— Синхарат? — потрясенно прошептала Аррин. Последовало долгое молчание, потом она перевела взгляд на Кэри. — Если бы я знала, непременно сказала бы им, где вы. Лучше бы они вас забрали. — Девушка задрожала и наклонила голову.
— Это было бы глупо, — ответил Дерек, лаская ее. — Ты бы упустила свой шанс быть любовницей одного из спасителей Марса.
— Если вы останетесь живы, — возразила она.
— Но, мое дорогое дитя, а можешь ли ты, сидя здесь, гарантировать мне, что не умрешь завтра?
— Нужно признать, — тихо сказал Кэри, — что ее шансы все же несколько выше.
Глава 2
Баржа была длинная и узкая и стояла на понтонных подушках, так что держалась высоко над водой даже при полной загрузке. Понтоны, корпус и палуба были из металла; на Марсе уже давно не строили кораблей из дерева. Посреди палубы помещалась низенькая кабинка, где могли спать несколько человек, а ближе к тупому носу прямо в палубе был устроен очаг, на котором готовили еду. Движение барже обеспечивали монстры — четверо злобных чешуйчатых шипящих марсианских зверей шли по берегу и тянули баржу на бечеве. Баржа двигалась очень медленно. Кэри хотел отправиться в Барракеш по суше, кратчайшим путем, но Дерек запретил ему это.
— Я не могу снарядить караван. Моя торговля проходит на каналах, все это знают. Так что нам с тобой придется ехать одним, по ночам, а днем прятаться и пережидать. Мы только потеряем время. — Он показал большим пальцем в небо: — Уэйлз свалится тебе на голову, когда ты будешь меньше всего ожидать его. В самый неподходящий момент. На барже тебе есть где укрыться, и к тому же у меня достаточно людей, чтобы отбить у него охоту совать нос в дела честного торговца, занимающегося легальным бизнесом, если он начнет очень уж наседать.
— Он не пойдет на такое, — мрачно сказал Кэри.
— Пойдет, если совсем отчается. Но это будет несколько позже.
Так что баржа легко скользила на юг по тонкой полоске темной воды — последней открытой водной артерии, которая некогда была большим океаном. Теперь она несла талую воду с полярных ледниковых шапок.
По берегам канала стояли деревни, редкие оазисы жизни и культуры, длинные клинья полей выделялись удивительными зелеными заплатами на фоне желто-красного запустения. Но попадались места, где песок одержал победу над людьми, засыпав поля, погребя под собой дома, и только по круглым холмикам можно было догадаться, что прежде здесь жили и трудились люди. Берега канала соединяли мосты, некоторые совсем целые и служащие людям, другие — похожие на сломанные радуги, висящие в небе. Днем солнце жарило невыносимо, от него не было никакого спасения, зато ночью две луны окутывали всю землю изменчивым очарованием. Если бы Кэри не грызло острое нетерпение, наверное, он был бы счастлив.
Но все это уйдет безвозвратно, если Вудторп и его Реабилитационный проект победят. Каналы перекроют плотинами и устроят запруды-водохранилища далеко на севере, а малочисленное население депортируют и расселят на новых землях. Глубокое бурение, вплоть до подземных водоносных слоев, восполнит дефицит воды в зимнее время, когда полярные шапки замерзают. Пустыня превратится — во всяком случае, на какое-то время — в цветущий сад. Кто откажется от такого ради жалкого, захолустного существования? Кто станет отрицать, что прежняя жизнь была плохой и что Реабилитационный проект хорош? Никто — кроме народа Марса и доктора Мэтью Кэри. Но никто не станет их слушать.
В Синхарате оставалось единственное средство, единственная надежда заставить выслушать это особое мнение.
Небо было пустым. Аррин сидела на палубе среди наваленных кипами тюков с товаром. Кэри видел, что она почти неотрывно наблюдает за ним, однако не испытывал восторга. Ему казалось, что девушка терпеть его не может, потому что он впутал Дерека в эту опасную авантюру. Жаль, что Дерек не оставил ее дома.
На четвертые сутки на рассвете ветер неожиданно стих. Солнце палило немилосердно, от раскаленного песка и камней струилось дрожащее марево. Вода в канале стала похожа на полированное стекло, а на востоке линия горизонта окуталась туманной желтоватой дымкой.
Дерек долго принюхивался, как собака, втягивая ноздрями стоячий воздух, и около полудня приказал стать на якорь. Десятеро из команды вскочили с тюков и принялись лихорадочно работать, прикрепляя стальными якорями канаты, мастеря укрытие для зверей, проверяя крепления грузов на палубе. Кэри и Дерек работали вместе со всеми, и когда Кэри случайно поднял глаза, то увидел, что Аррин сидит на корточках у очага, лихорадочно что-то помешивая в горшке.
Небо на востоке вздыбилось стеной, волна заклубилась до самого зенита, внизу охряная с черными подпалинами, вверху цвета огненной раскаленной меди. Потом все это обрушилось на землю и с ревом понеслось на людей.
Поддерживая друг друга, они заползли в кабину и стали на колени, плечо к плечу, — двенадцать мужчин и Аррин. Баржа брыкалась и перекатывалась с боку на бок, погружалась и подпрыгивала, борясь, сопротивляясь, словно живая, под порывами ураганного ветра. Пыль и песок проникали в каждую щель, в каждое вентиляционное отверстие, наполняя воздух горьковатым привкусом. Тьма запахла горящей серой, и раздался оглушительный грохот.
Кэри доводилось попадать в песчаные бури, и он жалел, что находится сейчас не на открытом пространстве, как бывало раньше, а на барже, которая вот-вот перевернется, и он пойдет ко дну, как самый последний дурак, на самой сухой планете во всей Солнечной системе. И все это время Аррин мрачно и стоически оберегала свой горшок с едой.
Наконец дикие порывы ветра сменились ровным штормом. Когда стало ясно, что баржа не перевернется, а останется стоять как надо, все поели пищи из горшка Аррин, и это было весьма кстати. Затем команда отправилась вниз, в трюм — поспать, потому что там было больше места.
Аррин накрыла горшок крышкой, чтобы не попал песок, и вдруг спокойно сказала:
— А почему вы должны идти туда — куда идете?
— Потому что доктор Кэри считает, что там сохранились записи, которые убедят сторонников Реабилитационного проекта в том, что наш «примитивный» народ знает, о чем говорит.
Кэри не мог как следует разглядеть выражение ее лица в полумраке, но ему показалось, что девушка хмурится, о чем-то напряженно думая.
— Вы так считаете, — сказала она наконец, обращаясь к Кэри. — А вы уверены?
— Я точно знаю, что эти записи существовали. Когда-то хроники были, это бесспорно. На них есть ссылка в других хрониках. Сохранились ли они по сей день или нет — другой вопрос. Но, учитывая особенность места и его жителей, думаю, что это возможно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
