Я пожала плечами.
— Тебе решать. Я только за, но это твое решение. Ты знаешь, что они поддержат тебя, и ты также знаешь, что они зададут кучу вопросов, а Морин постарается дать тебе сотни презервативов в то время, как чертов Иван Грозный даст тебе совет, как сделать твою сексуальную жизнь интересной.
Рубен закатил глаза.
— Да, не могу дождаться. Так, значит, ты считаешь, что мой парень хитрый?
— Не совсем, — ответила я с гримасой. — Я думаю, это скорее из-за ситуации. Кстати, он очень симпатичный.
— Это так. Я — красавец, и не собираюсь привлекать никого, кроме симпатичного парня.
— Ну, у тебя все еще огромное самомнение, это точно. — Я поцеловала его в щеку и крепко обняла. — Я буду с тобой, когда ты всем расскажешь.
— Это было бы здорово. Я напишу всем в WhatsApp, соберу их сегодня вечером и покончу с этим.
— Наверное, так будет лучше.
— Да. — Рубен высвободился из моих объятий и встал, чтобы уйти, но, дойдя до двери спальни, остановился и обернулся. — О, и Уилл.
— Да? — спросила я, широко улыбнувшись.
— Твой парень тоже очень привлекательный.
Я схватила шлепанец и кинула в него, но он был слишком быстрым.
Через пять минут в семейную группу WhatsApp пришло сообщение.
Рубен
Эй, простофили, сбор в столовой сегодня в 8 вечера. Мне нужно кое-что рассказать.
Морин
Нужно ли мне принести торт и презервативы?
Глава 27
Попробуйте заняться сексом на капоте автомобиля, лежа на спине и широко раздвинув ноги, а ваш партнер между ними — не забудьте оставить свой парковочный талон на виду на случай, если смотритель парковки захочет проверить его, пока вы в самом разгаре.
Уиллоу
— Честное слово, Рубен, все будет хорошо.
Рубен двигал челюстью взад-вперед, глядя на меня стальным взглядом, как будто ему было наплевать на все это. Однако я знала его лучше, чем он думал, и понимала, что он нервничал, рассказывая остальным членам семьи свои новости.
— Ты ведь знаешь, что все тебя поддержат, не так ли?
— Да, знаю, — сказал он и прерывисто выдохнул. — Но я действительно не хочу всех этих вопросов.
— Мы договорились, что ты скажешь им, чтобы они отвалили.
Рубен слегка кивнул мне, улыбнулся и толкнул дверь в столовую. Это выглядело так, как будто вот-вот должно было состояться заседание правления. Папа сидел во главе стола, перед ним лежали блокнот и ручка, а остальные Диксоны сидели по бокам и ждали, сложив руки на столе.
— Напомни мне еще раз, зачем я согласился на это? — Рубен зашипел на меня уголком рта.
Я тихо рассмеялась и подвела его к стулу, положив руку ему на спинку.
— Что происходит? — спросил Тоби, оглядев стол с ног до головы. — Зачем нас всех позвали?
— Да, — сказал Дэнни и почесал грудь. — Что такого срочного случилось, что мне пришлось прервать футбольную тренировку?
Папа прочистил горло и объявил:
— Я думаю, у вашего брата есть что-то важное, в чем ему нужна наша поддержка. Но помни, Рубен, мы все тебя любим и поможем тебе всем, чем сможем.
Рубен бросил на меня быстрый взгляд, а затем снова повернулся к оживленным лицам за столом.
— Вопреки тому, во что Уиллоу, возможно, заставила вас поверить, я не принимаю наркотики.
Папа посмотрел на маму, которая откинулась на спинку стула, покачав головой.
— Тебе больше не нужно это отрицать, — ответила она. — Мы не собираемся осуждать, а хотим помочь.
— Он говорит правду, мам, — сказала я, потянувшись под столом к руке Рубена. — Он не принимает наркотики.
— Так в чем же дело? — спросил папа и отложил блокнот и ручку в сторону.
— Только не говори, что от тебя какая-то девушка забеременела. — Деклан фыркнул и посмотрел на Рубена взглядом, означающим «я что, ничему тебя не учил?».
Мы с Рубеном широко раскрыли глаза от иронии, заключавшейся в мыслях Деклана.
— Итак, рассказывай, — попросил Тоби. — Что за большой секрет?
Рубен взглянул на меня и расправил плечи.
