же. Садись и снимай сапоги.
– Точно, – я присела обратно на стул и стащила обувь.
– Только грязи наносила, а Паше мой, – проворчала сестра и потащила мою верхнюю одежду в прихожую.
Я бессильно опустила локти на стол и спрятала лицо в ладони. Мысли о Яне не давали мне покоя.
– Вино? – Ирка вернулась в кухню и принялась открывать ящики.
– Водки, – тихо выдохнула я.
– Ян? – встрепенулась Ирка и присела рядом со мной, – что ему еще надо было?
– Стал моим работодателем, – я несчастно хмыкнула, – и сказал, что вернет.
– Ничего не понимаю, – Ирка поднялась и опять отправилась за вином, – сейчас все по порядку расскажешь.
– Ян явился к Егору, его другу кстати. Договорился, чтобы я занялась продвижением его компании. Ерунда, я по разговору поняла, что у него все нормально и это только повод. А потом… – тут меня немножко накрыло и подкатили слезы.
– Не реви, – сестра поставила передо мной бокал с вином, – я компанию составить не могу, – она с сожалением взяла в руки мой стакан с водой и присела рядом, – но послушаю.
– Повез меня в ресторан пообедать и начал говорить о нас и том, как мы расстались.
– Опять заливал, что ты все не так поняла? – закатила глаза Ира.
– Я на самом деле не так поняла, – я выдохнула и прикончила бокал за раз, – он соврал, что обычный механик, но в остальном не врал. Любил меня и хотел сказать, но боялся моей реакции. А я дура, не до конца разговор тот дослушала и психанула раньше времени, получается.
– Так и сказал, что ты дура? – сестра хватанула ртом воздух.
– Не тупи, Ир, это я уже от себя добавила, мне больше не наливать.
– Даже и не собиралась, – сестра забрала пустой бокал, – а ты уверена, что не врет?
– А смысл? – я пожала плечами, – идти к Егору, тащить меня к себе на работу, в ресторан тот дорогущий везти и каяться за грехи. Смысл, Ир.
– Ну да.
– Ты бы его видела, по нему было видно, что он меня до сих пор любит. Ир, вот зачем было это вранье? Был бы он честен, мне бы не пришлось проходить через весь тот ад, что был в Минске, когда я сбежала отсюда. Ты же помнишь, какой я была, – я поднялась на ноги и, пошатываясь, отправилась в гостиную. Плюхнулась на диван и обняла подушку, – не готова я ко второму пришествию Яна в мою жизнь. Он совсем другой, я его не знаю. И что, если у нас не получится? Второго расставания с ним я точно не переживу.
– А что ты чувствуешь? – Ирка притопала в своих теплых носках почти бесшумно и уселась радом со мной.
– Больно, Ир, очень, – я прикрыла глаза и медленно положила голову на спинку дивана, – он поцеловал и это было лучшее, что происходило со мной за последние месяцы. Но эта такая любовь, пополам с болью. Осадок от ужасного расставания остался.
– Может оно тогда не стоит того? – сестра подсела ближе и взяла мою ладонь в свои, – ты заслуживаешь другого, Уль. Чтобы тебя любили нежно и ты в ответ. И чтобы никакой боли. Не связывайся снова, кто обманул однажды, сама знаешь…
– Знаю, – я открыла глаза и повернула к ней лицо, – и на его уговоры не поддамся. Ян это прошлое, которое я оставлю в этом году. А в будущем году у меня будет новая жизнь и я даже могу встретить свою судьбу.
– Обязательно, Уль. Ты заслуживаешь самого лучшего.
– Спасибо, – я сжала Иркину ладонь, – ты мой ангел, ты знаешь?
– Ангел? – Ирка усмехнулась, – Пашка говорит демон.
– Да что он понимает, – я фыркнула, – ты самая лучшая.
Разговоры с сестрой всегда помогают разобраться в себе. Она мой личный доморощенный психотерапевт. Мы с ней договорились до того, что к бывшим нельзя возвращаться никогда и ни при каких обстоятельствах. Было еще что-то про то, что в одну реку не входят дважды, про грабли по которым ходить смысла нет и вообще, очень образный у нас разговор получился.
Назавтра я вошла в офис полная решительности оставить личную жизнь пока вне своих интересов. О ней я подумаю после Нового года. А сейчас сосредоточусь на работе. И то, что моя работа это Ян не имеет значения. Я анализирую и помогаю не ему лично, а его фирме. И точка.
– Доброе утро, Уль, – довольный Егор уже тусуется у моего рабочего стола, – как там дела с Боссаком? До чего договорились? – руки в карманах, глаза заинтересованные. За друга переживает, интересуется, значит. Сваха, блин, а не начальник.
– Егор Александрович, – говорю я с укором и спокойно присаживаюсь за свое место.
– Не знал, что ты в курсе моего отчества, – хмыкает он.
– На всех визитках написано, – так же хмыкаю я ему в ответ, – непрофессионально вы вчера поступили.
– Правда? – он невинно улыбается, – это когда-же?
– Когда мне подсунули этот кейс, – я постучала пальцами по папке на столе. Имя Яна Боссака было напечатано в самом верху папки.
– Уль, – Егор вздохнул и сел на стул передо мной, – мне уже надоело на это смотреть. Впереди праздники, а ты ходишь тут по офису как неприкаянная тень и только праздничное настроение всем портишь своими вздохами у кулера и кофе машины.
– Что? – мои глаза округлились. Я искренне считала, что по мне ничего такого не заметно.
– Да мы все в курсе, что тебе разбил сердце какой-то тупой мудак, – начальник покачал головой.
Ян. Вот кто
