Борзойд явно недооценивает ведьмака. Он умен. И силен. И хитер… Сумасшедшее сочетание!».
- Не надо испепелять магистра взглядом. Господин ректор тоже еще нужен нам на этом месте… - менторским тоном говорил мне на ушко ведьмак, - Да, вот так… Дыши спокойнее, Гелла. Вдох-выдох… Вот так!
- Однако ж! – припечатал Гурмэ, - Нервная нынче пошла молодежь.
- Да! – согласился Борзойд и его маленькие поросячьи глазки сделались особенно маслеными и предвкушающими: - А что будем делать с орденом? Имя Геллы внесено в списки… Ей будут мстить, Гурмэ.
- Вычеркните! – сразу же ответил вместо ректора ведьмак, - Намертво. Чтобы даже никто не подумал!.. Кстати, что еще за орден?
- Орден мстящих. И я его предводитель, - слегка поклонился Борзойд, - мы не можем нарушать студенческие традиции ради одной девчонки. Ее имя уже внесено в список тех, кому будут мстить студенты ордена, в нем же и останется. Да, господин ректор?
- Хм… мстить? Гелле?.. И как же? – на лицо ведьмака будто набежала туча.
Черты лица заострились, черные густые брови сошлись в одну горизонтальную полосу. Ведьмак стал похож на ворона – большую и опасную птицу в нашем лесу. На месте магистра я бы не стала с ним связываться.
Но Борзойд был другого мнения. Он явно не обладал сильной интуицией и не различал надвигающейся опасности.
- Мелкие пакости, шуточки, розыгрыши... Ничего смертельного, - с охотой пояснил он, - Благодаря милым шалостям нам удается сдерживать особо ретивых студентов, держать руку на пульсе и знать, что они замышляют. С точки зрения преподавательского состава…
- Меня не интересует, что думает об этом преподавательский состав, - перебил его Рэдгоун и в голосе ведьмака проскользнули угрожающие нотки, - Только предупредите своих «мстящих», что Геллу, свою невесту, я тронуть не позволю. Никаких пакостей в ее адрес. Никаких розыгрышей и шуточек. Вам понятно?!
- Ну… - Борзойд явно не ожидал жесткого отпора. Да и ректор в их разговор не вмешивался, что наводило на странные мысли, будто он тоже готов защищать меня, - Со своей стороны я мстить не буду. И отдавать похожих приказов тоже… Но воспрепятствовать студентам в их святой обязанности – я не в силах. Хотите защищать – защищайте сами! – рявкнул напоследок он и направился к двери, - Чёрт-те что творится в академии… Приходят, устанавливают свои правила… - ворчал он себе под нос, - Нарушают традиции… - перед самой дверью он обернулся: - Зайду к вам завтра, Гурмэ. Что-то мне нехорошо от всех этих нововведений… Безобразие! Вычеркнуть из списка!.. Ха-ха!
И, хлопнув дверью, он удалился.
- Что ж, Гелла, поздравляю тебя с сильным защитником, - усмехнулся ректор, поблескивая хитро глазами. На ведьмака поглядывал с уважением, - А ты мне нравишься, Рэд. Тихий-тихий, незаметный парнишка… а какое моральное давление!.. Даже я, с моими амулетами, почувствовал… Борзойду всю ночь будут сниться кошмары. И давление скаканет.
- Надеюсь, - серьезно ответил Рэдгоун и снова смял мои плечи, - Он заслужил, насколько я знаю… А теперь, я провожу свою ненаглядную невесту до ее комнаты… Если вы не возражаете, господин Гурмэ.
- Идите! – махнул рукой ректор, - И мой тебе совет, Гелла: если перешла кому-то дорогу из мстящих, лучше подойди и уладь это дело сама. Извинись, что ли… Борзойд прав – тебе прилетит еще больше, если он попытается вмешаться и защитить тебя.
- Хорошо, - ответила я, позволяя ведьмаку увлечь меня к двери, - Я уже знаю, кто собрался мне мстить. Какой дурак всё это придумал…
Эрик. Видимо, пропажи скелета ему было мало. Захотелось испытать ведьмовское терпение на своей шкуре.
Что ж, его право. Как мстить, так и быть наказанным за это желание.
Рэдгоун, как и обещал, провел меня до самой моей комнаты. Шли мы молча – вокруг как назло постоянно кто-то шнырял, и обсуждать личные дела при чужих ушах желания не было.
Впрочем, что я могла высказать взрослому и умному ведьмаку, к тому же еще и преподавателю? То, что не довольна его заявлением?
Это очевидно. Как и то, что сделал это он не по своей прихоти, а, чтобы защитить меня. То есть и жаловаться в таком случае – как-то стыдно. Впрочем, как и уточнять – до какого времени я якобы буду считаться его невестой?
К счастью, ведьмак не планировал оставлять меня в неведении, и, когда мы подошли к моей комнате, с усмешкой сказал:
- Гелла, веди себя прилично хотя бы до конца года.
- Учебного?
- Календарного.
- Фуф, спасибо. А то напугали… - я неловко вытерла со лба пот, которого там и в помине не было. Позади Рэдгоуна то и дело сновали любопытные студенты. И я чувствовала себя неловко, не зная, как обращаться к Рэдгоуну, чтобы не обидеть его. Ведь мы перешли на ты. В память заслуг моей бабушки. Но не стоило забывать, что ведьмак – преподаватель академии, а вокруг полно народа. Так что я слегка покраснела и чинно спросила: - Мы обсудим обсуждать подробно условия нашего… сотрудничества? Вы… зайдете ко мне в комнату? Наверное, не стоит при всех говорить…
- Нет. Не зайду, - черные глаза ведьмака прожигали насквозь, - Не буду бросать тень на твою репутацию. Она итак колыхается на ветру, как осенний лист… Обсудим завтра, после урока зельеварения. Он у тебя последний, как и у меня.
- Хорошо! – я достала ключ и вставила в замок, - Что-нибудь скажете напоследок?
- Не выходи из комнаты ночью. Даже к нему, - посоветовал ведьмак, - Ты очень легкомысленна, Гелла. Очень…
Вместо ответа кивнула. Не нужно иметь пятерку по некромантии, чтобы понять – ведьмак и вправду переживает. И даже выставил свою фигуру как щит, чтобы защитить меня… от кого?
Неужели только от мстящих? Или есть еще что-то или кто-то, кто тоже ненавидит меня и будет на меня покушаться?..
Я вспомнила о порче и нахмурилась. Непохоже, чтобы орден стал мне мстить заранее. Порча была нанесена задолго до похода на кладбище в одиночку.
Но зачем? Для чего?..
Задумавшись, я стояла перед своей дверью и смотрела вслед ведьмаку. Забавный он всё-таки. Дёргано двигается, забавно дергает шеей – будто разговаривает мысленно с кем-то. А как взлетают его руки при ходьбе! Будто он идет не на своих ногах, а на ходулях!
То он уверенный в себе и сильный. Но пугающе неуклюжий и замкнутый. Или это
