По-моему, раньше он лежал ближе ко входу.
Я подошла поближе, всмотрелась:
Верно. А теперь стоит у стены, как...
Мы переглянулись.
– Дверь!
Позабыв о драконихе, я первой ухватилась за край щита и потянула на себя. К моему удивлению, он поддался не сразу, пришлось упереться ногами и дернуть что есть мочи. С той стороны что-то тренькнуло, сопротивление резко ослабло, и я от неожиданности села на пол со щитом в руках. Орсана глянула на меня и протяжно присвистнула. Я перевернула щит тыльной стороной к себе и увидела лохматую волосяную веревку, привязанную к дужке для руки.
За щитом в стене у пола чернела полукруглая дыра. Если ее прогрызла крыса с навыками плетения веревок, то она была величиной с упитанного бобра.
– Не застрянем? – Орсана с сомнением покосилась на потайной лаз. Возможно, на животе она бы туда и протиснулась, но мешал вбитый в стену крюк, на котором болтался обрывок веревки.
– Сейчас что-нибудь придумаем. – Я подула на указательный палец, чуть заметно шевеля губами, и обвела дыру по краю. За пальцем тянулся едва различимый серебристый след. Как только я вернулась к исходной точке, контур лаза размылся, а стена вокруг него помутнела, будто сотканная из дыма. – Прошу! Хотя нет, я первая, вдруг там дальше опять колдовать придется.
Опасалась я напрасно. Ход был прямой и короткий, буквально через три аршина я уткнулась в какую-то мокрую и шершавую преграду, проломила ее прежде, чем почувствовала, и оказалась на свободе, в кустах позади пещеры. “Дверцей” с этой стороны служил обомшелый кусок коры, прислоненный к лазу и для верности подпертый обломком камня. Шепотом позвав Орсану, я огляделась, щурясь от дневного света. Ничего не скажешь, удачное место для подкопа – от главного входа воришку заслоняли ветки малинника, высокие и частые, но позволяющие вести наблюдение за хозяйкой логова, подгадывая визиты с мешком к ее отсутствию. Судя по воплю и поспешному бегству, грабитель и представить не мог, что Гереда зазовет кого-то в гости.
– Похоже, ему не впервой шнырять по драконьей сокровищнице, – заметила я, осторожно царапая ногтем отполированные до блеска края лаза, принявшие прежний вид, как только Орсана выбралась наружу. – За один раз камень так бы не вытерся, а копать тут недолго, особенно если валдачьей или гномьей киркой, последняя вообще в гранит как в масло входит.
– Пс-с-ст! – оборвала меня девушка, прижимая палец к губам. В отличие от меня, наемница первым делом обратила внимание на лес, не углубляясь в осмотр лаза.
– Что? – я перешла на шепот.
– Смотри! Да не туда, под куст!
Я пригляделась и заметила серую сгорбленную фигурку, прошмыгнувшую между поваленной березой и высоким щербатым пнем.
Орсана посмотрела на меня и выразительно похлопала ладонью по воздуху у самой земли, затем указала на себя и пальцем изобразила дугу. Я понятливо кивнула, и наемница бесшумно пошла в обход. Даже ветки за ней не качались.
Зайдя существу в тыл, Орсана нарочито громко затопала и захрустела сушняком, безыскусно насвистывая.
Сработало. Непрестанно озираясь и прислушиваясь к поднятому девушкой шуму, воришка попятился в мою сторону, видимо, надеясь укрыться в потайном ходе.
Подпустив его поближе, я выпрямилась в полный рост. Гном! В плаще из крысиных шкурок, вонь которых перебивала все лесные запахи. Опешив, он не сразу сообразил метнуться в сторону, и наемница в несколько прыжков преодолела разделявшее нас расстояние, отрезая воришке путь к отступлению.
Наглости тому было не занимать – мгновенно оценив ситуацию, гном повернулся, чтобы видеть нас обеих, растопырил руки с зажатыми в них краями плаща, став похожим на потрепанную летучую мышь, и громко, возмущенно заверещал:
– Как вы посмели перейти мне дорогу, жалкие людишки? Да вы хоть знаете, кто я?!
Низкорослый даже для гнома, воришка едва достигал мне до пояса. Вытаращив глаза и выпятив грудь, он с подвыванием продолжал:
– Трепещите же: я – великий гномий воин и шаман, драконосек и заклинатель, могучий и грозный Тор-э-Ти! Навлекшие на себя мой праведный гнев познают жутчайшую и мучительнейшую из смертей и даже после нее не обретут покоя, ибо моя власть простирается и на мир духов! Спасайтесь, пока не поздно! У-у-у-у!
После чего заскакал на месте, как подстреленный заяц, выставив вперед руки со скрюченными пальцами и щелкая редкими желтыми зубами, что, видимо, обозначало подготовку к нашему жуткому и мучительному умерщвлению. Длинная борода полоскалась в такт прыжкам как мочалка.
– Пожалуй, нам не стоит связываться с этим ужасным шаманом. – Я незаметно подмигнула Орсане, напуская на себя испуганный вид.
– Да, я тоже так думаю, – подыграла мне наемница. – Нам его все равно не одолеть!
Гномик приосанился, расправил плечи.
– Лучше всего отступить, – продолжала я, затравленно озираясь по сторонам.
– И немедленно!
– Бежим, надо предупредить Гереду об опасности!
– Да, быть может, она еще успеет скрыться!
– Поспешим! – Мы с воплями “ужаса” бросились ко входу в пещеру.
Гномы – народ бесшабашный и самоуверенный, но даже наглый воришка не осмелился приписать себе улепетывающего во весь дух дракона.
– Эй, эй, постойте! – истошно завопил он, забега вперед и преграждая нам дорогу. – Я пошутил! Я могучий и грозный, но очень, очень добрый!
– О, великий шаман, не трогай нас! Мы сообщимдраконихе благую весть о твоем прибытии, и она сама вынесет тебе сокровища в обмен на свою жизнь!
– Нет, нет, не надо! Я здесь инкогнито!
– А мы ей на ушко!
– Да пошутил я, пошутил! Никакой я не шаман!
– О, великий воин-драконосек, нам все равно с тобой не тягаться! – Мы обежали гномика с разных сторон, и он отчаянно завопил нам вслед:
– И не воин!
Мы разом остановились и обернулись, недобро ухмыляясь; я скрестила руки на груди, Орсана уперла их в бока, многозначительно притопывая носком левой ноги. Разговор обещал быть душевным.
– А кто?
– Так... мимо пробегал, – смутился гномик.
Я не удержалась от смешка. Орсана красноречиво помахала перед его носом найденным в пещере мешком.
– Не мое, – торопливо отперся он, даже не потрудившись толком разглядеть вещицу.
– А метка сбоку чья?
– Не было у меня никакой метки!
– Верно, не было. – Орсана неторопливо распустила горловину мешка, – Ножик-то у тебя есть, воинствующий шаман?
– 3-зачем? – занервничал гномик.
– Голову тебе будем пилюваты та видрезаты, – вздохнула наемница, неторопливо подступая к гному с открытым мешком, – а нэмае ножа – так оторвем. Уговор у нас с драконом такой – чи пропажу возвернуть, чи вора пришибить. Весь труп к ней тащить хлопотно, а голова аккурат в торбину влезет...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