— Я…
— Продолжай, Руб, — прошептала я. — Все будет хорошо.
Возможно, это прозвучало уверенно, но у меня внутри все сжалось от страха за него. Он собирался рассказать им о важном, хотя являлся самым скрытным из нас, но я знала, какими будут последствия, если я выдам его тайну. Я почти хотела выпалить это сама. Он был моим младшим братом, и, хотя мы давно не были близки, у меня все еще была потребность защитить его.
— Руб, ты ведь не умираешь, правда? — спросил Тоби, и беспокойство исказило его красивые черты.
— Черт, нет! — воскликнул Рубен. — Я… о, черт… Я — гей.
Мама с папой дружно вздохнули с облегчением, я нервно хихикнула, Тоби сидел с открытым ртом, Дэнни глубокомысленно кивнул, а Деклан уставился на Рубена.
Рубен повернулся, чтобы неуверенно посмотреть на меня, и облизнул губы, прежде чем снова повернуться к остальным членам нашей семьи, все еще сидевшим за столом.
— Итак, Уиллоу была права, я что-то скрывал, но это были не наркотики.
— Но я видел тебя с девушками, — нахмурившись, сказал Тоби.
Рубен выдохнул и пожал плечами.
— Я был смущен? — спросил он в виде вопроса.
— В самом деле? Потому что, судя по голосу Тиффани Джексон, ты не был смущен, когда мы были на вечеринке у Гуччи Рейда. — На его лице отразился шок от того, что он, очевидно, был посвящен в то, о чем никто из нас никогда не знал.
— Что я могу сказать, у меня есть навыки. — Рубен снова пожал плечами.
— Кто, черт возьми, называет своего ребенка Гуччи? — простонал Дэнни.
— Для молодых людей нет ничего необычного в том, что они не понимают своей ориентации, — сказал папа голосом психотерапевта. — Часто…
— Я больше не смущен, папа, — перебил его Рубен. — Теперь я знаю, что мне нравятся парни, я определенно гей, и был им, но в то время часть меня чувствовала, что именно этого от меня и ждут. — Он посмотрел на Тоби, Дэнни и Деклана. — Я был мальчиком Диксонов; от меня ожидали, что я пойду по вашим стопам… и не только люди, не связанные с семьей.
— Черт, Руб, — вздохнул Дэнни. — Никто никогда не собирался заставлять тебя делать то, чего ты не хотел. Ты мог бы сказать нам, и мы бы отказались от попыток познакомить тебя с девушками или представить тебя им.
— Да, — воскликнул Тоби. — Мы бы нашли тебе классных парней.
Рубен пробормотал «вот именно» себе под нос.
Именно в этот момент Деклан встал и, едва не опрокинув стул, выбежал из комнаты, хлопнув за собой дверью.
— Полный придурок, — прошипела я и поднялась со стула, чтобы последовать за ним.
— Уиллоу, — прогремел папин голос. — Оставайся на месте. Деклан — не наш приоритет, мы должны поддержать Рубена.
По выражению лица отца я поняла, что он не примет отказа, поэтому, когда гнев закипел у меня в груди, я опустилась обратно на стул и снова схватила Рубена за руку.
— Рубен, сынок, продолжай.
Рубен кивнул и снова облизал губы.
— Вы пытались познакомить меня с людьми — это одна из главных причин, по которой я никому не рассказывал. Не поймите меня неправильно, я не стыжусь и не боюсь того, что вы подумаете, но то, что я — гей, отличает меня от всех вас, и я не хотел становиться семейным «примером для подражания».
Он не смотрел на папу, но я была уверена, что это замечание было адресовано ему.
— Мы… мы бы не стали, — пробормотал папа, запинаясь, так как, очевидно, тоже все понял. — Ладно, я бы не стал.
— Папа, ты бы так и сделал. Именно поэтому я также собираюсь сказать это всем вам. Я не хочу, чтобы вы задавали мне кучу вопросов, или проверяли, не познакомился ли я с кем-нибудь, или, — он посмотрел на маму широко раскрытыми глазами, — спрашивали, нужны ли мне презервативы каждый раз, когда я выхожу на улицу. Я — взрослый мужчина, поэтому знаю, как обезопасить себя, и точно так же, как я не хочу знать, как ты заставляешь Пэтси выкрикивать твое чертово имя, я не хочу рассказывать тебе, как я заставляю своего парня выкрикивать мое.
