовился умереть. Однако по какой-то причине F-15 не выпустил ракету, и иракские летчики целыми и невредимыми вернулись домой.

Генерал Пек поинтересовался, когда происходили описываемые события. Услышав дату и время, улыбнулся.

– Полковник Хансон, помните, что с нами случилось в тот день?

Полковник Хансон взглянул на иракских пилотов и ответил:

– Да, помню. Мы были теми пилотами F-15. После захвата цели генерал Пек сообщил по радио, что не считает вас опасными, и спросил, не стоит ли нам простить вашу навигационную ошибку Я согласился, и мы перестали вас преследовать.

Вскочив на ноги, иракские пилоты радостно принялись благодарить Хансона и Пека за то, что спасли их жизнь, что позволили им остаться в живых! Обнимая и пожимая нам руки, они показывали фотографии своих семей. Как здорово, согласились мы, что, будучи врагами всего несколько лет назад, сегодня мы, прощающие друг друга друзья и братья по оружию, принимаем участие в построении свободного и процветающего Ирака.