Пару раз ей это удавалось, потом заряд бластера кончился, и она со спокойной совестью закрыла тир и пошла искать капитана.
Коготь сидел на бревне у входа. Заслышав ее шаги, он бросил, не оборачиваясь:
– Завтра в то же время.
– Хорошо.
…руки, испачканные ее кровью…
….Аура!…Пожалуйста…не оставляй меня….
…он несущий ее безжизненное тело…
Похожие девушки со схожими судьбами.
…бледные губы Жейс едва шевелятся, а взгляд холоден и смотрит мимо.
Она подошла:
– Что не так?…
Капитан покачал головой:
– Все нормально. Слабость еще.
– Я так-то все поняла, если что я и одна могу пострелять.
– Тренируйся каждый день. – хрипло произнес он. – В любое свободное время.
– Ладно буду. – она села рядом с ним и положила ему руку на лоб, и потом тут же отдернула:
– Господи…ты горишь…
Его действительно трясло, но не от жара.
– Если придется стрелять… стреляй не думая. Даже если это я.
Она замерла и поджала губы:
– Ну вот – еще и бредишь. Пойду за Кэтрин.
– Что на этот раз? – поинтересовалась утрианка, копаясь в медикаментах, выбирая нужные. – Это не приступ и не нога. Значит у тебя предчувствие?
Коготь мрачно смотрел в сторону:
– Нет, не оно.
– А что?
– Я просто не восстановился еще.
– Дать успокоительное?
– Нет, лучше вечером.
– Хорошо. Давай тогда просвечу ребра и ногу?
– Ребра в порядке. Ногу только.
– Побаливает?
– Немного.
– Сильно?
– Средне…
Утрианка напомнила про нагрузку, но особо уже не доставала.
Из медпункта он вышел, когда время было уже около девяти утра. Хотел было зайти к себе, но услышав звонкий смех Жейс из рубки, направился туда, сам не зная зачем.
Судя по всему, Волнатарий рассказал одну из своих тупых шуток. Увидев его, землянка сразу замолчала, а бравкаец тут же переключился на серьезный лад:
– Пришло письмо с Рофета. Все как обычно, конец года, и надо заказывать все необходимое на следующий год.
– Хорошо, я прикину. Радар как?
– Нормально. Все корабли проходят по графику.
– Я завтра в Рофет слетаю.
– Зачем? – опешил Волнатарий.
Коготь взглянул на Жейс, с нескрываемым любопытством слушающую их разговор:
– Мне нужен новый меч. И ей тоже.
– Ей?
– Мне??
С ехидной улыбкой Волнатарий уточнил:
– А не странный ли подарок для девушки? Ты, кэп, похоже забыл, что можно, а что дарить не стоит. Обычно цветочки там дарят или конфеты… Но зная Жейс можно обойтись и бутылкой бравкайского. Дороговато конечно…
– Волн! – вспыхнула девушка.
– Да какой ей меч! С ее ростом и весом ей перочинный ножик только подойдет!
Коготь хмыкнул:
– Неплохо, но надо что-нибудь поувесистей, а то все тларийцы со смеху попадают.
– А мне точно нужен меч? Ты не шутишь? – решилась уточнить Жейс.
– Нужен. – вновь не глядя на нее ответил капитан. – Тларийцы предпочитают ближний бой. Даже если у тебя под рукой нет меча, ты обязана суметь обезоружить нападающего и устранить его.
– Убить чтоль? – ужаснулась она.
Коготь поморщился:
– Да. Иначе убьют тебя.
Жейс вздохнула:
– Только, чур, он будет красивый.
Тут Коготь не удержался, и они с Волнатарием громко расхохотались.
– Гламурный меч! – рыдал бравкаец. – Еще и бластер ей розовый купи!
– Да ну вас!! – обиделась девушка, развернулась и ушла из рубки, громко пыхтя и топая по коридору.
