убийственная стандартизация, то, может быть, где-то произойдет толчок, который поможет школьным поколениям задуматься над тем, что есть благородство мысли? Что есть героизм? Что есть самоотвержение и самопожертвование? И именно тогда кто-то поймет ту простую истину, что, лишь отдавая, мы получаем и, жертвуя, мы обогащаемся. И поймет это не только в узко материальном значении, но и во всем том истинном богатстве, источником которого является дух. Вот эта физиология духа, о которой именно так часто теперь приходится говорить, и будет тем практическим жизненным началом, которое еще раз привлечет абстракцию в действительность.
В наших объединениях не будем бояться этих синтезов понимания жизни, без псевдооккультизма и мистицизма. Да, мы приветствуем каждое завоевание духа и света, и мы понимаем, что механика тогда делается истинной механикой, когда с нею соединено и понятие искусства.
Итак, через друзей наших будем объяснять всепроникающее понятие прекрасного искусства, которое спасет нас от мертвящей стандартизации, от губительного засорения жизни. Мы будем твердить, что это не общие места. Повторим, что понятие благородства и достоинства мышления не есть ханжество, но есть признак истинного творчества, которому обязывает нас Божественная искра духа человеческого. Укрепляясь взаимно сами, мы скажем эти же слова и школьным поколениям. При этом покажем им, что мы не пытаемся унизить их детскими игрушками, но истинно зовем их к сотрудничеству. Ведь каждый ребенок гордится, если ему поручают работу большого. Только тогда он действует осмотрительно и бережно, стараясь не унизиться перед взрослыми. Обратите внимание: дети гораздо больше любят книги взрослых, нежели искусственно стилизованные, якобы детские книги, в которых какие-то большие старались натянуть себе детские штанишки. Эти же соображения относятся и к толпе, которая по существу своему гораздо лучше, нежели обычно полагают. Лишь невежество думает, что для толпы необходима вульгарность, – нет, можно назвать тысячу примеров, когда знак геройства одухотворял толпу гораздо возвышеннее и действеннее, нежели клоунада и плоская шутка. Благородство и героизм для нас пусть не будут отвлеченностью, но пусть сделаются почетными гостями наших повседневных трапез. И опять, пусть не будет в устах наших пустым звуком, когда мы скажем, что мы все будем посвящать наши силы положительному началу творчества. Изучая историю искусств, мы видим, какие именно признаки сопровождали созидательные и разрушительные моменты. Бережно и непредубежденно будем выбирать эти искры положительного творчества и будем пытаться вносить их во всю нашу повседневную жизнь.
Февраль 1931 г. Гималаи
Женщинам
Посвящается Единению Женщин Общества имени Рериха
Матерь Мира. Сколько необыкновенно трогательного и мощного слилось в этом священном понятии всех веков и народов.
Космическими волнами приближается это великое понятие к человеческому сознанию. В спирали нарастания иногда точно удаляется, но это не есть отход, это есть лишь фазы движения, недоступные нашему глазу.
Учения говорят о наступившей эпохе Матери Мира. Близкая всем сердцам, Почитаемая умом каждого рожденного, Матерь Мира опять становится у великого кормила. Будет счастлив и убережен тот, кто поймет этот Лик эволюции!
Трогательно и проникновенно посвящает христианство Богоматери следующую легенду:
«Обеспокоился Апостол Петр, ключарь Рая. Сказывает Господу: „Весь день берегу врата, никого не пускаю, а наутро новые люди в Раю“.
И сказал Господь: „Пойдем, Петр, ночным дозором“.
Пошли ночью и видят: Пресвятая Богоматерь опустила за стену рая белоснежный шарф Свой и принимает по нему какие-то души.
Возревновал Петр и вмешаться хотел, но Господь шепнул: „Ш-ш! не мешай!“»
Восток посвящает Матери Мира следующий гимн:
«Покрывшая Лик Свой, Соткавшая пряжу Дальних Миров, Посланница Несказанного, Повелительница Неуловимого, Дательница Неповторенного.
Твоим приказом океан замолкает и вихри черты невидимых знаков наносят.
И она, Лик Сокрывшая, встанет на страже Одна в сиянии знаков.
И никто не взойдет на вершину, никто не увидит сияние Додекаэдрона, знака Ее Мощи.
