— Представляете — сработало! — радостно сообщил парнишка.
— Ты о чём?
— Да о нашем деле! Вы забыли? — в голосе Вадика послышалось разочарование.
— Конечно, нет! — воскликнул Кирилл. — И как всё было?
— Ну, эти трое ребят опять меня подстерегли на перемене… Стали дразнить и толкать. Один даже попытался ударить…
— А ты что? — насторожился Кирилл.
— Я сделал так, как вы учили, — захлёбываясь от восторга, сообщил Вадик. — Первый приём, помните?
— Да, да…
— Перехватил его руку и надавил, как вы показывали… — продолжал тараторить Вадик. — Он не ожидал, что так будет. Сразу закричал, что ему больно, ну я и отпустил…
— А остальные что? — быстро спросил Кирилл.
— Они испугались и убежали…
— Вот видишь… Молодец! — похвалил его Кирилл. — Когда обижают, надо уметь за себя постоять. У тебя это получилось. Теперь ребята будут знать, что с тобой лучше не связываться. Ведь им нравилось задираться, когда ты боялся и не мог защититься. Сегодня они поняли, что и самим может не поздоровиться, так что будут держаться от тебя подальше.
— Кирилл Андреевич, а вы ещё к нам приедете? — без перехода спросил Вадик.
— Приеду, — ответил Кирилл. — Сегодня тебя мама заберёт из школы, а завтра я.
— Ура-а! — обрадовался Вадик. — А мы ещё будем разучивать приёмы?
— Обязательно, — пообещал Кирилл. — Но только в целях самообороны и никак иначе.
— Я понимаю, — согласился Вадик.
— Ну, мы с тобой ещё поговорим на эту тему. А сейчас извини, дружище, мне пора. До завтра!
— До завтра! — весело отозвался Вадик и дал «отбой».
У Кирилла улыбка не сходила с лица. Этот парнишка здорово его зацепил. Наивный и доверчивый, тянется к новому. Кириллу захотелось научить его всему, что умел сам, и рассказать о жизни то, что успел узнать.
***
— Кирилл, Вадик мне о вас прямо все уши прожужжал! — усмехнулась я. — Чем это вы его так обаяли?
Вадька и, правда, то и дело заводил разговор о Кирилле. Кирилл Андреевич то, да Кирилл Андреевич это… Я даже стала немного ревновать. Что же, появился какой-то мужик, и мать уже не нужна? Хотя одёргиваю себя и говорю — глупости всё это, просто парнишке не хватает мужского внимания.
— Ну, в этом мы с ним солидарны, — заявил Кирилл, и на его лице расплылась широчайшая улыбка. — Мальчишка у вас — класс!
«Родная кровь — ничего не попишешь, — невольно подумалось мне. — Свой свояка видит издалека».
— Вы заезжайте к нам запросто, — неожиданно для себя предложила я. — Вадик будет очень рад.
— А вы? — тихо спросил Кирилл.
— Что — я? — пришлось косить под дурочку, потому что смутилась от его вопроса.
— А вы будете рады, если я к вам приеду? — пояснил он.
— Конечно, — живо откликнулась я. — Мы ведь с вами коллеги, делаем общее дело…
— Да я не об этом… — Кирилл бросил в мою сторону быстрый взгляд.
Знаю я, о чём ты… Только пока ничего не решила.
— Вадику не хватает мужского внимания, — сказала я, сделав вид, что не расслышала его последних слов. — Мой отец — дед Вадика — к нам, конечно, приезжает, но это бывает нечасто. И потом, дед есть дед. Он внука больше балует… Как ни старайся, а мальчишке одной матери маловато…
— Не беспокойтесь, Алина Георгиевна, — официальным тоном заявил Кирилл. — Я всё понимаю. И с Вадиком, конечно, пообщаюсь. С большим удовольствием. За приглашение спасибо.
Обиделся, наверное. Он мне о чувствах, а я как уж на сковородке. Ну не могу вот так взять и сблизиться с молодым мужиком, к тому же моим подчинённым!
— А вы сегодня заберёте Вадика из школы? — тихо спросила я.
— Конечно, заберу, — кивнул он. — Сегодня же моя очередь.
Ишь, не забыл!
— Кстати, Вадик перестал приходить из школы с синяками, — заметила я. — Проблема разрешилась? А то он по-прежнему мне не хочет рассказывать…
— Думаю, с этим всё в порядке, — заверил меня Кирилл. — Но я держу руку на пульсе.
— Спасибо… — смущённо поблагодарила я.