– А она ничего…– вытирая слезы, добавил Волнатарий. – Я характер имею ввиду. Остальное тоже ничего, но не в моем вкусе. Как кстати ваша утренняя зарядка?
– А ты разве ее еще не расспросил?
– Расспросил, конечно. Хочу услышать твою версию.
– Нечего слушать. Постреляли в тире. – отрезал капитан. – Тебе больше делать нечего?
– Ладно. Вижу ты не в духе. Пойду корабль готовить.
Утром Жейс занималась одна, так как капитан улетел еще раньше. Для разогрева она пробежала пятнадцать кругов вокруг базы, а потом выпросила у бравкайца его бластер и пошла в тир. Более часа палила по мишеням, потратила две обоймы зарядов и в итоге была очень довольна собой.
Потом приняла душ и пошла завтракать. На кухне как раз сидели бравкаец и утрианка.
– Как успехи? – поинтересовалась Кэтрин.
Жейс пожала плечами:
– С бластерами я все так же не дружу. Не особо лучше.
– Это потому что, Когтя нет. – с умным видом заметил Волнатарий. – Садись на мое место, я уже все. Кашу тебе наложить?
– Я сама.
После завтрака Жейс увязалась за утрианкой в лабораторию. Ей нравилось там просто молча сидеть и наблюдать за ее работой. Чем занималась Кэтрин, иногда для нее оставалось тайной, однако, сам процесс Жейс завораживал. Утрианка вот и сейчас с осторожностью достала из холодильника штатив с пробирками, в некоторых из них была черная кровь, несколько с красной, а в остальных что-то напоминающее плазму или сыворотку крови. Обычно она смешивала кровь с какими-то реагентами и наблюдала реакцию под микроскопом. Иногда при этом она хмурилась. Иногда ругалась сквозь зубы. Но улыбалась – никогда.
Жейс была убеждена, что работала утрианка над непонятной болезнью капитана. Потому и не говорила ничего.
Лаборатория или медотсек по размерам не уступал двум жилым комнатам. Две кровати за ширмами. Куча приборов. Мониторы, провода.
Когда ей наскучила лаборатория, Жейс прошвырнулась по базе. Бравкаец явно отсыпался после дежурства, и девушке стало совсем одиноко. Пришлось вернуться к Кэтрин.
– А капитан вернется к вечеру? Ничего не сказал?
Кэтрин оторвалась от микроскопа, посмотрела на нее с улыбкой:
– Соскучилась уже?
– Волн спит. Ты вон занята. – проворчала землянка. – Обед сварен. Я не знаю, чем заняться…
– Понимаю тебя. Потом привыкнешь. Дел так-то полно, просто ты еще не во все вникла. Научишься.
– Волн, когда я прошу меня чему-нибудь научить, ржет как конь…
– Это он зря. Просто возиться не хочет. В основном можешь прикидывать список продуктов, что-нибудь из хозтоваров. Журнал по учету на компьютере на рабочем столе. Но там на галтийском, все сразу не поймешь, пользуйся переводчиком.
Жейс уныло кивнула по той лишь причине, что эти свои обязанности она освоила уже давно.
– Когда кэп вернется, ничего не сказал. Если он быстро найдет себе меч, то вечером, а если нет – то может и утром. Кстати, что вчера случилось, не знаешь?
Девушка пожала плечами:
– Сказал, устал и все. Я еще у тебя хотела спросить… Это не очередное его…
– Говорит – нет. Боишься?
– Не хочу больше его видеть в таком состоянии… Это как-то пугает.
– Да уж верно. – кивнула та и добавила. – Ты меч-то себе сама попросила?
– Мне больше делать нечего?! Он сам…
– Самый дешевый знаешь сколько стоит? – с ухмылкой и как бы между прочим спросила утрианка, возвращаясь к своему микроскопу. – Пятьсот тысяч.
– Ты серьезно?! Так много?! Это мой годовой
