— Тогда понятно, — улыбнулся Игорь, как показалось Виктору, с заметным облегчением. — Что ж, значит будем без опасений готовиться к торможению. Примерно через пятнадцать минут я дам оповещение.
— Принял к сведению. Сейчас допью кофе и отправлюсь к себе в каюту.
Едва капитан вышел, Виктор поставил чашку в утилизатор и заказал стакан воды. После полоскания рта стало полегче, но послевкусие все еще никак не хотело исчезать. Пришлось через силу выпить еще один стакан. Заесть бы чем, но теперь перекусить если и удастся, то только после маневра.
— Уф, все! Больше никаких экспериментов с синтезаторами, — переводя дух, пообещал себе Виктор.
В каюте он улегся на койку и пристегнулся, не дожидаясь оповещения. Какая, в сущности, разница: сейчас или парой минут позже?
— Команде занять места по расписанию, — произнес голос Игоря в переговорном устройстве. — Пассажирам — пристегнуть ремни.
Интересно, он этот формальный речитатив все время повторяет? Виктор поразмыслил и решил, что вряд ли. Скорее всего официальное оповещение через интерком капитан использует исключительно ради единственного пассажира, так как каюты не подключены к цифровой сети и экранов тут нет. Экипаж же, то есть Надю, о каждом маневре наверняка заранее предупреждает бортовой компьютер.
Грузовик быстро и точно перешел в режим торможения. Маневр был проведен мастерски: без дополнительных коррекций и с коротким периодом невесомости. Буквально через несколько минут после начала торможения капитан провозгласил отбой. Виктор слез с койки и ощутил, что его тело стало заметно тяжелее. Он сперва удивился, а потом сообразил, что «Муромец» тормозит довольно интенсивно. И если принять во внимание массу груза — чуть не на границе своих возможностей. Скорее всего, транспорт исправлял накопившуюся ошибку, чтобы финишировать в расчетной точке. Даже десятиминутное опоздание чревато дополнительными затратами энергии на маневрирование. Ну а система искусственной гравитации командного отсека не в состоянии полностью скомпенсировать перегрузки при наборе скорости и торможении.
До конца путешествия оставалось не слишком много времени, и Виктор решил все же перекусить. Неизвестно, что там и как на орбитальной базе. Если у смен определены рабочие сутки, тогда синтезатор простаивает редко. Не зная расписания, можно угодить точнехонько на чужой пир. Придется тогда ждать, покуда все поедят.
В кают-компании было пусто. Надежда сейчас наверняка выгнала киберов на проверку груза. Сверяет наличие со списком и тихонько ругается, ибо всегда обнаруживаются какие-нибудь отклонения. Откуда они берутся — никто так и не знает. Древняя загадка, неразрешимая, куда там аномалиям т-стабилизатора! Короче, девушке сейчас не до еды, а у Игоря полно дел в рубке.
Пожалев о том, что постеснялся спросить про коронные блюда электронного «шефа» в прошлый раз, Виктор отстучал на пульте заказ: щи из свежей капусты. Со сметаной, конечно. И вкус, и запах оказались на высоте, хотя после кофе он уже ожидал чего-нибудь не слишком аппетитного. Зато котлеты компенсировали все — комки странной субстанции не имели даже запаха. Наскоро проглотив еду, Виктор запил все каким-то подозрительным соком. Наесться, конечно, удалось, но получить от процесса удовольствие — нет. Тут ничего не попишешь. К каждой машине необходимо было привыкнуть. Даже одинаковые модели синтезаторов одни и те же блюда готовили по-разному: что-то получалось хорошо, а что-то выходило едва съедобным. Неизбежные погрешности в элементах системы приводили к тому, что каждый синтезатор обретал индивидуальные особенности. И поэтому только те, кому изо дня в день приходилось иметь дело с определенным киберповаром, могли рассказать вновь прибывшим, что лучше заказать.
Игоря и Надежду Виктор увидел, только когда «Муромец» пристыковался к пакгаузу станции. По старой традиции экипаж вышел проводить своего пассажира.
— Было приятно познакомиться! — улыбнулась Надя. — Надеюсь, что мы еще встретимся. Ведь вы должны мне разговор!