Вот, припахала человека к воспитанию собственного сына. Но ведь это и его сын. Странно, что Кирилл не обратил внимания на их с Вадькой сходство.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вечером, когда я вернулась с работы, то застала такую картину — в детской Кирилл кидал через бедро Вадьку, а тот пытался проделать то же самое с Кириллом. Кирилл, конечно, слегка поддавался, но, в целом, всё у них было по-взрослому.
— Что здесь происходит? — для порядка спросила я, хотя и сама поняла.
— Мам, не мешай нам, пожалуйста… — раскрасневшийся потный Вадька попытался вытурить меня из комнаты.
— Вадь, так нельзя с мамой! — строго сказал Кирилл. — Ты хотя бы для начала поздоровайся. Здравствуйте, Алина Георгиевна!
И Вадька его послушал!
— Здравствуй, мамочка, — отступив, смущённо поздоровался он. — Мы здесь приёмы борьбы отрабатываем…
— Понятно, — я обескураженно смотрела на них.
Что, похоже, пришёл конец моему влиянию на сына? У нас появился новый лидер?
— Ну, не буду вам мешать… — я вышла, аккуратно прикрыв дверь.
Сама же этого хотела! Пригласила Кирилла в дом, а теперь чем-то недовольна. Ну их! Пусть занимаются. Я хоть после работы дух переведу и спокойно поужинаю.
В тот вечер Вадька так устал, что улёгся спать, когда ещё не было девяти часов. И сразу же отключился.
— Кирилл, садитесь пить чай, — пригласила я. — А то Вадька вас совсем умотал. Или вы его. В общем, вы умотали друг друга…
Я несла какую-то чушь, потому что чувствовала себя ужасно неловко наедине с Кириллом в собственном доме. На работе — другое дело. А здесь всё выглядело иначе. Я засуетилась, уронила крышку от чайника, кинулась её поднимать, и у меня растрепалась причёска. Распрямилась и хотела заправить прядь волос за ухо, чтобы не выглядеть лахудрой, как вдруг Кирилл протянул руку и сделал это сам. Просто, естественно, будто так и надо. Словно он всю жизнь только этим и занимался. Я замерла и во все глаза смотрела на него.
На меня снизошло удивительное умиротворение, а страхи и сомнения куда-то отступили. Я приблизилась к Кириллу и тут же очутилась в кольце его объятий, что тоже казалось очень естественным. Он отыскал мои губы своими горячими требовательными губами. Меня прямо током пронзило. Звучит банально, но это именно то, что я ощутила. И вцепилась в него мёртвой хваткой. Типа, попробуй оторви. Оказывается, я ужасно изголодалась. Набросилась на мужика как безумная.
— Здесь нельзя, а то Вадька увидит… — только и могла я хрипло шепнуть Кириллу.
Он легко подхватил меня на руки и понёс.
— Куда? — спросил тихо.
— На второй этаж…
Мы едва дотянули до места. Чуть не согрешили по дороге. Надо же, какая страсть… Правда, на задворках сознания у меня мелькнула мысль о том, что же будет дальше — ну, после того, как… Ведь рушились все мои правила, выработанные годами. Ну и к чёрту их, эти правила! Нельзя всю жизнь делать только то, что надо! Иногда можно сделать и то, что хочется. А мне ужасно хотелось! Прямо здесь и сейчас.
Когда закрылась дверь спальни, Кирилл овладел мной тут же, распластав по стене. Слово-то какое — овладел! Высокопарное и совсем не отражающее того космоса, который между нами случился. Я только коротко, по-звериному постанывала и мечтала, чтобы это подольше не прекращалось…
Потом мы очутились в моей постели — кстати, не помню как! — и после короткой передышки снова набросились друг на друга, а потом ещё раз. Что называется, дорвались. И всё это без единого слова. Некогда было что-то говорить. Да и зачем? И так всё ясно.
— Что же теперь делать? — жалобно спросила я, когда мы немного отдышались и пришли в себя.
— Просто жить, — с видом мудреца проговорил Кирилл и поцеловал в висок.
А я так уютненько разлеглась на его плече, и мне вовсе не хотелось покидать это место. Так бы и лежала дальше. Но через некоторое время Кирилл сел на постели, повернувшись ко мне спиной.
— Пойду, наверное… — тихо сказал он. — А то неудобно — Вадик проснётся, а я тут…
Я обернулась и вдруг увидела у него на спине два шрама, похожие на затянувшиеся огнестрельные раны. Такие ни с чем не спутаешь. У меня сжалось сердце, и, что называется, ком встал в горле. Ведь Кирилла могло не быть в живых! И мы бы не встретились, и не случилось бы у нас этой умопомрачительной ночи… Всего две маленькие пули, а, может, даже одна — и его жизнь оборвалась бы, а моя пошла по другому сценарию. От этой мысли мне стало нехорошо.
