– Кто-то из вас наверняка что-то видел, даже если вы сами не придаете этому значения. Пусть каждый вспомнит, не заметил ли он что-нибудь необычное в течение последнего часа.
Настало долгое молчание, все подозрительно смотрели друг на друга. Затем Сталкер пошевелился.
– Мое сообщение может оказаться не столь важным, – сказал он, – но наверху в коридоре я почувствовал странный запах.
– Вы почувствовали запах? Какой?
– Я не знаю. Мускусный, животный…
Фишер кивнула.
– Визаж говорила, что она чувствовала такой же запах, когда убили Боумена. Но она не была уверена, есть ли тут связь.
– Я и сам не уверен, – промолвил Сталкер, – но это определенно какое-то животное.
– Вроде волка? – внезапно спросил Хок.
Сталкер посмотрел на него и кивнул.
– Да… вроде волка.
– Это невозможно, – вмешался Гонт. – В Хейвене нет волков. Да и как волк мог проникнуть в мой дом, минуя все заклятия?
– Очень просто, – сказал Хок. – Вы сами пригласили его.
– О мой Бог! – застонала леди Элен. – Оборотень…
– Да, оборотень, – подтвердил Хок. – Тогда все на своих местах. Почему убийства совершаются то кинжалом, то диким зверем? Человек, который может превращаться в волка. Оборотень!
– А сегодня как раз полнолуние, – заметила Фишер.
– У нас есть опыт в выслеживании оборотней, не так ли? – спросил Доримант.
– Опыт, – с горечью произнес лорд Хайтауэр. – О, разумеется, Хок все знает об оборотнях. Не так ли, капитан? Кто из нас еще должен умереть из-за вашей некомпетентности?
Леди Элен мягко положила руку ему на плечо, и он замолчал, яростно глядя на Хока.
– Я не понимаю, – вскричал Гонт. – Вы серьезно считаете, что один из нас оборотень?
– Да, – решительно ответил Хок. – Это единственный ответ.
Все посмотрели друг на друга, словно ожидая увидеть когти и клыки. Доримант повернулся к Гонту.
– А ваша магия не может определить оборотня?
– Не пробовал. Такие заклинания существуют, но я ими не владею.
– Есть и другие способы, – вмешался Хок.
– Разумеется, – быстро ответил Гонт. – Волчья отрава, например. Оборотень должен очень сильно реагировать на нее.
– Я думал о серебре, – перебил его Хок. – У вас в доме есть серебряное оружие?
– Где-то в лаборатории есть серебряный кинжал. По крайней мере, должен быть. Я давно им не пользовался.
– Хорошо, тогда пойдите и принесите его. Нет, подождите минуту, я не хочу, чтобы еще что-нибудь случилось. Мы с Фишер пойдем с вами.
– Нет, – решительно возразил Хайтауэр. – Я не доверяю вам, Хок. Вы раньше сталкивались с оборотнями. Как мы можем быть уверены, что вас не искусали и вы не превратились в оборотня сами?
– Что за глупость! – воскликнула Фишер. – Хок не оборотень!
– Почему бы и нет? – возразил Хок. – Оборотнем может оказаться любой из нас.
– Как вы смеете! – прошипел лорд Хайтауэр. – Вам лучше всех известно, как я ненавижу этих тварей!
Все молчали.
– Пойдемте со мной, Род, – спокойно предложил Гонт. – С таким старым солдатом, как вы, я буду чувствовать себя в безопасности.
– Разумеется. Ты пойдешь с нами, Элен. С нами тебе будет спокойнее.
Леди Элен согласилась, и они вышли из гостином. Двери за ними захлопнулись,
– Оборотень, – медленно произнес Доримант. – Я никогда не верил, что подобные твари существуют.
– Я тоже не верила в вампиров, – сказала Фишер, – до тех пор, пока не встретилась с одним.
– Оборотни – это магические создания, – вступил в разговор Сталкер. – И лишь у одного из нас есть магические способности. Интересно, да?
– Вы хотите сказать, Гонт…
– А почему бы и нет? Я никогда не доверял чародеям. Вы слышали, сколько людей он убил в Девилс Хук?
Хок и Фишер переглянулись. Изабель подняла брови, Хок пожал плечами. Он понял, что она вспомнила о суккубе. Хок постарался спокойно обдумать сложившуюся ситуацию. Сейчас он был почти уверен, что суккуб – след ложный. А ведь Гонт-то – алхимик, он хорошо разбирается в ядах. Единственным, кто утверждал, будто Блекстоун не отравлен, был именно он. Будь чародей оборотнем, что ему стоило попробовать отравленное вино без всякого вреда для себя? И главное, Гонт одним из последних видел Кэтрин.
Хок нахмурился. Все вроде бы вставало на свои места. Он взглянул на закрытые двери и удивился: почему же он не пошел с чародеем. Нет, все же лучше подождать их здесь. Хайтауэр сможет постоять за себя, да и против чародея нет прямых улик. А ведь Хок – Страж, и без улик он ничего не должен предпринимать.
Лорд и леди Хайтауэр остались в библиотеке, пока Гонт искал в лаборатории серебряный кинжал. Чародей вежливо, но твердо отказался впустить их к себе. Леди Элен понимала его. Каждому мужчине в доме необходима личная комната, в которой он может укрыться ото всех. Элен замечала, как нервничает муж, и страдала от того, что не может ему помочь. Она никогда не видела его в таком состоянии. Конечно, наверное, из-за оборотня. Со дня смерти Пола Родерик буквально помешался на выслеживании подобных тварей. Он хотел заставить их кровью заплатить за смерть сына. Но за время своей бесконечной охоты он сумел выследить лишь одного, да и тот сбежал, убив троих его людей. И вот наконец у него появилась возможность встретиться с оборотнем лицом к лицу, но им может оказаться один из его друзей… Конечно, он потрясен.
Элен глубоко вздохнула. Она чувствовала, как странное напряжение охватывает ее. Духота начинала действовать ей на нервы, и она вздрагивала от каждого шороха. Она устала, все мышцы ее болели, но расслабиться она не могла ни на минуту. Не из-за страха – ее угнетало чувство полной беспомощности. Самое ужасное было в том, что люди продолжали погибать. Ее голова раскалывалась, а Родерик готов взорваться. Элен попыталась казаться спокойной, вздохнула чуть громче и присела и одно из кресел, надеясь, что Родерик последует ее примеру, но муж не сел.
Только бы предположение подтвердилось и убийца действительно оказался оборотнем. Родерику необходимо убить эту тварь. Только увидев его мертвым у своих ног, он успокоится, забудет о смерти Пола и снова вернется к нормальной жизни… Может быть…
Родерик внезапно остановился и весь напрягся. Он как-то сгорбился и наклонил голову. Элен заметила, что на лице его выступил пот. Руки мужа сжались в кулаки.
– Что он там возится? – пробормотал он. – Сколько можно искать?
– Прошло всего несколько минут, дорогой, – возразила Элен. – Дай же человеку время!
– Жарко, – сказал Хайтауэр.
Он не смотрел на жену и, казалось, не слышал ее.
– Невыносимо жарко… И тесно… Я больше не могу этого вынести. Комнаты такие маленькие…
– Род?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