— Я помню! Обязательно поговорим, — пообещал Виктор, осторожно пожимая хрупкую ладошку суперкарго.
— Подозреваю, что задание здесь у вас нелегкое, коль скоро пришлось так спешить. Что ж, от всей души желаю вам удачи! — сказал Игорь. — Счастливо!
— Спасибо, капитан! Удачного вам полета!
Виктор осторожно, чтобы ненароком не взлететь из-за уменьшившейся силы тяжести, перешагнул через комингс и оказался в шлюзовом рукаве. Дверь немедленно закрылась. Здесь оказалось холодно, при дыхании изо рта вырывались облачка пара. Мягкими, буквально крадущимися движениями инспектор двинулся вперед, стараясь держаться подальше от гофрированных стен, на которых серебрилась изморозь. Несмотря на меры предосторожности, он все же пару раз слишком сильно отталкивался и ударялся затылком о пластик потолка. И тогда иней хлопьями сыпался за шиворот, заставляя поеживаться.
Дойдя до двери, Виктор коснулся датчика. Чуть помедлив, она отъехала в сторону, открыв ярко освещенную шлюзовую камеру. Едва Виктор ступил внутрь, дверь скользнула в пазах, отсекая шлюз от рукава. Сила тяжести быстро возросла, достигнув уровня земной, и тут же задул ветер. Судя по всему, заработала система защиты и дезинфекции, прогоняя через анализаторы воздух. Вскоре ветер стих. По-видимому, никаких опасностей машина не обнаружила: дверь впереди открылась, милостиво позволяя человеку следовать дальше.
По ту сторону Виктора уже ждали. Великан Костя, специалист по электронике и по совместительству начальник группы БР, приветливо помахал могучей ручищей:
— Привет-привет! Давно ждем, соскучились.
— Здорóво! Я тоже рад тебя видеть!
Они пожали друг другу руки. Причем ладонь Виктора совершенно скрылась в огромной Костиной длани. И в который раз инспектор поймал себя на мысли, что не в состоянии представить великана-бээровца, занимающимся электронными схемами. Как же все-таки обманчива внешность! Вот никак этот богатырь не походил на человека, способного хотя бы не сломать ручищами что-то хрупкое, не говоря уж о починке. Подкову там согнуть или лом в узел — да, но никак не ремонтировать электронные блоки. А ведь парень считается одним из лучших специалистов-электронщиков планеты.
— Пойдем-ка в конференц-зал, поболтаем, — предложил Костя и махнул рукой в сторону коридора: — Наши сейчас в столовой все оккупировали — не протолкнешься.
Движение лопатообразной ладони электронщика породило ощутимый ветерок. Виктор кивнул.
— Пойдем. Кофе там, случайно, нет? — спросил Виктор с надеждой в голосе.
— Нет, к сожалению, — сокрушенно ответил Костя. — Мы перетащили аппарат к дистанционщикам в диспетчерскую.
— Да, им нужнее, — согласился Виктор и вздохнул.
Конференц-зал больше походил на комнату или кают-компанию. Стулья, столы, пейзажи на стенных панелях. Уютно.
— Давай здесь и усядемся, — предложил Костя, указывая на ближайший столик.
Виктор не возражал. Разговор получился неспешным, хотя и довольно информативным. Оказалось, что данные ребята несколько раз проверили и перепроверили. И даже скормили Айку. Теперь они почти на сто процентов уверены, что нашли «Дилос», и надо как можно быстрее отправить его, Виктора, на абордаж. Зонд уже готов к бою. Дистанционщики и бээровцы роют копытами землю. Даже Барин тут побывал, привез кое-какую полезную технику. Вот только недавно отбыл, традиционно позабыв свой древний пистолет, что считается у группы хорошей приметой. Короче, все ждут не дождутся, когда инспектор начнет свой путь в атмосферу Венеры.
— А чего такое напряженное ожидание? — поинтересовался Виктор. — Вроде бы уже нашли, никуда не денется.
— Никуда не денется?? Да мы все время боимся его потерять. Ты же наверняка в курсе, чего там внизу творится?
— Ты имеешь в виду ураганы?
— Естественно, их, родимых. Что же еще может доставлять столько головной боли на этой чертовой планете? А ко всему, еще мы трех строительных ботов потеряли при маневрировании.
