твориться, что не о каких перелётах речь не идёт, а связь есть только когда несколько деревьев на пик света синхронно выходят, а это раз в несколько месяцев. Вся наша помощь остаётся в силе, место, куда указывала твоя Нимфея проверим обязательно, но мне, как тому, кто ответственен тут за всех, всё-таки хотелось бы ксенобиолога получить, а не охотника за Капюшонами.
Оставалось только кивнуть. Зато всё честно, но боюсь придётся расстроить местного рикса.
— Архераил, я с твоими уже поговорил. Дело не в недоверии, а просто, когда люди вместе, они друг на друга смотрят и неосознанно к общему решению приходят и не всегда верному. Я хотел от тебя рассказ лично услышать. Что считаешь не нужным, просто не говори. Так будет проще. Ничего придумывать и додумывать не надо. Сам понимаешь уровни опасности, и с чем нам придётся сталкиваться.
Оставалось только кивнуть, и рассказать о похождениях в прошлом круге и в этом. Традиционно промолчал о чёрной руне, подробностях разговора с Говорящей Головой, а всё остальное рассказал практически без утайки.
После разговора меня отвели на новое место жительства. Сколько же я не был в подобных местах? Практически стандартный жилмод для орбиталов и планетарных поселений. Не очень большие, но достаточные комнаты, удобная кровать, если дополнительно разложить, то двухспальная. Крошечный санузел, совмещённый с душевой и раковиной, просто квадрат душевого поддона метр на метр, с выдвигающимися санприборами и пластиковой сдвигающейся перегородкой. Был откидной столик и небольшие ящики и шкафчик для хранения личных вещей. Вполне удобное жильё. Каждый из нас получил по своей комнате, расположенные рядом.
В комнате меня ждал мешок из плотной синтетической ткани, в который мне сложили стандартный набор. Внутри был набор постельного белья, майки, сменный комбинезон, и всего по мелочи от носков, до расчёски. Стоило мне разложиться, вернее без изысков швырнуть мешок с вещами с откидного столика на кровать, как в дверь постучали.
— Открыто, — сообщил я, хотя на двери был индикатор в пол стены, сообщающий о том, что не заперто.
В дверях стояла Гадюка. Она была шикарна. Хотя на ней и был одет стандартный комбинезон старшего комсостава, но подогнан он был по фигуре идеально, а не по уставу расстёгнутые в нужных местах застёжки и перетянутые в других делали из повседневки изысканный наряд. Образ дополняли витиеватые артефакты из древних руин, но сейчас они выполняли роль не только нужных и полезных вещей, но и изысканных украшений. И полная голова змей, которые постоянно двигались, и внимательно следили за всеми моими движениями.
— Устроился? Прогуляться не хочешь? Хотела небольшую экскурсию организовать и поговорить не о погоде.
— Не о погоде я люблю, — и мне оставалось только растянуть рожу в улыбке на всю ширину.
Когда уходили, видел, как из открытой двери соседней комнаты на меня и мою сопровождающую косо глянула Нимфея. Цветущая в Ночи ковырялась в постельном белье и пыталась застелить модульную кровать. Ей тоже выдали увесистый мешок со всем необходимым. А из соседней открытой двери на меня лыбился Туг, не обременивший себя бытовыми тяготами и просто завалившись на кровать, подложив под голову баул с вещами.
Мы шли по коридорам. Встречные кивали, здороваясь, а змеи на голове моей сопровождающей следили за всеми проходящими и зло шипели. Гадюка совершенно не обращала внимание на осторожную реакцию окружающих и рассказывала о поселении.
Своя комната в основном блоке была не у всех. Комнату могли получить семейные и ещё комната была положена командному составу. Многие жили в общих спальнях, но это те, кто не хотел заморачиваться и жил внутри блоков центрального жилого модуля, поближе к столовой. Прямо рядом, на плато строили целый город из небольших домиков на четыре семьи. Строения были в два этажа сверху и два этажа под землю. В случае опасности каждый дом мог стать крепостью и убежищем, и не только для проживающих семей. Имел четыре выхода и крошечный участок с земли, но местные обитатели предпочитали выращивать съедобные растения, а не цветы. В этих домах было много жителей Единства, из числа прибывающих сюда многочисленных изгоев, которых легко принимали земляне. Бросались в глаза милые дворики и пешеходные дорожки, обваренные стальными полосами и прутьями в крупную клетку.
— Это от дрейков. Здесь их уйма. Гоняем как можем, но всё бывает. Почти полгода тут просто туман стоит, и видимость метров пятьдесят. Они этим пользуются, на людей и домашних животных нападают. Сегодня на удивление хорошая видимость. Особенно много жертв по началу было у изгоев, которые к нам пришли. Пока заставили технику безопасности соблюдать и под решётками ходить. Сейчас можно, а вот когда будет туман, не только дрейки, но иногда летающие черви прилетают.
— Весело у вас. А как вы отребье и всяких уродов фильтруете? — спросил я, вспомнив делегацию изгоев из шатра, где я Капюшона прибил.
— Ситуации могут быть разные, и не факт, что местный изгои такие ужасные преступники. Следим. Специальные люди есть. К нам одна Златовласка пришла, кожа абсолютно черная, не как у негров, а именно чёрная, а волосы золотые. Отказалась быть шестнадцатой женой вождя. По закону можно только пятнадцать, а он хотел нарушить древние традиции предков. Короче, беспредел у них в племени творится. Она предлагала с любой из жён смертельное состязание устроить, по любому останется пятнадцать, либо её убьют, либо она вакансию освободит, но вождь сказал, что будет так, как он желает. Она против всего племени пошла, её изгоем сделали. Бежала из круга с караваном, а потом прослышала, что у нас свои взгляды на виноватость и пришла. Есть куча причин и попроще. Подрались по пьянке, любишь, не любишь, рыбу не там поймал, зверя не того забил. Мир дикий, и по-настоящему, если кто-то в крови замазался, к нам почти не приходят, либо сразу выкладывают, что да почему, и мы уже решаем как поступать, но это редко. Настоящие отморозки прекрасно знают, где им не рады и лишний раз судьбу не испытывают.
Слух зацепился за очень интересную для меня информацию:
— С другого круга? А мне можно? А с какого конкретно?
— Не знаем с какого. Она восходящей только у нас стала. Говорит, через много кругов на дрессированных трапосах, под светом полярий шли. Она работала, убирала, готовила и одежду чинила, а торговцы за это её в караван взяли, единому учили. Рассказали, что есть такое поселение, где могут изгоев принять, если на руках крови нет. С её слов торговцы между кругами прямо по землям абсолютной ночи ходят, и
