семей бедняков без крова и пропитания. Обрекли на голодную смерть. Поэтому островитяне готовы помогать российским войскам всем, чем могут. Готовы идти на штурм под Андреевским флагом.
– Отлично! – одобрил порыв греков адмирал. – Формируйте ополчение. Оружие вы получите, а знамя я отдам своё, адмиральское.
Ушаков приказал призовой команде десантироваться. Возглавил высадку капитан Кикин. В крепости подняли тревогу. На бастионах пушки выкатили в боевую позицию. Но французы не посмели стрелять. А только наблюдали, как баркасы уткнулись носами в берег, и наши матросы попали в крепкие объятия местных жителей. Островитяне подняли на руки капитана Кикина и принялись его качать. Узнав, что лейтенант Метакса грек, да ещё с родом с островов, его тут же подняли на плечи, вручив ему российский флаг и понесли в город.
Всю ночь в Корфу не смолкал праздник. Город был наполовину разрушен. Французы, перед тем, как запереться в крепостях, пытались сделать все возможное, чтобы превратить остров в непригодный для противника. Но, несмотря на все их усилия, наши матросы быстро нашли взаимопонимания среди местных греков и итальянцев. На следующее утро визжали пилы и стучали топоры. Матросы помогали восстанавливать дома горожан. Закурились печи для отжига извести. Месили глину. Носили камни.
На бастионах хранили молчание. Странно было наблюдать: над всеми крепостями развиваются французские стяги, а в городе повсюду – Андреевские знамёна.
Тем временем Ушаков пытался добиться от Константинополя помощи. Переговоры затягивались. Турция присылала депеши с очередными обещаниями, но, ни людей, ни продовольствия так и не приходило. Разведка подтвердила, что остров обороняют больше трёх тысяч солдат. В наличии шестьсот пятьдесят исправных орудий. Запас продовольствия – на шесть месяцев осады. До прихода эскадры линейный «Женераль» обошёл побережье, снял с материка все небольшие гарнизоны и переправил их на Корфу. Вдобавок небольшой французский флот имел суммарное вооружение: более двухсот орудий различного калибра и около полутора тысяч моряков. Что не маловажно, генерал Шабо был известен, как опытный военачальник. Имея в своём распоряжении такие силы, он мог долго вести оборону и измотать противника.
По прибытию эскадры зарядили холодные дожди. Мы почти всегда ходили в сырой одежде. Лазареты наполнялись больными. Продовольствие подходило к концу. В кладовых камбуза одни мешки с крошевом от сухарей. Приходилось за большие деньги покупать на албанском берегу мясо. Турки, те просто высаживались на материк ночью и угоняли скот у местных пастухов. Ушаков уже не обращал на это внимания. После угроз Кадыр-бея, рассылаемых местным пашам, начали подходить корабли с припасами. Но вместо обещанной крупы в мешках оказалась толчённая пшеница. Сухари оказались из ячменной муки, подгорелые и пресные.
Ушаков добился кредита в сто тысяч червонцев от баронов Гипша и Тимони. Поставщиком продовольствия подрядился торговый дом Соммарива в Сицилии. Но дом оказался не состоятельным. Продовольствие с Сицилии не поступило.
Пришёл авизо под английским флагом. Ушаков позвал меня к себе в каюту. Помимо адмирала в каюте находилось несколько офицеров. Все сгрудились у маленькой печурки и курили трубки. Дым слоёным облаком висел под низким потолком каюты. По окнам хлестал дождь.
– Лейтенант Добров, Переведите кратко, что там Нельсон от меня требует, – попросил адмирал, передавая мне лист бумаги с золотыми вензелями.
Письмо оказалось от лорда Нельсона. Английский адмирал настаивал, чтобы Ушаков отрядил большую часть эскадры для блокирования Генуе, залива Специи, Ливорно и всего итальянского берега. Меры эти намного полезнее, считал лорд Нельсон, нежели осада Корфу. Он ссылался на тот факт, что благодаря его неслыханной победе при Абукире, французского флота больше опасаться не стоит. Поэтому возле Ионических островов можно оставить только турецкие корабли.
– Хитёр лорд, – усмехнулся Ушаков. – Ишь, чего удумал. Оставить одних турок.
– Знает, что французы не смогут выслать подкрепление в Корфу, так как у них нет кораблей, – сказал капитан Сенявин. – К маю гарнизон сдастся.
– Думаю, раньше, – предположил Ушаков. – В марте сдадутся.
– А без нашего участия, лорд Нельсон пришлёт сюда пару линейных кораблей, и примет капитуляцию Корфу, – выдвинул свою версию капитан Селивачёв. – И будет выглядеть так, будто английская эскадра освободила острова.
– Именно, – согласился Ушаков. – Лорд Нельсон так же может выдвинуть турецкому Султану ультиматум. Ведь это английские моряки проливали кровь в Абукире, освобождая провинцию Блистательной Порты. И Порта позволит Нельсону поднять над островами Английский флаг.
– А мы? – возмутился капитан Сарандинаки.
– А нас попросят убраться обратно в Чёрное море, – ответил Ушаков.
– И все же, Фёдор Фёдорович, – возбуждённо заговорил капитан Сенявин. – Есть правда в том плане, что я вам предлагал в начале похода. Надо было сразу идти к Корфу и брать его первым, а потом разбираться с остальными островами. Не успели бы французы сюда подвести продовольствие и укрепить остров Видо.
– Я бы так и сделал, уважаемый Дмитрий Николаевич, если бы у меня было достаточно пехоты для штурма острова, – ответил ему Ушаков. – Нужно хотя бы ещё три тысячи гренадёров. – Обратился ко мне. – Пишите, Добров, ответ господину Нельсону.
Я под диктовку написал вежливый отказ от предложенного плана. Ушаков ссылался на невозможность покинуть острова, так, как наступал период зимних штормов, и корабли надобно держать в бухтах. Потом многие суда после длительного похода имели течь и расстройство в такелаже, посему требовался продолжительный ремонт.
* * *
Капитан Селивачёв заметил какое-то движение на небольшом острове Лазеретто. Остров находился между Корфу и материком. Ночью он подкрался на шебеке и высадил десант. Оказалось, французы и здесь готовили фортификацию. Селивачёв выбил их. Захватил сем чугунных пушек крупного калибра. В недавно оборудованном погребе нашёлся приличный запас пороха и ядер. А на рассвете к Лазеретто пристало небольшое торговое судно с продовольствием. Капитан сказал, что привёз груз, как договаривались и потребовал денег. Селивачёв ответил, что денег нет, но продовольствие он имеет право конфисковать. Тогда капитан сказал, что пожалуется своему хозяину, грозному Али-паше. Судно отпустили, но Селивачёв доложил о странном инциденте Ушакову.
– Вот оно что! – разгневался адмирал. – Али-паша и нашим, и вашим… Ох, подлец!
К всеобщей радости к флотилии примкнули два фрегата, пришедшие от берегов Египта. Капитан Сорокин, посланный раннее в помощь адмиралу Нельсону, сообщил, что турецкая сторона их никак не снабжала продовольствием. Англичанам так же на них было наплевать. Жили только за счёт призовых пополнений, задержанных французских торговых кораблей. Так, как обязательство английская сторона не выполняет, тогда и Сорокин решил наплевать на англичан и отбыл к Корфу, дабы соединиться с основной эскадрой.
– А, правильно и сделал, – похвалил его Ушаков.
– С собой у меня восемнадцать французских офицеров, – доложил Сорокин. – Пытались уйти морем из Александрии. Вместе с ними захвачена казна в