Из спирали Света знак соткала Сама в Молчании. Она Водительница идущих на подвиг.
Четыре угла – знак Утверждения – явлен Ею в напутствие решившимся».
В древнейшем городе Кише был найден культ Матери Мира, и самая старая литература Китая приветствовала Матерь Мира вдохновенным песнопением. Она и Скоропомогающая, Она и Сторучица, Она и Тысячеокая, Она Охраняющая Покровом Своим всех прибегающих к Ней. Будь то в лике Куанин или в светотканой мантии Мадонны.
Прекрасная артистка Мария Германова, прославленная русская Дузе, минувшим летом обратилась ко мне со следующим трогательным и зовущим письмом.
Письмо это тем более ответило нашим сердечным устремлениям, что мысль о Женском Единении уже давно, как у Елены Ивановны, так и у меня, складывалась в формы новых организаций, которые в широком понимании призовут мир к новому строительству. В марте 1930 года Елена Ивановна писала в Америку о необходимости начала Женского Единения. Задолго до этого оформилась идея Сестер Алтая – Сестер Золотой Горы. Не раз мне приходилось приветствовать женские организации и писать о Великой Матери Мира и о таинственном женском покрывале. В этой статье я спрашивал, почему издревле венок является истинным украшением женского чела? – Венок – венец подвига… И во имя этого венца подвига так ответило нашим старым решениям письмо М. Н. Германовой.
Привожу его:
«„Горе имеем сердца!..“
Есть старая поговорка: когда дети малы – они бремя для колен матери, когда они выросли – для сердца. И действительно, дети вырастают, перерастают нас, отлетают из гнезда, не надо их мыть, кормить, одевать, но сердце-то матери все так же полно забот, тревог и молитвы за любимых.
Сердце матери, сердце женщины – великое сокровище. Оно зажигает нас, освещает семью. Кто учил вас молиться, кто все поймет и простит? – Мать, женщина. Кто вдохновит на подвиг? Возлюбленная, подруга, женщина.
Чаще и чаще, тверже и тверже осознается теперь, что настала эра женщины, и много лампадочек женских сердец зажигаются в одиночестве, тайне и часто в плену у мрака. Но зажжены они одним огнем – любви, Красоты материнства, женственности.
Если бы соединиться во время этого огня? Если бы знать, что мы не одиноки, как легко и радостно воспрянет пламя наших сердец!
Мы, женщины, все женщины, старые, молодые, матери, жены, подруги, счастливые и одинокие, если мы опоясаемся силой Любви, какая божественная сила воздвигнется, какая светлая рать ополчится против тьмы и зла на помощь всему человечеству, которое находится в небывалой еще опасности.
Мы спасем землю, мы преобразим жизнь.
Не надо нам в единении наших сердец собираться в клубах и собраниях, читать доклады и лекции и покидать для этого близких и дом. Нет, именно в доме понесем мы наш свет.
Как много мы можем! Мы изгоним безобразие, пошлость из нашего обихода и позовем в гости красоту.
Выметем сор и паутину, не только из углов дома, но и из отношений, слов, мыслей, чтобы духу было легко дышать. Подумаем не только об обеде, но и о том, чтобы не было отравы для духа, выбросим яд ссор, сплетен, пересудов и дадим смеху радости почетное место за нашим столом.
Отправляя в дорогу или на работу, позаботимся не только о чемоданах и деньгах на расходы, но пошлем чистые благие мысли и молитвы.
Да, не пересказать сразу все возможности творчества, подвига, что лежат перед женщиной, как земля обетованная.
Положим душу нашу за милых наших.
Жанна д’Арк спасла родину.
Мы, если все вместе, спасем землю.
Нет Воскресения без Голгофы, так и зов этот возник от боли. Одно истерзанное женское сердце Елены Ивановны Рерих – закинутой в чужую, далекую страну, куда так самоотверженно привело ее служение Просвещению. Она больна, одинока, тоскует и по близким и разлучена с мужем и друзьями, которым по непонятным, несправедливым, необъяснимым причинам не дают визы и возможности утешить, успокоить, исцелить эту боль и тоску матери.
Встанем на защиту этого истерзанного сердца. Пусть оно будет нашей орифламмой.
Оно омыто огнем вечного страдания и будет как путеводная звезда, которая приведет нас к победе».
Письмо, в частности, обращалось к Е.
