– Она вызвала такси из гостиничного номера через шесть минут после окончания разговора с Гретой. Но прошло почти пятьдесят минут между вызовом такси и выпиской из гостиницы. Она заказала по автоповару у себя в номере кофе, сок, свежие ягоды и рогалик. Я заставила администратора проверить ее счет. Она заказала себе континентальный завтрак до того, как вызвала такси и договорилась о перелете.
– Это говорит о ее самообладании и хладнокровии.
– Вот именно. Это, конечно, не улика, но уже кое-что. Адвокат скажет, что это ерунда, она была в шоке. Но все это чушь. Она не забыла подушиться, перед тем как вернулась домой. На ней были серьги и браслет в пандан к часам. А часы у нее были электронные, самые современные. Она не позвонила Форресту, когда получила известие о смерти мужа. Она впервые позвонила ему много часов спустя. Все это мелочи, – повторила Ева. – Я думаю, она все это спланировала, изучила все детали, стерла все следы. Но она не может изменить себя, свою суть. Не может замаскировать свой эгоизм, свое тщеславие и этот расчет, который я читаю в ее глазах всякий раз, когда смотрю на нее.
– Она не все спланировала, – возразил Рорк. – Она не предусмотрела тебя.
– Я завтра пойду на поминальную службу. Еще раз поговорю с ней, с ее подругами, с Форрестом. Отслежу ее первого мужа. Проведу повторную беседу с экономкой, с Чарльзом, потом опять с ней. Я из нее душу выну, и даже закадычная дружба с женой шефа полиции ей не поможет.
Рорк рассеянно накручивал спагетти на вилку.
– Она дружит с женой Тиббла? Это чревато.
– Да. – Ева шумно вздохнула. – Меня не удивит, если окажется, что Ава специально искала этой дружбы, что это была часть ее плана. Подружиться с женой начальника полиции. Ставим «птичку».
Ева бросила вопросительный взгляд на Рорка. Он кивнул.
– Да, я согласен. С ее стороны это было бы очень предусмотрительно. А как ей удалось завязать столь ценный контакт?
– Благотворительные комитеты. Ничего необычного. Убитый отписал значительные суммы благотворительным фондам, учредил множество стипендий. Может, она перекачала часть денег на свои нужды, а муж узнал. Вдовство пойдет ей больше, чем развод, особенно если она замешана в перекачивании фондов, предназначенных для обездоленных детишек.
– Бен должен был знать. Честно говоря, я был бы очень удивлен, доведись мне узнать, что растрата имела место, а Бен не в курсе. Возможно, растрату быстро покрыли, а записи подделали, чтобы он не заметил. Но после смерти дяди Бен становится основным держателем акций и председателем совета директоров. Я бы предположил, что он провел или проведет внутренний аудит, чтобы убедиться, что у них все в порядке. На всех уровнях.
– Она ему глаза запорошила, как мне кажется. Она для того и измазала покойного мужа сексуальной грязью, чтобы другим глаза отвести. Люди автоматически отворачиваются. Я вот что думаю: если это она растрачивала фонды, может, она придумала способ так исказить факты, чтобы все подумали, будто это Форрест растратил.
– Я могу взглянуть.
– Ну и кто у нас трудолюбивая маленькая пчелка? Ни дня без доброго дела? – ехидно осведомилась Ева.
– Как мило. Может, нам прокатиться после ужина? Вернуться на место преступления?
Она накрутила на вилку спагетти и сунула в рот.
– Знаешь, что мне в тебе нравится? Да практически все.
– Итак, – сказала Ева, когда они вошли в спальню Эндерса, – он лежит здесь, и тут срабатывает его будильник. «Доброе утро, мистер Эндерс». Система говорит ему, который час, разжигает камин, заваривает кофе, включает душ, напоминает, что он заказал на завтрак и с кем у него первая встреча в этот день.
– Когда есть такая система, кому нужна жена?
Ева ответила ему испепеляющим взглядом.
– В общем, это было довольно жутко. А почему у тебя нет такой системы, умник?
– Она у нас есть, просто я ею не пользуюсь. Меня это пугает. К тому же мне, как правило, не нужен будильник, и с какой стати мне заказывать завтрак накануне или заранее включать душ, если я к нему еще не готов?
– У тебя есть привычки, есть распорядок, но ты не раб своих привычек и распорядка, а Эндерс был рабом. Это стало частью плана убийства. Понимаешь, он был предсказуем. Можно было твердо рассчитывать, что он будет в постели в три часа ночи, что он запрограммирует завтрак накануне, наденет свою пижаму. Дверь закрыта, шторы задернуты. Бай-бай. Он должен был спать, повернувшись лицом к двери. Судя по следу укола от шприца, судя по углу вхождения шприца, он должен был спать на боку, лицом к двери. Держу пари, он всегда так спал. И она не могла этого не знать. Опять ставим «птичку» в нашем списке. – Ева покачала головой. – Иди проверь систему. Нам скоро придется отсюда уйти. А я хочу еще раз осмотреться, пока я здесь.
Она прошла по комнате, на этот раз сознательно сосредоточилась на вещах Авы. Одежда, обувь, белье. Дорогие, модные вещи, но не экстравагантные. Вполне достойные приличной, респектабельной, консервативного склада женщины ее социального и финансового статуса. Ничего слишком броского, все дорогое и высшего качества.
Ева обошла спальню с ее обилием позолоты и блеска. Нельзя сказать, что вульгарно, но, безусловно, роскошно. Хоромы Авы. Как же они отражают личность женщины!
В гардеробной на туалетном столике – декоративная косметика в таком количестве, что хватило бы, чтобы укомплектовать целый салон. Кремы, лосьоны, средства для омоложения, восстановления, увлажнения кожи обитали за сверкающими дверцами шкафчика в ванной. Соли и масла для ванны заполняли стеклянные баночки, расставленные на полках, как произведения искусства.
Любила себя побаловать, любила понежиться в глубокой ванне-джакузи или постоять под душем в кабинке в отдельном блоке.
Вот это твое, а вот это – мое.
И тем не менее они спали в одной постели. Правда, в постели таких размеров… Если секса и супружеской близости нет в меню, они с тем же успехом могли бы спать в разных странах. По дороге назад Ева потрогала одну из золотистых перекладин в изножье кровати.
– Это была ее комната, – сказала она вслух. – Ее. Он просто спал здесь по чистой случайности. А ей приходилось это терпеть. Терпеть его присутствие, его утренний ритуал. Она позволяла ему быть здесь, пока он был ей нужен.
Выйдя из спальни, Ева запечатала дверь и отправилась на поиски Рорка.
Перехватив волосы кожаным шнурком, он сидел за консолью в техническом помещении. Тут было полно встроенного оборудования, но Рорк принес и кое-что с собой. На прилавке лежало одно из его хитрых портативных устройств.
– Превосходная система. Одна из моих, – сказал он, оглянувшись через плечо. – Поэтому мне она хорошо знакома. Для этого дома многое было сделано на заказ. Все имеющиеся в наличии опции здесь есть. Не могу поклясться, что систему совершенно невозможно взломать или оперировать ею при помощи пульта на дальнем расстоянии, но если бы клиент захотел приобрести нечто подобное, ему бы объяснили, что это поставит под угрозу всю систему. А если бы он начал настаивать, что ему нужна эта функция, ее пришлось бы делать на заказ. У нас остался бы бумажный след. Я это проверю, но сильно сомневаюсь, что он нечто подобное заказывал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
