спросил:
— Вы знаете иностранные языки?
— По-французски могу говорить, по-английски читать и переводить со словарем.
— Ну, тогда это упрощает мою задачу. У нас есть собственные обзорные материалы, но имеет смысл прочесть кое-что в подлиннике. Тем более, что там есть и фотографии, которых нам порядком недостает. Ксерокопии, к сожалению, тут неважнецкие, но других нет.
Из всех папок, которые он выложил на стол, он отобрал несколько переплетенных тетрадей.
— Вот. Здесь основное и из фактов, и из домыслов. За неделю прочтете?
— Думаю, прочту.
— Ладно, приходите, как прочтете, хотя лучше заранее позвонить.
— Тогда, до свидания.
Я вышел с сознанием удачи. Абаза произвел на меня впечатление сдержанной и умной деловитостью и, что греха таить, интересом к моей собственной, уже бывшей, пилотской судьбе. Однако понять такого человека, как Абаза, было не просто. Не слишком-то он доверчив. Но вот поверил же мне и в меня. Мда-а-а — вслед за Абазой повторил я про себя.
Как я и ожидал, наиболее интересными оказались сообщения летчиков, фотографии и некоторые обобщающие материалы, в том числе статистические. На карте мира были разными значками отмечены места, которые НЛО посещали особенно часто. На территории СССР тоже были отмечены определенные места. Правда, в пояснениях к карте было указано, что сведения по СССР не полны, поскольку там уфология официально не признается наукой.
Глядя на эту карту, я надолго задумался. Всё это были, главным образом, малонаселенные и труднодоступные территории или редко посещаемые акватории Мирового океана. Чем могли руководствоваться инопланетяне, когда выбирали такие места? И могла ли такая дислокация подсказать, что́ именно было главным объектом их исследований? Если «гостей» интересуют «натурные социальные наблюдения», их надо бы проводить в густонаселенных районах. Правда, и в таком случае базироваться можно в медвежьем углу, а там, где требуется, разместить незаметную аппаратуру. Но могло быть и другое. Например, пришельцы ищут какие-то важные для них ресурсы. Тогда малоосвоенные территории очень даже подходят: по иронии судьбы главные кладовые нашей планеты приходятся именно на них, а еще на океанические разломы — это кстати, могло бы объяснить, зачем им понадобилось «обнюхивать» пустынные акватории. Сибирь и Арктика предоставляли в этом смысле громадные возможности — сколько хочешь «ненаселенки», сколько хочешь нетронутых богатств! Вместе с тем на карте Сибири было совсем немного значков «НЛО», причем приходились они на наиболее людные районы. Вывод напрашивался сам собой — из ненаселенных мест сообщений не поступало, во-первых, потому что наблюдать там некому, и, во-вторых, если и есть кому, то куда сообщить? А, в третьих, если допустить, что информация передавалась, то, скорее всего, она оседала в секретной лаборатории ВПК — КГБ. Неплохо было бы взглянуть на их карту… На ней могли быть обозначены не только точки базирования, но и трассы полетов НЛО, поскольку данные радиолокационного контроля воздушного и космического пространства наверняка передавались именно туда. Мне давно было известно, что радиолокационщики вполне уверенно отличают неземные летательные аппараты от наших, человеческих, что вся территория СССР и акватория прилегающих морей с той или иной интенсивностью контролируется сетью радиолокационных станций. Правда, по приказу какого-нибудь недоумка все эти наблюдения могли потом никуда не передавать, но даже для нашей изумляющей весь мир страны это было бы, пожалуй чересчур.
Что было для меня совершенно ново, так это сведения об НЛО не только в форме тарелки или плоской шляпы, но и в виде сигар. Однако самым впечатляющим стало, пожалуй, то, что среди инопланетных кораблей встречаются особо крупные, несущие нескольких существенно более мелких. Наличие «тарелконосцев» заставило было усомниться в том, нужны ли инопланетянам стационарные земные или морские базы, но тут же подумалось, что и авианосцы землян нуждаются в портовых стоянках, как бы ни были они велики в сравнении с кораблями других классов. И еще одна вещь пробудила во мне воспоминании о странном следе, который я однажды наблюдал во время полета в самом дальнем углу восточносибирской тайги. В статье французского автора со ссылкой на американца рассказывалось о том, как тот на отдаленном от населенных пунктов перуанском плато наткнулся на круговой отпечаток какого-то громадного тела, видимо, инопланетного корабля, поскольку почва была обожжена и оплавлена в пределах этого круга и в целом немного просела. Диаметр отпечатка составлял семьдесят метров. Это было очень похоже на то, что три года назад видел я.
Через неделю я снова был принят Абазой.
— Ваши впечатления? Нашли для себя что-то новое? — сразу после приветствия спросил он.
— Да, и довольно много.
— А что именно?
— Характер распределения встреч с НЛО на поверхности нашей планеты.
— Что Вам бросилось в глаза?
— То, что места самых частых встреч совпадали с малонаселенными и труднодоступными местами и, возможно, с местами крупных минеральных залежей.
— Верное впечатление. Что еще?
— Наличие у них «тарелконосцев» — больших кораблей, что снимает проблему наземных баз.
— Так. А кроме этого?
— Сообщение из французской статьи об американце, наткнувшемся на след посадки летающий тарелки.
— А это почему?
— Потому что я сам три года назад видел сверху нечто подобное.
Мой ответ вызвал мгновенную перемену в лице Абазы — как будто он вдруг узрел какое-то чудо.
— Минутку! — сказал он и перегнулся вбок, к нижнему ящику в тумбе своего стола. Выпрямившись, он положил перед собой несколько больших фотографий, быстро перебрал их и две протянул мне.
— Похоже? — еле сдерживая нетерпение и азарт спросил он.
Я не стал спешить с ответом, хотя сразу увидел на той фотографии, которая лежала сверху, что ОЧЕНЬ похоже. Однако сперва надо было взглянуть, что на второй. Там тот же след был снят с высоты человеческого роста, и была видна его глубина. Судя по длине топорища, которое, торчало заменяя масштабную линейку и возвышаясь над бортом впадины, глубина ее была всего порядка сорока сантиметров. Граница впадины вырисовывалась очень отчетливо. Как тогда, у меня.
— Сколько в диаметре? — спросил я.
— Семьдесят метров.
«Значит, это тот самый след, о котором писалось во французской статье», — понял я. Фотография была очень четкой, отпечатанной сразу с черно-белого негатива, а не пересъемкой с другой фотографии. Это означало, что КГБ не сумел перекрыть все каналы взаимодействия наших уфологов с иностранными. Это порадовало.
— Удивительно похоже, — наконец, подтвердил я вслух. — Я тогда тоже оценил диаметр на метров семьдесят-восемьдесят.
— Расскажите, где и как это было, — попросил, нет — потребовал Абаза.
Как он ухитрился совместить обе интонации, осталось для меня загадкой.
— Это место было в стороне от обычных полетов нашего отряда. Сюда, в общем, некого возить, разве что охотоведов во время авиаучета численности копытных. Это когда лежит снег. Или лесных пожарных во время летней жары, да и то не каждый год. Но в тот раз я выполнял
