и увидел, что нет ни коней, ни телеги, кто-то забрал даже котел.
– Эй! – закричал он. – Подымайся!
Вскоре весь отряд был на ногах. Никто ничего не понимал.
– Нам что-то подсыпали, – крикнул кто-то.
– Наум! Он! – раздались голоса.
– Я здесь, – послышался его сонный голос.
– Наум, что случилось? – бросился к нему Иван.
– А я что? Откель мне знать? Это я у вас должон спросить!
Все были в недоумении.
– Ты когда варил, в лес ходил? – голос Романа.
– Конечно, ходил. А как бы я огонь развел? Сырость-то не горит, – ответил тот.
– А никого не встречал? – голос Ивана.
– Никого! – вздохнул Наум.
– Роман, а деньги где? – спросил Иван.
Тот ответил:
– В суме. А сумы-то нет.
– Что делать? – послышался чей-то испуганный голос.
– Эх, связался я с вами! – в сердцах произнес Наум. – Вы-то богаты, а я без коня, без повозки остался. И котла нет! – жалобно произнес он.
– Да получишь ты за все, – пообещал Иван и, повернувшись к отряду, стоявшему полукругом, спросил: – Други, что делать будем? Вертаться?
– А что осталось-то? – сказал Роман. – Возьмем деньжат да и вновь…
Но все молчали.
– Ничего другого нам не осталось. Вертаемся, – объявил Иван, – а там видно будет. Роман все скажет. Куда идти-то? – Иван смотрит на Наума.
– Выберемся, – сказал тот, – вот бы рублей пять найти, другое дело было бы.
Все начали шарить по карманам. Собрали более одиннадцати рублей.
– Пошли до первой деревни, – радостно произнес Наум, – а там коней и повозку приобретем, все пешком не тащиться. И на жратву хватит.
Все получилось, как сказал Наум. Деревня оказалась не так далеко. Там купили трех лошадей и повозки к ним. И провизию на всю дорогу.
Показалась Москва, и надо было расходиться. Иван, отпустив Наума, отдал ему лошадей и повозки, а всем объявил:
– Вернетесь – молчите, а то смеяться будут над нами до конца наших дней. А ты, Роман, достань мне коня. Жду у березы.
Все с этим согласились. А Наум, зайдя к Марии Ярославовне, хотел отдать ей деньги, которые она дала ему, потому что работа оказалась слишком легкая. Но старая княгиня их не взяла, сказав:
– Ты сделал столько, что сказать трудно. Что бы было, узнай князь Иван Васильевич об этом поступке Ивана? И спасибо те за все!
Сама же Мария Ярославовна, обрадованная вестью, что вернулся внук, решила действовать и сказала себе: «Ну, бабка, за дело!»
Иван явился к ней тайком. Она сказала:
– Ты ступай обратно. Да смотри князю не попадись! Он хоть и сын мой, но суров… – Она не договорила.
Иван ее хорошо понял. Он знал жесткость отца. Осторожно выбравшись из Кремля, он под березой встретился с Ромкой. Тот держал в поводу коня. Передавая узду, он, как бы между прочим, произнес:
– А купец Егор Елферьев с сыночком на юг едут.
– Когда ты успел узнать об этом? – подивился Иван и спросил: – Ты хочешь, чтобы мы с ним поехали?
– Да не. Может быть, ты бы черкнул что Елене. Те бы передали.
– Черкни… а на чем?
– А у мня есть.
И он достал из-за пазухи лист бумаги, перо и чернильницу и подал все Ивану.
– А что писать-то?
– Как – что? Что ты хотел к ней приехать, повидать, мол, соскучился.
– Соскучился! Она еще нос задерет.
– Ну и дурак ты! – ляпнул Роман.
– Ладно! – примирительно произнес Иван, сел на поваленное дерево и стал что-то, пыхтя, царапать на листе.
А Мария Ярославовна между тем начала действовать. Не посчитала зазорным зайти к дьяку и все узнать, после чего заняла хитрую позицию. Для начала напросилась на прием к великому князю Ивану Васильевичу и, заведя разговор издалека, сказала как бы между прочим:
– Я слышала, что манкупский князь дает в приданое всего тысячу золотых. А не считаешь ли ты, государь, низким женить своего сына на таких жалких деньгах?
Ее выпад удался. Иван Васильевич задумался, потом сказал:
– Я тоже думаю, что непозволительно иноземной невесте приносить в дом мужа, великого князя, такие жалкие крохи. Что делать? Немцы не могут найти невесту, эта – не подходит.
Мария Ярославовна прищурилась:
– Я слышала, что господарь Молдовы ищет мужа для дочери. Я думаю, что она подходящая пара для Ивана. Да и союзник он для тя неплохой. Всегда с юга пригрозит литовцам.
Иван Васильевич посмотрел на нее заблестевшими глазами. Потом спросил:
– Ивану ничего не говорила?
– Как я ему скажу, когда ты отослал его в Суздаль?
Иван Васильевич промолчал. Он не мог сказать, что знает, как сын без спроса уехал. Князь не хотел унижать свою гордость.
– Ладно, – подумав, сказал он, – пошлю-ка я Ромку к нему. Они, кажется, друзья.
– И что тот ему скажет? – поинтересовалась Мария Ярославовна.
– Скажет, что я зову. Или этого мало? – Князь подозрительно посмотрел на собеседницу.
– Не смотри, князь, на мня так. Сыночек-то весь в тебя. Аль не видишь? Нрав-то в нем твой!
Князь усмехнулся:
– Хорошим князем будет! Недаром его хвалил король Казимир.
Мария Ярославовна слышала об этом. Слух, как воду в решете, не удержишь. Она с опаской посмотрела на великого князя:
– Ты, говорят, хочешь в Коломне кремль построить. И что?.. – и склонила голову.
Тот понял мысль.
– Позову, – сказал он, – пускай поедет туда опыта набираться. Возьмет с собой Марка. Что? Подходяще?
Мария Ярославовна тихо рассмеялась:
– Видишь и мыслишь верно, когда захочешь.
На такой зов Иван Младой не заставил себя ждать, показав этим свою любовь к делу. Из Коломны он вернулся совсем другим человеком. В нем закипела жажда деятельности. Отец выслушал его отчет и посмотрел на Марка: мол, так или нет? И тот ответил:
– Государь, Иван Иванович все правильно рассказал. Я удивлен его глубокими знаниями в деле военных укреплений.
Князь ухмыльнулся:
– Ты, Марк, конечно, прибавил, но я рад слышать, – он посмотрел на сына влюбленными глазами, – что он разбирается в этом деле. Ты учи, учи его! Как, княжич, будешь учиться?
Сын улыбнулся и ответил:
– Ученье не камень, вниз не тянет.
– Во! – Князь Иван Васильевич поднял палец. – Ты как в глаз попал. Носить его легко, но оно всякий раз может пригодиться. Ну, Марк, держи за старания. – И он подал ему кисет, где звенели монеты. – Ступай! – кивнул он итальянцу.
Тот, низко поклонившись, сделал несколько шагов к двери. Глянул с улыбкой на Ивана и, выпрямившись, открыл дверь. Оставшись вдвоем, отец пальцем указал сыну на кресло.
– Это хорошо, что ты понял, что нам надо укреплять нашу землю. Но она укрепляется не только этим. Нам надо, чтоб наша землица, посланная нам Господом Богом, передавалась из рук в руки своим наследникам.
Отец
