раз меня окружил зной сухого ветра, дышать стало нечем, а я возненавидел эту психопатку всей душой.
Запахло вяленым мясом. Точнее вяленым некромантом.
— Ой, перестаралась. Алтарь света! — последовало уже четвёртое заклинание по мне. Но моё самочувствие резко улучшилось, а кожа перестала казаться одеревеневшей.
Я поднял руку.
— Да, Грязев, что ты хочешь спросить? — спросила блондинка.
— Я так понимаю, что Вы гениальны? Целительство Вы уже показали весь Спутник. «Дуновение ветра» — Планета воздуха, если верить мультикам, но Вы её ослабили достаточно сильно, но это всё же смертельная магия. А во время нашего бега, Вы точно применяли стихию плоти, возможно, артефактом? И выглядите Вы всего лет на пять старше нас, — произнёс я.
— Да, я гениальна, — без тени смущения заявила Яна Михайловна, — но я не стану сообщать вам свои стихии. Две ты опознал верно, но благословление плоти получено мной артефактом. А по поводу моего возраста: у женщин такое спрашивать неприлично.
— Да про Вас статья есть, — раздался голос со второго ряда. Я обернулся и увидел длинноволосого блондина, державшего какой-то небольшой предмет, и водившего по нему пальцем, — Вам двенадцать, пять стихий и вода на Созвездии. Ваш род потерял право быть среди преальм из-за участия Вашего брата в покушении на Альмахана, а титул понижен с Великих князей до обычных. Вторые после Чудор, то есть предпоследние в очерёдности на престол. Были. Кучу скандалов выдаёт. Коррупция, давление на нижестоящих и купцов…
— Минаев! Я же сказала, подними руку, а потом говори или спрашивай! — возмутилась блондинка, подошла, выхватила предмет. — Планшет заберёшь у директора. В академии его применение строго регламентировано.
— Это произвол! Нет такого правила! — возмутился светловолосый парень, вскочив на ноги.
— Есть, Гошенька, есть. С этого года ввели. А то уж больно много вас умников развелось за последний год с появлением мобильной версии, — усмехнулась недоучилка, точно упиваясь местью за разглашение данных о себе. А может и просто властью.
— … ладно, — как-то поник и больше не возмущался длинноволосый.
Взметнулась рука и после кивка Яны Михайловны прозвучал голос, что ранее обсуждал помощь княжне Ушаковой с бароном Буяновым:
— Я тоже! — заявил упитанный мальчик.
— Что «тоже», Сергородский? — уточнила блондинка в серой мантии.
— Должен сдать! — заявил ученик и протянул точно такой же предмет, что был ранее изъят у Минаева.
— Ой, баран, — пробормотал Буянов.
— Да, я тоже барон, а что не так? — не понял мальчик, повернувшись к «другу».
— Ничего, — проворчал собеседник, удерживая лоб рукой.
Взметнулась очередная рука, теперь это была княжна Ушакова:
— Да, Лерочка, задай вопрос, — кивнула ей недоучилка.
— А можно носить дизайнерскую мантию, как у Безумновой? — спросила брюнетка, а её зрачки блеснули неоново-голубым светом.
— Да, Лерочка, в рамках допустимой формы вы можете носить выданную школой или собственную, но без излишней геральдики. Разрешены защитные заклинания. Но требуется анализ школьной комиссии. Наташенька её уже прошла, её форма допущена, — заявила Рёрикович.
— Ясно. Я пыталась вытащить из неё эту информацию, но она мне и слова не сказала в ответ! — возмутилась княжна Ушакова.
— Лерочка, не обижай Наташеньку, она очень стеснительная девочка, — пролепетала блондинка. Её вообще не смущало, что чуть ранее выбила мной обе кеглечки. Недоучилка осмотрела класс, вперила взгляд в меня, — у кого-то ещё есть вопросы?
Ну, так как я уже чист и пахну ароматом оазиса в пустыне, то я не тороплюсь. Моя рука взмыла вверх:
— Яна Михайловна, а Вы будете у нас что-то преподавать или просто куратор класса? — задал я вопрос, что стал для меня на удивление важным. Непосредственность может и убить.
— Грязев, Кирушка, в первый год я буду вашим личным учителем по всем дисциплинам, — «обрадовала» меня эта мелюзга. — Ещё вопросы?
— А существует возможность смены класса при каких-то обстоятельствах? — решил уточнить я.
— Нет. Вы отобраны по запросу директора у «Такс», простите, Тайной Канцелярии. Всем Вам менее десяти лет, так что вы можете перейти разве что в музей или быть отчисленными без права восстановления в Академии, — назидательно заявила блондинка и расплылась в улыбке. — Вопросы?
— Вы с кем-то помолвлены? — неожиданно спросил Минаев, парень у которого ранее изъяли планшет.
— Нет, после понижения родового ранга, семья моего жениха разорвала соглашение. А зачем тебе эта информация, Гошенька? — не поняла вопроса недоучилка. Она блаженная, что ли?
— Да так, мне для друга, — пробормотал длинноволосый, резко покраснев.
Эй, тебе меньше десяти, уйми гормоны!
Хотя да, обычно у магов с даром просыпаются и более взрослые позывы. Но не настолько же! Фу таким быть.
На пороге британцы, куча их пособников, а так же монстров.
Фу, Гошенька, фу!
Но вслух я ничего не сказал.
Смущало меня молчание половины класса. Единственный парень, что пока молчал, спокойно дрых на второй парте центрального ряда. Остальные были девчонками, что парами шушукались между собой на дальнем от меня ряду, близкому ко входу, а последняя тихонечко сидела рядом со спящим.
Семь к пяти, победа за девчонками.
Далее классный час закончился, я уже собирался свалить отсюда и поспрашивать прохожих об административном здании, где бы всё узнал у адекватных взрослых, но на выходе я услышал:
— Наташенька, ты в том же общежитии, что и Кирочка… — начала недоучилка.
Я повернулся, быстро подошёл и заявил:
— Уж лучше Кирушка, но лучше Кир, — попросил я.
— Хорошо, Кирушка, — произнесла блондинка, повернулась к рыжей девчонке и продолжила. — Покажешь ему дорогу?
— Хорошо, — воспроизвела интонацию Яны Михайловны Безумнова и двинулась к выходу из помещения.
— Кирушка, постарайся не отстать. Она покажет, но, скорее всего, с тобой не заговорит. Наташенька очень и очень стеснительная, — заявила учительница-гений.
Я же вспомнил о рюкзаке, нацепил его на себя и двинулся вслед за рыжей. Её мантия временами покрывалась струёй воды, начинала блестеть и частично просвечиваться, затемняясь только в районе нижнего белья. Хорошо хоть у неё юбка и футболка под мантией, а то без них был бы перебор и полное разочарование устоями альмарусского общества.
По телику я видел нечто по этой моде. И там всё же были взрослые женщины, точнее участницы студенческих соревнований. Хотя под подобный материал они при этом не надевали что-либо, что создавало весьма красивую, но непристойную, пусть и цензурированную картинку. Хотя суть этой моды была в том, что это полноценный артефакт защиты, реагирующий на эмоции. Он создавал слой воды над человеком с любой стихией. Меньше одежды — выше эффективность, меньше затрат лун.
Куда больше мне понравилась мода на футболки со сменяющимися надписями или одежду с двигающимися картинками. Вот это я понимаю: волшебные шмотки.
Хотя всё равно ничто не сравнится с лавовыми доспехами чемпиона десятилетней
