величал, — ответила Оля. — А во-вторых, это же квест. И к нам добры молодцы частенько приносят Соловья-разбойника. Тут всё сказочно!
— А вас здесь врачи проверяют на предмет ЗППП, например, — продолжал допытываться Дима.
— Мы даже не знаем, что такое Ковид 19, — смеясь ответила на этот раз Маша. — Но каждое включение сервера обновляет игру. Каждый день, боярин, мы как новенькие!
Сунули ему градусник — 39!
Волшебно! Краски, запахи, тактильные ощущения, мельчайшие подробности в быту — что-то с чем-то. А ведь идёт двойное наложение: во сне мы проходим игру Марата. Получается, что вместо двойного накопления ошибок и смазывания, происходит двойная мультипликация! Трэш!!!
— Иными словами, презерватив не потребуется? — невпопад спросил Дима.
— Боярин, не беспокойся, — Оля обнаглела и начала гладить это место. — Будешь у нас как новенький — отдохнувший и поздоровевший. Ещё никто не жаловался…
— Ну всё, Оля, вы меня завели! Ты первая будешь знакомиться с моим зверем.
— Боярин, на массажном столе нам запрещено помещать несколько тел, — сказала Маша, поглаживая ягодицы Димы. — В комнате отдыха есть замечательная кровать. Однако, вся клубничка будет после прыгания в сугроб и догонялок голых девок, то бишь голых нас — Олю и Машу, хи-хи-хи. Надо чутка градус повысить — вместо 45 чтоб было 60 градусов! Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы…
Пипец, однако — и боярка и гаремник в одном флаконе! — подумал Дима. — А электросон ведь будет третьим этажом в этой виртуальной реальности! Пусть всё идёт своим чередом…
* * *
В районе Татарстана Ирина снова догнала колонну байкеров.
Как бы их обойти незаметно? Не петлять же по второстепенным дорогам! Опять бородач будет приставать.
Ирина решила ехать своей крейсерской скоростью с каменным лицом. При обгоне колонны, Ирина увидела в зеркале заднего вида, что несколько байкеров сели ей на хвост. Но вот бородач постепенно отшил всех байкеров на хвосте, выстроившихся в очередь. Неизвестно, что он им говорил, но последнего претендента бородач отвадил следующими словами: «Эту цыпу я взял на крючок! Часа два назад я её уже клеил. Видать созрела, раз догнала. Скажи, Ляля!»
Ляля, сидящая сзади бородача, посчитала правильным поддакнуть. После того, как очередь рассосалась, бородач поравнялся с Ириной.
— А ты, девка, смелая! Уважаю. Если не хочешь тройничка или двойничка, просто давай оторвёмся вперёд. У нас перед Казанью плановая остановка. Я их задержу, а ты отдыхай за Татарстаном.
— Спасибо большое! Честно, еду в Москву на помощь попавшему в беду дяде… нет другу. В общем, старшему товарищу.
— Должна будешь, малая…
Она было припустила, окрылённая словами дорожного защитника, но бородач не дал ей оторваться.
— Если рванёшь сейчас, подставишь меня, малая. Ещё минут двадцать едем вместе!
— Ясно, понятно, — сказала Ирина, — Буду двигаться чуть быстрее вашей колонны.
— Вот и ладушки…
* * *
Дима проснулся резко, но сон оставлял послевкусие ВЕЩЕГО. Хотя, казалось бы, какая связь современности и Соловья разбойника? Тихо, чтобы не разбудить других сказал Фёдору:
— Замерь, друже, температуру.
— А чо мерить-то, — падонковски ответил робот, — 39 твоя температурка. Поди на поправку пошёл, боярин.
— Я как раз боярку смотрел во сне. Ты, Федя, будто в воду глядел!
— Дай угадаю — а ещё снился гаремник, Дима?
— Да ты экстрасенс, Федя! — понизив на тон голос, восхитился Дима. — В мирное время с тобой такие бабки можно срубить…
— Служу России, сказал бы обычный человек, — тоже понизил голос робот, — но я скромно промолчу…
В это время профессор заворочался и что-то невнятно-матерное пробормотал во сне.
— Всё, отбой! — одними губами прошептал Дима. Но Фёдор его услышал и замолчал.
Надо глянуть — в какой стадии сна я нахожусь. То ли за голыми девками бегаю, то ли уже в электросне блаженствую…
* * *
На смартфоне Ирины заиграла музыка — рингтон она выбрала без слов, но энергичный, мёртвого разбудит. Звонил отец.
— Да, папа, я слушаю, — так как в телефоне только слышалось «алё-алё-алё», она добавила: — Папа, ты меня не слышишь? Я перезвоню.
Набрав номер телефона отца, Ирина всё-таки дозвонилась со второго раза. Он сказал, что был как бы в летаргическом сне в вагоне вокзального тупика. Только сейчас очнулся, ничего не понимает.
— Папа, я тебя на работе обыскалась. Хорошо, что ты через «Егерь» позвонил — возле ж/д путей связь неустойчивая. Тут такое дело: эпидемия кругом, условно «тройчаткой» называется. Если магазы закрыты в Басандайке и есть тебе нечего, поезжай в деревню к деду с бабой. Там мама с отчимом, Валерка, который брат соседского дяди Димы, его родители. «Тройчатка» туда не добралась. Но Валерка и отчим успели заразиться, с ними не общайся. Да и родаки Валеркины немного подхватили заразу…
— Хорошо, доча, подумаю, — отозвался отец. — Может и рвану к предкам. Хотя… нет. На вокзале хаос — тепловозы, электровозы, вагоны смешались в кучу. Работников ни одного не вижу. В том числе начальника вокзала. Кругом зомбаки… Скорее всего останусь тут.
— Хорошо, пап, камень с плеч, как услышал твой голос. Будь на связи. Еду в Москву к дяде Диме. Пока-пока.
Попрощавшись с отцом, Ирина решила заехать в Дубьязы к родителям Марата. Он так и обмолвился в телемосте: «Будешь в Татарстане, заезжай к моим предкам в Дубьязы». Адрес в деревнях не нужен: все друг друга знают…
Хотя она не помнила фамилии Марата, найти его родителей оказалось просто. Ирина чуть не проехала мимо деревни на горнолыжный комплекс «Каскад», но вовремя остановилась. Правильно деревня называлась оказывается Дубъязы, то есть вместо мягкого знака нужно писать твёрдый знак. Хоть время было позднее, родители приняли гостью легко и гостеприимно. Разговаривали с ней по-русски с акцентом, но вполне цивильно. Ирина попробовала позвонить Марату, предварительно набрав его номер из кнопочного телефона родителей, но связи не было. Зато удалось поговорить с Татьяной из Малого Протопопово, хотя связь была хуже некуда.
— Ты знаешь, что у нас глубокая ночь? — спросила Татьяна сонным голосом. — Хорошо я только задремала. Делов тут вагон и маленькая тележка. Пенсы не достают так как Валерка с отчимом. Ну ты представляешь…
— Ты пенсионеров называешь сокращённо, как ведущие на «Новом радио», — ответила Ирина. — Извини, подруга, не
