Вы можете научить меня?
– Только если ты окажешься ОЧЕНЬ ценным союзником. В целом – не думаю.
Туннель, в лучших традициях Сара, бледно освещался растущим по станам мхом… или лишайником. А еще ход все время ветвится, причем мы постепенно поднимались и явно забирались вглубь горы. Тем занятнее встретить за поворотом туннеля дневной свет и оказаться в просторном гроте с ровным полом и видом на ущелье. Где-то далеко внизу рокотала речка. У стены стояли: горящий камин, низкий каменный стол и массивный гном в фартуке, с молотком.
Дорм, гном-мастер, игрок. Ранг D 42.
– Это наш гость, мастер – коротко пояснил Мниум.
– Да я заметил – хмыкнул Дорм – рожа-то не знакомая ни разу. Гость – ты будешь нам друг, или враг, или так?
– Да вот и зашел, чтобы это понять. Как договоримся…
– Разумно. Пива или сметаны?
– Эм… да я после кваса вашего…
– Нашего Ритидия? Нелегко, понимаю… Тогда давай по сметанке – она у нас, как ни странно, и на квас хорошо ложится.
Гном потянул за какую-то скобу в стенке и без видимых усилий вытянул на середину еще один стол – на этом раз деревянный. Потом вскрыл еще какую-то тайную нишу и извлек один за другим три пузатых горшочка. И кивнул на притаившиеся в углу табуретки.
– Располагайтесь. Сотник, ты тоже лучше останься.
Оказывается, Мниум был у них военачальником… интересная компания. А в горшочках и правда сметана! Густая и жирная. В общем, умеют гномы жить.
– Итак, маг. Ты хочешь, чтобы мы не громили сопредельных с нами гоблинов? Ты их друг?
– Скорее, это задание моего бога. Хотя иные гоблины и правда считали меня другом.
– А ты готов ради этого задания воевать с нами за гоблинов?
– Пожалуй, нет. Вы мне нравитесь больше, чем гоблины. Я хочу добиться мира между вами, если это вообще возможно.
– Ага… вообще это возможно, если ты поможешь нам в горах.
– Снурри? Или виверны?
– Ритидий уже все рассказал? Тем лучше. Да. Снурри.
– И виверны! – подал голос Мниум, оторвавшись от сметаны.
– Вы полагаете, я могу их всех победить?
– А ты попробуй. Вдруг тебе понравится? Скорее всего, ты неплохой воин и колдун, а мы, за пределами своих рунных защит, справиться с ними не можем. Мы не боимся, но… они бьют нас так же легко, как мы сами бьем гоблиноидов.
– А рунам научите?
– Хо… знаешь, чего просить. Хорошо – за каждую отбитую у снурри шахту и за каждое отвоеванное у виверн пастбище я научу тебя создавать одну руну первого уровня. На твой выбор.
– А… много их у вас? И как проходят границы пастбищ? И как искать эти шахты?
– Рун у нас больше, чем пастбищ. Давайте смотреть карты – сейчас все покажем.
Карты у дваров были что надо. Трехмерные, вырезанные в камне, оформленные какими-то растительными красками, и по тщательности исполнения – впору в лупу рассматривать. Одна была моделью всей долины Дваркули в масштабе 1:100000, вторая, раскладывающаяся по слоям – моделью ближайшей части подземелий. Здесь с масштабом было сложнее – туннели изображались в несколько раз толще, чем на самом деле, но общий масштаб карты был близок к 1:20000. Получалось, что речка уходит в горы еще километров на сорок, а гномские подземелья тянутся от входа как минимум еще километров на пять и почти на километр – по вертикали.
С долиной было проще. Дорога вдоль Дваркули на самом деле просто пересекала сомкнувшиеся здесь горы по подземелью, попутно поднимаясь, а затем снова выныривала на луга и вела почти до самых истоков реки, с ответвлениями в боковые долины. Впрочем, все это было давно заброшено дварами и поделено на охотничьи участки виверн – числом до полусотни, не считая молоди, которая ютилась где попало. Виверны, вытеснив гномов, давно поели домашних коров и овец, и теперь с переменным успехом охотились на каких-то горных козлов. Кстати, местная фауна и флора тоже весьма напоминала Тянь-Шань, без всяких там палеозойских или инопланетных задвигов. Ну, не считая виверн и самих гномов. Гномы воевать с вивернами могли, но теряли по десять-пятнадцать бойцов на одну взрослую виверну, так что благоразумно оставили это занятие. В клане Дорма нынче было всего 289 дваров, считая всех грудничков и бабушек, и каждый был чем-то ценен. Примерно половина обитала в подземелье, остальные рассеяны по деревушкам в предгорьях.
– А как вы удержите урочище, если я выбью виверн? Новые же приползут.
– Защитными рунами, разумеется. Но нам понадобится не меньше суток в спокойной обстановке, чтобы обезопасить каждую небольшую долину.
– А раньше нельзя так было сделать?
– Увы… не справились. И еще с ними был дракон.
– А теперь его нет?
– А это неизвестно. Скорее всего, он живет где-то выше в горах, а в долины прилетает пастись. Здесь, пока стад нет, делать ему нечего. А вот когда они будут… но, когда они еще будут?
– От драконов ваши руны не помогают?
– Помогают. Но… очень частично. В общем, если сможешь убить дракона на Дваркули – с меня любая руна второго уровня. Или даже третьего, как скажешь. Если сможешь освоить, конечно.
– Эмм… а если наоборот?
– Тогда мы поставим здесь памятную руну третьего уровня в твою честь. Но… слушай, у тебя запас жизни впятеро больше, чем у всего нашего клана! По-моему, с такими параметрами можно побеждать драконов хоть каждый день.
– Уломал, речистый… да так оно и получается, в общем…
Во владения снурров вели туннели, уходящие вниз. На картах Дорма было обозначено одиннадцать рудных выходов – из них восемь были заняты снуррами. Ниже этих шахт подземелья вели тоже, но карты их почти не отображали – потому что двары туда никогда не лазили.
– А снурры добывают руду?
– Почти нет. Они это могут, но не любят. На самом деле, они хотели, чтобы мы продолжали работать на шахтах, ковать металлы, делать из них оружие и инструменты – и половину отдавали им. Мы отказались… пока. Но если они отобьют три последние шахты – пожалуй, придется согласиться. Без шахт и
