Толстый атриец, без сожаления отбросил ножны в сторону, направил острие меча в землю, спросил с подчеркнутой любезностью.
— Это означает, что благородные господа не желают решить дело мирно?
— Благородные господа желают погонять тебя по двору, затем отрубить ноги, потом руки, чтобы ты успел увидеть, как я вырву этому цыпленку его длинный язык, а затем отрежу голову, за нее неплохо заплатят, но только за голову, ничего лишнего. Он оскалился глядя на свою цель.
Клето ничего ему не ответил. Его руки скользнули по рукояти изменив, хват меча. Правая рука опустилась к гарде, левой он уперся в навершие меча, смотрящий в землю клинок даже не шелохнулся.
“Глупец”, — именно так называли эту стойку в империи. Невзрачную на первый взгляд, но таящую в себе массу опасности. Меч Клето пришел в движение вместе с ногами костеродного, совершив полукруг, и сталь мечей со звоном сомкнулась. Дирк оценил и движение, и встречу, и силу удара. Клето сделал подшаг, продавливая защиту и метя концом своего клинка, в незащищенное горло охотника за головами. Дирк поддался на эту прямую и грубую атаку, но развернулся в самый последний момент уходя с линии атаки. Не ожидавший этого Клето, сделал лишнее движение, открывая свой левый бок.
Но костеродный не стал заканчивать слишком быстро. На его взгляд, это было скучно. Ему хотелось поиграть. Чтобы жертва почувствовала отчаяние, осмыслив свою тупость, решив ввязаться в безнадежный бой, только тогда закончит, когда увидит ужас в его глазах.
Допущенная незнакомцем ошибка была исправлена в следующую же секунду. Разворот корпуса, и кончик бастарда тускло сверкнул на солнечном свете, метя в горло.
Он бы разворотил гортань любому другому, таким быстрым был удар, но не ему. Дирк уже находился вне досягаемости.
— Неплохо для чревоугодника, — оценил он скорость неожиданного защитника.
Клето улыбнулся сделав легкий поклон, принял эту похвалу как должное. Многие считали его слабым, медлительным толстяком и пьяницей. Их всех ждал сюрприз. Последний в жизни.
Дирк напал молча, фехтуя рапирой, без труда сдерживая напор опасного клинка. Они обменивались быстрыми, сильными ударами, кружа на пустой и каменистой, немного неровной площадке. Костеродный сражался не во всю силу, развлекаясь, оценивая человека, узнавая его слабые места.
Их практически не было.
Глупец использовал классическую Атрийскую школу. Хорошая, вполне работающая техника. Серьезная для большинства противников, с массой защитных высоких стоек и редкими перехватами. Но… без нюансов, и какой-либо изюминки. Толстяк знал ее на отлично и, наверное, считал себя едва ли не воином императора. Но этого было недостаточно, не для того, чтобы противостоять одному из золотых мечей.
Дирку хватило половины минуты, чтобы понять, что больше ничего интересного он не увидит. Защитничек оказался прост, словно пресная лепешка на воде.
— Заканчиваем представление, — сообщил ему охотник за головами. — Запомни момент своей смерти.
Он уже все рассчитал. Пробить двойной финт в грудь и горло на шестом шаге, отведя дагой встречный удар отойти и тут же контратака снизу верх с уколом, незнакомец слишком высоко поднимает предплечья в защитной стойке, принимая удар, если тот нацелен в голову. Подвернуть запястья прикрываясь дагой, ударить голенью по голени выбивая его из равновесия, и пригнуться, уйдя в лево когда бастард полетит в голову, с нижней позиции, на обратном движении подрубить ему левое колено. К неприятному удивлению Дирка, его план провалился. Толстяк словно разгадал его и, когда победа уже была близка, перехватил меч обратным хватом, поменяв стойку на правостороннюю, и рапире охотника, вместо того чтобы впиться в плоть, пришлось блокировать страшный удар на обратном возврате.
Он выругался отшатнувшись, с удивлением посмотрел на своего напарника, который изумленно таращился в ответ, и уже не скрываясь, с рычанием, Дирк атаковал в полную силу, со все возрастающим изумлением понимая, что противник не только не собирается сдаваться, но внезапно начинает сражаться с ним на равных.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
С ним! Одним из лучших мечников в мире, магистром гребанного золотого меча! На равных!
