страшный в реальной жизни и такой сексуальный в том же гневе в интимном плане.
Еще громче зарычав, Бесланов притянул меня к себе и усадил промежностью на свой пах. Я только крепче обняла мужчину ногами, а Леон тем временем гладил меня по спине и ягодицам, покрывая мои плечи и лопатки жаркими поцелуями.
Я отдавалась губам Леона и улыбалась от удовольствия. Его чувственные прикосновения к груди и моим губам создавали контраст и чувство безопасности. С ним я была уверена, что мне ничто не угрожает, поэтому могла так смело дразнить моего «медведя».
Тем временем Рамин подхватил меня за ребра и одним рывком усадил на свою плоть. И как он ни растягивал и ни готовил меня до этого, но я все равно вскрикнула от новой порции легкой боли.
– Чшшш, ангелочек, – прошипел Леон мне на ушко. – Я позабочусь о нашей развратной девочке.
Леон подхватил меня под ягодицы и принялся мягко то поднимать меня, то усаживать на плоть Рамина. Бесланов же сдавил мне ребра и глядел на меня уничтожающим взглядом, но пока он контролировал свою силу.
Леон усаживал меня все резче, наслаждаясь моим рваным дыханием, и не забывал осыпать поцелуями мои плечи.
– Замри, мой порочный ангелочек, – приказал Леон и нажал мне на плечи, чтобы я не встала. – Сейчас ты примешь нас одновременно. Отставь свою маленькую попку назад.
Я расцепила ноги позади Бесланова и встала на колени при этом навалившись грудью на Рамина. Его взгляд по-прежнему был полон бешенства.
Тогда я обняла исполина за его бычью шею и чувственно лизнула его губы. А затем насадилась на его плоть еще пару раз. Но тут Леон вновь поймал меня за ягодицы и принялся втирать интимный гель в мою попку.
– Мне страшно, – я чувственно прогнулась в пояснице и потерлась острыми тугими вершинками о грудь Рамина. – Вы же не сделаете мне больно?
– Нет, – заверил меня Леон и проник к мою папку пальцем, так же стараясь смазать меня изнутри. – Ты только полностью расслабься.
– А Вы? – я обратилась к Рамину. – Не сделаете мне больно?
– Я вытрахаю тебя как последнюю, – прорычал Рамин, – но больно не сделаю.
– Хочу, – прошептала я ему в рот и запустила туда свой язычок.
В этот же момент Леон крепко обхватил мои бедра и плавно проник в попку самым кончиком. Но этого хватило, чтобы я поняла: с двумя одновременно я не справлюсь. Никогда! Это физически невозможно!
– Нет! Я не смогу! – вскрикнула я и попыталась освободиться, но Леон крепко держал меня, очевидно, предугадав такую реакцию.
– Сможешь, – чуть смягчился Рамин. – Смотри на меня, и ты все сможешь.
Леон вошел в меня глубже, тщательно сдерживая мои трепыхания, но теперь я чувствовала себя совсем не защищенной. Я словно снова попала в тот первый день к Рамину в подвал с аквариумом, где мужчины взяли бы меня несмотря на мои отказы.
– Смотри на меня! – Рамин сжал пальцами мое лицо, и я испуганно подняла на него глаза. – Смотри не отрываясь. А теперь просто расслабься и доверься нам. Я все вижу. И если тебе будет очень больно, мы все прекратим. Но ты просто попробуй, ясно?
Я была удивлена тем, что Рамин так быстро справился со своим гневом, да еще и пытается успокоить меня. И в этот момент, глядя ему в суровые, но серьезные глаза, не затуманенные страстью, я расслабилась.
Леон тут же почувствовал это и вошел еще глубже, при этом Рамин тоже начал осторожно двигаться во мне. Мои руки трясло, поэтому я еще крепче обхватила Бесланова за шею, при этом не сводя с него взгляд.
Мужчины стали двигаться во мне смелее, и я позволила себе прислушаться к телу. Сильной боли не было, я лишь чувствовала, как мужчинам тесно во мне, и они с усилием входят в меня.
– Хорошо, – прошипел Рамин и поднялся большими пальцами к моим вершинкам. – Я хочу слышать твои стоны. Кричи.
Мужчины уселись совсем близко друг к другу. Рамин все также сдавливал мне ребра и ласкал вершинки, Леон сжимал мне ягодицы. Вместе они поднимали меня и опускали на свою плоть, не выходя из меня до конца. Они стали ускоряться, и я почувствовала, что мне хорошо вместе с ними.
Они поймали один темп и насаживали меня на себя с первобытным остервенением. Оба яростно выдыхали сквозь зубы, заставляя меня плавиться от гневной страсти, а я, вновь обретя к ним доверие, стонала и кричала от удовольствия.
– Еще, еще, еще! – стонала я.
Рамин вновь включил свою грубость и задал моему телу еще более быстрый ритм.
– Да, Рамин! – кричала я. – Еще! Пожалуйста!
Я ничего не соображала, не контролировала ни свою боль, ни удовольствие.
– А мое имя ты назвать не хочешь? – Леон сдавил мне ягодицы в ладонях.
– Леон! – застонала я, запрокинув голову. – Возьми меня! Мне так хорошо с вами!
Мои стоны участились до той степени, пока между ними не осталось пауз, и в момент сплошного надрывного крика, я вся сжалась, напряглась и сдавила руками шею Бесланова.
Мужчины продолжали пользоваться мной, пока я не замерла в своем наслаждении. Глядя на меня, Рамин сдался вторым и притянул меня для жадного поцелуя. Я чувствовала, как он дрожит во мне и извергается, заполняя собой. Когда же Рамин покинул мое лоно, Леон сделал еще несколько агрессивных толчков, до синяков сжимая мои бедра, и я также почувствовала, как он заполняет меня собой, но только сзади.
Обессиленная от такого приключения, я упала на грудь Рамину, больше не в состоянии не только пошевелиться, а даже открыть глаза. Поэтому он осторожно уложил меня на покрывало и бережно укрыл.
Сами же мужчины ушли приводить себя в порядок и оставили меня на несколько минут одну.
Глава 23
— Слушай, нужно поговорить, — хмуро сообщил Рамин Леону, когда они оба уселись на кухне пить кофе после душа. — Об Изиде.
— Что? Делиться не хочешь? — усмехнулся Леон и отпил из своей чашки. — Неужто запал на нее?
— Ещё раз мне так мерзко ухмыльнешься... — тут же завелся Рамин, но не стал продолжать. — Да, нравится она мне. Но между нами ничего не будет.
— Почему? — удивился
