роскошь для работников кафе. Я посмотрел на мужика с бородкой, и увидел тяжелый, суровый взгляд, наблюдающий за дверью, где скрылась Катя. Сейчас она стояла возле меня, но этот верзила будто гипнотизировал дверной проем, призывая его выплюнуть на свет божий только что спрятавшуюся официантку. Парень выглядел внушительным и грозным. И почему девушек тянет к таким вот бугаям, которых потом бояться всю оставшуюся жизнь? Не мог я проигнорировать ее просьбу, раз дело обстояло именно так, но не уверен, что парень так легко сдастся. Скорее всего он либо потребует официантку обратно, либо будет сторожить ее на выходе.
— Ладно. — Сдался я и выхватил из ее рук блокнот с заказом.
Катя обрадована запрыгала на месте, хлопая в ладоши. Потом обняла за талию и начала толкать на кухню, где этот список и надо было озвучить.
Как же мне не хотелось выходить в зал с подносом в руках. Не хотелось идти к тому столику и задерживаться возле него, раскладывая посуду перед мужиками. Все тело сопротивлялось и начинало зудеть от нежелания делать эти судьбоносные шаги. Ведь Ворон не оставит мою персону без внимания. Он не сможет молча усидеть на месте, не ткнув в меня пальцем и не завопив что-то наподобие: «Ты! Ты че здесь делаешь? На этот раз не собираешься убегать, поджав хвост?». Ну или что-то в этом роде. Но слово я уже дал, отступать некуда. Собрав всю волю в кулак, я схватил поднос и поволок себя к ненавистному столику.
— Ваш заказ.
На меня непонимающе уставилось восемь пар глаз, но никто не сказал ни слова. Я смотрел на тарелки, которые раскладывал на столе, не имея желания встречаться взглядами ни с одним из них. Закончив приготовления к их трапезе, я зажал поднос подмышкой и начал отступать.
— Приятного аппетита.
В конце, вопреки моим желаниям, я все-таки поднял глаза на Ворона, и не увидел в нем никаких поползновений в сторону диалога со мной. Он сразу же схватил чашку с кофе и принялся обсуждать что-то с остальными парнями. Уже, будучи за спасительным стеклом, я облегченно выдохнул. Ни одна мысль не промелькнула в голове. Меня будто опустошили. Вытряхнули содержимое и хорошенько закрыли дырки, чтобы сосуд не лишился воздуха. Не знаю, почему я так разволновался, увидев Ворона, но, похоже, ребята рядом с ним к ордену не относятся, а значит и говорить об этом он при них не будет. Но я этого не знал, потому и ждал реакции. А ее не последовало, от чего я немного растерялся. Оно и к лучшему. Значит и мне не стоит обращать на него внимания, а просто заниматься своей работой.
Компания мужиков сидела до самого закрытия кафе, чем сильно напрягала персонал. Особенно поваров. Кафе работает до последнего клиента — эта нерушимое правило, все с ним соглашались, при устройстве на работу. Но в такие моменты, когда находились товарищи, любящие засидеться, тут уже было не до искрящихся улыбок и вежливых фразочек. Работники начинали сверлись таких клиентов гневными взглядами, всячески давая понять, что им пора убираться восвояси. В общем и целом, я их понять могу, но лично мне было все равно до какого времени сидит посетитель, главное, на метро я успевал всегда, а остальное неважно. Но были уборщицы, которым надо было успеть все убрать до полного закрытия заведения, и клиенты, как раз этому сильно мешали.
Ворон с дружками веселились, громко обсуждая интересную для них тему, а я маялся за стеклом, надеясь, что сегодня меня больше не ждут приключения. Мужик с бородкой поднял руку, я подошел, и он запросил счет. Компания, наконец, задумала расходиться, чему несказанно обрадовались все, кто до этого ждал дальнейших действий мужиков. Повара тут же засобирались домой, а уборщицы, похватав в руки швабры, рванули в зал и кухню, для полноценной уборки. Когда я забрал расчетную книжку, взглянул напоследок на спины уходящих, но никто из них не повернулся. Распахнув ее, я взял купюры из кармашка. Вместе с ними вылезла салфетка, с надписью: «Жду у выхода»
— Ворон! — из моих уст это прозвучало, как ругательство, но мне было все равно.
Не мог он спокойно отправиться домой, не зацепив меня. Разорвав салфетку, выкинул ее в урну и пошел переодеваться. Черный вход был закрыт на ключ, так что пути к отступлению отсутствовали. Придется идти через главные двери и встречаться с ненавистной «птицей».
— Ну как? Оставили тебя ни с чем? — подскочила ко мне Катя, довольная моей природной добротой.
— Нет, на жетон оставили. — Ответил я, не соврав. Не стали они выгребать мелочь, которую я им дал на сдачу, тем самым продемонстрировав свою щедрость.
На мужиков я никогда и не надеялся, все же им не свойственно благодарить чаевыми официантов мужского пола. Да и не каждая женщина готова раскошелиться за смазливую физиономию своего прислужника. Меня это не сильно заботило. На жизнь и без них хватало.
— Жмотяры. Но все равно спасибо. Выручил. — Продолжала улыбаться коллега, завязывая шнурки на кроссовках.
Я быстро скинул рабочую форму, намереваясь поскорее покончить с вездесущим Вороном. Однако Катя дождалась, пока я переоденусь, и мы вышли из кафе вместе. На улице стемнело, горели фонари и оживленностью улица не хвасталась.
— Может, тебя проводить? — спросил я, скорее из вежливости, ведь мысли мои были направлены лишь на один объект обожания. О которой сегодня я хотел бы уже не думать, однако получалось не очень хорошо. Плюс, может Ворон не станет приставать ко мне, если увидит в компании девушки.
— Нет, спасибо, я тут рядом живу, не утруждай себя. — И помахала мне ручкой на прощанье.
Похоже от встречи мне не спастись.
Ворона я увидел сразу. Он сидел на невысоком заборчике, засунув руки в карманы пиджака. Под вечер становилось холодно, и я пожалел, что сам одет так легко. Я надеялся быстро забежать в метро, но этого мне сделать не позволили. Подошел к нему и сел рядом на заборчик. Железка оказалась холодной, и я встал. Ворон последовал моему примеру, взял за локоть и потащил к подворотне. Когда я уже хотел начать возмущаться, он приложил палец к губам — «молчи». Мы подошли к краю арки, и прислонившись к стене, затаились. Что нашло на Ворона я понял несколькими