Северная школа фехтования внезапно превратилась в южную. Высокие стойки в низкие, больше не казавшиеся такими открытыми. Стало больше уколов, благодаря длине проклятого клинка, они переходили в страшные нисходящие атаки. Приземистые шаги, с мягкими диагональными поворотами, столь опасными, что приходилось быть очень внимательным. Бастард перестал быть жестким из-за постоянной пляски ладоней по рукояти, а иногда и по гарде и по навершию, его меч мелькал, описывая дуги и эллипсы. Грозя в любой момент вскрыть горло, стоило только зазеваться.
Сила атак выросла вдвое, впрочем, как и скорость. И Дирк, в котором пробуждалась злость, понял, что не только он играл развлекаясь. Этот чертов, лысеющий светловолосый толстый ублюдок провел его, точно сопливого мальчишку. Перед ним по меньшей мере был мастер меча. А возможно, и человек со знаком меча.
Последняя атака незнакомца была потрясающей. Даже Дирк готов был это признать. Бастард исчез, превратившись в едва уловимую взглядом, текучую тень. Несколько последовательных ударов, от силы которых чуть не отнялись руки, чередующихся уколами мелькавшими быстрее молнии, и мощнейший финальный аккорд в прыжке, отчего его мощь увеличилась в несколько раз. Конечно же Дирк все отразил, хотя для этого потребовалось применить весь свой опыт. Чтобы отвести в сторону последний удар, он так напряг руки, переводя его в скользящий блок, что едва не порвались сухожилия. Если бы у него не получилось отвести, его бы разрубили вместе с его рапирой. Любому другому этот способ защиты выбил бы запястья. Он отскочил назад, беря секундный перерыв, и изумленно глядя на скучающее, небритое лицо противника.
Ощутил, что нечто теплое стекает по его шее, боль в правом ухе подтвердила догадку, он понял, что кровь течет по его челюсти на шею, и грубо выругался. Отбить один из уколов полностью все же не получилось, этот сукин сын умудрился его зацепить.
— Ми дон, примите мои поздравления, я давно не видел таких, как вы. — с уважением произнес Клето, обходя противника по диагонали, и выписывая мечом полукружья.
— Засунь свои поздравления себе куда поглубже. Таких, как мы, ты никогда не видел! — сказал Реджис, перестав быть сторонним наблюдателем.
Реджис смотрел на разворачивающееся действо с изумлением. Дело казалось сделано, их цель была рядом. Стоит только взять. Но внезапно, вылезший из словно бездны толстый урод, встал у них на пути. Защищая деревенского лекаря за голову которого они уже взяли деньги, хорошие деньги, которые успели потратить, оказался поразительно искусным мечником. В другое время Реджи, несомненно хотел бы с ним хотел поговорить. Но сейчас, когда Дирк заливал кровью свой камзол, уже буквально рыча от ярости. Реджи понял, что шутки кончились, и надо заканчивать. Он мрачно выругался, сплюнув себе под ноги, и его меч с шелестом покинул ножны, и второй охотник за головами уже понимая, что его товарищу требуется помощь, вступил в поединок. Мгновенно атаковал, сократив дистанцию. Стальная волна ударила в стальной берег, рассыпалась и откатилась назад. Клето остался там, где стоял, лишь его клинок теперь грозил острием лицу нового противника, который отшатнулся, едва не пропустив первый и чуть не ставший последним, смертельный выпад.
Непонятный толстяк сражался в странных стойках, текучих, казавшихся крайне ненадежными, но все время перемещался, держа длинный клинок двумя руками, делая широкие взмахи, на первый взгляд совершенно безумные, опасные, как бы призывающие его атаковать. Но в итоге оказывалось, что эти быстрые, мощные, силовые движения, когда узкий бастард мелькал точно бабочка, непредсказуемо меняя положения, взмывая вверх, падая вертикально, наискось, горизонтально, помогали атрийцу выжить. Благодаря молниеносным движениям и инерции разворотов он внезапно оказался на равных с лучшими клинками королевств.
