Читаем без скачивания Корабль странников - Боб Шоу

— Повезло? — Сердженор откашлялся. — Слушай меня, Уэкоп. Ты как-нибудь ориентируешься в этой галактике? В какой точке мы находимся?

— Да, Дэвид. Вон то небольшое упорядоченное шаровое скопление я заметил еще на выходе из бета-пространства. Пока управление окончательно не отказало, мне хватило времени вывести корабль к нему.

Казалось, голос Уэкопа эхом отдающийся от стен комнаты доносится из космоса.

— Ты знаешь, мы собирались найти планету и поселиться там?

— Это было логичное предположение.

— Понятно, — Сердженор выразительно посмотрел на товарищей. — Уэкоп, теперь мы хотим, чтобы ты произвел полное исследование скопления на предмет определения звезд, наиболее вероятно имеющих планеты земного типа. Результаты выдай в виде распечаток. В четырех экземплярах. Сколько времени это займет?

— Примерно пять часов.

— Хорошо.

Неожиданно Сердженор понял, что слишком устал. В течение следующих пяти часов он вряд ли сможет сделать что-нибудь полезное. Кроме того, он понял, что не стоит и дальше оттягивать тот момент, когда он окажется один на один с собой в каюте, отделенный от Земли тридцатью миллионами световых лет. Можно было, конечно пойти и напиться, но у него не было желания употреблять алкоголь для поднятия настроения, особенно, если принять во внимание, что запасы оного должны закончиться через несколько недель.

— Я думаю, что нам лучше немного отдохнуть, — предложил он Гиллеспи и Тарджетту, взглянув на часы. — Мы можем встретиться здесь в…

— Я уже провел предварительное спектроскопическое исследование этого скопления, — неожиданно вмешался Уэкоп. — Полученные результаты показывают, что здешние звезды состоят из тех же элементов, что и в нашей галактике. Однако, в каждом случае линии сдвинуты в сторону фиолетовой части спектра.

Непонятно почему, Сердженора встревожило это замечание.

— Но это не уменьшает вероятность того, что мы обнаружим подходящие планеты?

— Нет.

Ответ Уэкопа успокоил его. Но все-таки, почему компьютер вмешался?

Сердженор, нахмурившись, посмотрел на Тарджетта, который хоть немного разбирался в астрономии.

— Зачем Уэкопу сообщать нам об этом?

— Сдвиг в сторону фиолетовой части спектра? — Сердженор понял, что Тарджетт был озадачен тем же. — Я думаю, это значит, что все звезды данного скопления движутся в нашу сторону. Точнее не к нам, а к центру, рядом с которым мы случайно оказались.

— Дальше!

Тарджетт не понимающе пожал плечами.

— Это необычно, вот и все. Обыкновенно все наоборот.

— Уэкоп, мы обратили внимание на то, что ты сказал о сдвиге спектральных линий, — обратился Сердженор к компьютеру. — Это означает, что данное звездное скопление скоро взорвется, правильно?

— Верно. Скорость звезд рядом с центральной областью достигает ста пятидесяти километров в секунду, и она увеличивается по направлению к краю скопления. Я сообщил вам об этом явлении, потому что в системе Млечного Пути аналогичные явления неизвестны.

Сердженору показалось, что о чем-то важном компьютер так и не сказал. Все же было понятно: независимо от того, каким множеством оттенков интонаций ни обладала «личность» Уэкопа — в намерения конструкторов явно не входило придать ей необходимую толику скромности.

— Хорошо, — сказал он, — итак, мы находимся в шаровом скоплении, которое представляет новое явление в нашей науке, — но если наш предшествующий опыт ограничивается системой Млечного Пути, естественно, мы вполне можем обнаружить несколько сюрпризов в других частях вселенной.

— С точки зрения философии твое мнение очень ценно, — ответил Уэкоп.

— Однако, по-настоящему в этом звездном скоплении удивляет не движение его в пространстве, а во времени.

— Уэкоп, я не понял. Объясни попроще.

— Звезды здесь располагаются в среднем на расстоянии около одного светового года друг от друга. Они движутся к центру со скоростью около пятидесяти тысяч километров в секунду. Мы находимся в центре скопления или рядом с ним, но не видим ни звездных столкновений, ни центральной массы. Это подразумевает, что мы появились здесь менее, чем за сто пятьдесят земных лет до первого столкновения. Однако астрономические временные шкалы таковы, что это предположение несостоятельно.

— Ты хочешь сказать, что это невозможно?

— Нет, это возможно, — мягко ответил Уэкоп. — Но по астрономической хроношкале период, равный ста пятидесяти годам, практически ничто. Мне не хватает данных о местных условиях для того, чтобы я мог рассчитать вероятность, но крайне маловероятно, что мы прибыли сюда на такой стадии развития скопления. Либо скопление должно быть значительно более рассеянным, либо здесь должно быть его ядро.

Сердженор уставился в наполненное неистовым сиянием небо.

— Тогда… как ты это объяснишь?

— У меня нет объяснений, Дэвид. Я просто излагаю факты.

— В таком случае нужно признать, что мы попали сюда в интересное время, — произнес Сердженор. — То и дело происходят вещи совершенно невероятные.

— Уэкоп, — встревоженно спросил Тарджетт, — а мы не оказались на краю черной дыры?

— Нет. Черную дыру в любом случае легко обнаружить, и я бы знал, она это или нет. На самом деле пока что невозможно вывести даже средний показатель здешней гравитации, а следовательно — и понять причину сжатия материи.

— Хм… Уэкоп, но ты сказал, что звезды, находящиеся ближе к рубежам скопления, передвигаются быстрее. Их скорость пропорциональна расстоянию от центра?

— Выборочный анализ подтверждает такую гипотезу.

— Стра-а-анно, — задумчиво протянул Тарджетт. — Это похоже на…

Он не договорил, переключив все внимание на сверкающие звездные поля.

— На что же? — не без интереса спросил Гиллеспи.

— Да так, пустяки. Просто у меня иногда возникают бредовые идеи.

— Довольно! К сожалению, в нашей ситуации дискуссии бессмысленны. — Сердженор посмотрел на часы. — Предлагаю прервать обсуждение до семи. К тому времени, надеюсь, в голове у нас прояснится, и Уэкоп сделает подробный доклад о ситуации.

Никто не возразил, и они вернулись в ярко освещенную кают-компанию, подальше от давящей на психику панорамы чужого неба.

Поднявшись по главному трапу на следующую палубу, Сердженор вошел в дугообразный коридор спальных отсеков. Удобства ради номера кают соответствовали нумерации топографических модулей, и Сердженору, занимающему левое сиденье в Модуле Пять, полагалась девятая каюта.

Проходя мимо каюты номер один, где в последние пять лет он частенько подолгу болтал с Марком Ламером, он вдруг подумал, что неплохо бы извиниться перед Кристиной Холмс. Дверь была закрыта, но плафон с надписью «не беспокоить» не светился. У себя ли Крис вообще? Недолго поколебавшись, он слегка постучал по пластиковой панели и услышал невнятный отклик, отдаленно напоминающий разрешение войти.