Читаем без скачивания Сомнительная полночь - Эдмунд Купер

- Центральному комитету?

- Беглецы хорошо организованы, Джон. Неужели ты думаешь, что мы просто толпа недовольных?

- Я бы хотел повидаться еще раз с Проф. Хиггенсом, - сказал Маркхэм. Это можно устроить?

- Можно, - ответил Пол. - По странному совпадению, Проф. тоже хочет тебя видеть... Все можно устроить за несколько дней.

Но случилось так, что Пол Мэллорис не успел все устроить. Пару дней спустя, когда Маркхэм совершал полуночную прогулку по Гайд-Парку, чтобы успокоиться после довольно бурной встречи с Вивиан, он неожиданно услышал за спиной осторожные шаги. Шуршала сухая опавшая листва. Он тихо остановился и стал поджидать. Наконец в темноте из-за ближайшего дерева появилась неясная фигура.

- Это вы, Джон? - раздался еле слышный шепот, но Маркхэм узнал Пола Мэллориса.

- Да, я. Почему в плаще и с кинжалом? Пол подошел к нему:

- Живые андроиды! Я знаю, что вы часто выходите погулять. Ждал вас несколько часов... Сколько времени у вас уйдет, чтобы подготовить геликар?

- Минут пятнадцать, думаю.

- Отлично. Подгоните его к Мраморной Арке и включите воздушные огни. Я вас там встречу.

- Послушайте, какого черта...

- Поспешите, старина. Это очень срочно. - Пол уже бежал к группе деревьев, показав на луч света, который неожиданно вспыхнул на расстоянии в четверть мили, и заскользил по парку; потом появился еще один, за ним другой.

Поколебавшись минуту, Маркхэм смело пошел прямо на свет фонарей. Вскоре его остановили двое андроидов; они шепотом посовещались о чем-то, и секунду или две он боялся, что андроиды задержат его. Но психиатрическая команда получила четкие инструкции. Они не искали Джона Маркхэма - пока, и разрешили ему пройти.

Через десять минут он был в геликаре, направляясь к Мраморной Арке. Едва он остановил машину в условленном месте, как дверь распахнулась и в геликар впрыгнул Пол.

- Поднимайтесь в воздух, скорее, - коротко бросил он.

Маркхэм, научившийся под руководством Марион-А водить геликар довольно неплохо, мгновенно включил «взлет» и оторвался от земли с таким ускорением, что Пол Мэллорис посмотрел на него с нескрываемым уважением.

Он поднялся на две тысячи футов, сделал широкий медленный круг, потом включил автоматическое управление.

- Что теперь? - спросил он. - Как я понимаю, Психопроп вас больше не любит?

В тусклом красном свете приборной панели лицо Пола выглядело напряженным и несчастным.

- Они схватили Шону сегодня днем, - мрачно сказал он. - Со мной разминулись минуты на три. Меня поджидала парочка андроидов. - Он хищно улыбнулся. - Но они оказались недостаточно быстрыми. Так что, если Шона даже успела отравиться, они все равно ищут меня за уничтожение андроидов.

- Боже! - воскликнул Маркхэм. - Неужели мы ничего не можем сделать для Шоны?

Пол Мэллорис с усилием взял себя в руки.

- Да, есть кое-что, что мы можем сделать в память о ней, - сказал он мягко. - Мы можем уничтожить власть андроидов раз и навсегда. Мы можем построить мир, в котором люди, такие как Шона, смогут жить без страха.

Маркхэм помолчал, потом спросил:

- Почему на вас так неожиданно налетели?

- Откуда же мне знать? - воскликнул Пол. - Любая из сотни причин или все сразу. Я думал, что мы были очень осторожны.

- По-видимому, недостаточно, - задумчиво сказал Маркхэм.

- Я слушаю.

- Вы стали моими друзьями... Помните мой рассказ о встрече с Соломоном?

- Да, но...

- Он тогда меня просто предупредил, а теперь, похоже, дает понять, что делал это всерьез.

- Вы думаете, что Психопроп забрал Шону, потому что...

- Все может быть. Даже президент Бертранд признает, что я - опасная компания. Возможно, Соломон думает, что демонстрация силы поможет убедить меня, что я иду не той дорогой.

- Ну и как? - Пол заинтересованно посмотрел на него.

- Боюсь, что помогла. Несмотря на всю метафизику, я думаю, что, может, я и смог бы принять андроидов. Или, по крайней мере, попытаться жить, как если бы я их принял. Но не теперь. Я вообще-то не человек действия. Я люблю сидеть и наблюдать. Но когда меня заставляют действовать, я действую не из-за абстракции или идеалов, а по личным причинам.

- Эгоистичным причинам? - с иронией предположил Пол.

- Чистый эгоизм, - согласился Маркхэм. - Я испытываю очень эгоистичные чувства к вам, и Шоне, и Проф. Хиггенсу, и Вивиан Бертранд. Это теперь мой мир, ж вы принадлежите мне. Я эгоист в двадцать четыре карата.

- Вы сумасшедший идеалист, - сказал Пол. - Просто вы стыдитесь этого.

- Идите к черту, - спокойно ответил Маркхэм. Он задумчиво посмотрел на Сити. - Как вы думаете, есть хоть один шанс когда-нибудь увидеть Шону?

- Экзекуция будет медленной, но безболезненной, - хрипло сказал Пол. Анализ превратили в высокое искусство. Они могут перепрограммировать вас, как если бы вы были андроидом. В ваши дни, помнится, это называлось промыванием мозгов. Вот это и произойдет с Шоной. Уничтожение - и появляется новая чудесная личность, такая, которая будет бесконечно счастлива в этом лучшем из всех возможных миров.

Но если мы когда-нибудь увидим ее - а я надеюсь, что нет, - надо постараться, чтобы она нас не увидела.

- Почему?

- Она больше не будет Шоной. Она обратится в ближайшую психиатрическую команду и выдаст нас с грустной улыбкой, в полной уверенности, что делает нам добро.

- И об этом надо бы не забыть, - сказал Маркхэм угрюмо, - когда придет время убивать андроидов.

- Мы не будем убивать андроидов, Джон. Мы будем их только ломать.

- Результат в обоих случаях будет один и тот же, - сказал Маркхэм с легкой улыбкой. - Но мысль о том, что мы будем убивать их, доставляет мне большее удовольствие.

ГЛАВА 11

На следующее утро, после совсем бессонной ночи, Маркхэм принял решение относительно Марион-А. Интуитивно он чувствовал, что времени остается все меньше, что недолго осталось ждать, когда он вполне законно привлечет внимание Психопропа и Соломона. Его выбор заключался в том, чтобы стать Беглецом добровольно; это, во всяком случае, сведет к минимуму риск неожиданного захвата.

Но что бы ни случилось, эксперимент с Марион-А был обречен остаться незавершенным, если только в ней уже не произошли изменения. Вот это он как раз и собирался узнать. Он ясно помнил, как Марион-А вела себя, когда он читал «Золотое странствие в Самарканд». Однако с той поры он ослабил давление - хотел немного отдохнуть, и поведение Марион-А постепенно стало более «нормальным».

Подумав над этим, он пришел к выводу, что ее неожиданный сбой Маркхэм не мог подобрать более подходящего слова - был только временным отклонением и что ее контуры с той поры перестроились, чтобы интеллектуально «дополнить» «неинтеллектуальный» стимул, который он насильно давал ей.