Читаем без скачивания Калашников С.А. Внизу наш дом. - Калашников С.А.

Из последних успехов следует отметить действие бомбардировочной авиации по тылам немцев, наступающих на территории Украины, и массированный бомбовый налёт МИГов на Плоешти. Они действовали с аэродрома Браилова. Взлетели в темноте, подошли к цели на рассвете и с малой высоты, прицельно, обработали как нефтеперегонные предприятия, так и станцию. Разведка отмечает некоторые затруднения с поставками немецким войскам горюче-смазочных материалов. Пока незначительные, но прогнозы на ближайшее время обнадёживают.

Воспользовавшись наступившей после принятия глотка нектара закусочной тишиной, я отметил, что, оказывается, МИГ — достаточно удобный самолёт для проведения всяческих диверсий. Москитный, так сказать, бомбардировщик.

- На паровоз в среднем по двадцать ЭрЭсов уходит, - откликнулся Петров, принимая из рук Сан Саныча черняшечку с салом. - Но Карманов, Покрышкин или Фадеев обычно первым же залпом попадают. И да, удобный самолёт для точечных ударов по тыловым объектам.

- Так Плоешти продолжают бомбить? - поторопился уточнить я.

- Силами малых самолётов это уже не выходит — румыны отбили и Браилов, и Галац. Бои идут уже за Измаил. Немцы рвутся к Тирасполю. Нагнали авиации и давят. В общем, Первомайск мы потеряли, вздохнул полковник, — только у Вознесенска смогли закрепиться. И ниже по Южному Бугу. Зато наши приспособились бомбить ближние тылы противника по ночам с У-2. А до нефтяных районов дотягивается только морская авиация или дальняя. И у тех и у других уже приличный износ матчасти. От Крыма путь не близкий, но базироваться на Одессу не хотят — и положение с ней неустойчивое, и перебрасывать большое аэродромное хозяйство в зону, где сохраняется угроза захвата противником — рискованное дело.

К тому же, немецкая одиннадцатая армия угрожает Перекопским укреплениям, - Петров вздохнул. - Донбасс под угрозой.

- Да уж, - я тоже вздохнул. - Вообще-то Перекопу всегда не везло. Всеми стратегами мира и их штабами Перекопские укрепления традиционно считаются неприступными, но Красная Армия его в Гражданскую взяла. Да и раньше не помню ни одного упоминания о том , чтобы на этом перешейке останавливали сколь-нибудь серьёзные силы… - и тут, гляжу, все трое моих “собутыльников” достали блокноты и сделали в них какие-то пометки. Выходит, имеет место, если и не допрос, то, во всяком случае… короче, от меня ждут откровений.

Ну, по части стратегии, вряд ли я хоть что-нибудь ценное изреку, а вот касаемо конкретной поставленной перед нами задачи мне есть что сказать.

- Тогда товарищи командиры, слушайте внимательно. Вот готовим мы истребителей — это правильно. А только авиация состоит ещё из многих других специалистов. Нужно набирать и мотористов, и авиамехаников, и радистов и оружейников. Скажем, в Воронеже преподавателей по двигателям и собственно устройству самолёта отыскать несложно — имеются профильные предприятия с опытными кадрами. Но знатоков из других областей следует немедленно пригласить. Иван Павлович, вам эта задача по силам?

- Сделаю, - кивнул полковник.

- Теперь о собственно лётчиках. Безлошадные из потрёпанных частей — это неплохо. Думаю, они какое-то время будут составлять основную часть потока наших слушателей. Но, уверен, в местах заключения содержится некоторое количество участников боёв на Халхин-Голе, в Китае и в Испании. Всех их нужно срочно оттуда достать, присвоить сержантские звания и отправить искупать свою вину перед Родиной прямиком сюда.

- Предателей? Изменников? - всколыхнулся майор Бойко.

- На их проступки мне насрать, - ответил я грубо, изображая, будто поднабрался. - Погибнут в бою — туда им и дорога. Не погибнут — пускай фашистов бьют.

- А как сбегут? - воспротивился Сан Саныч! - Прямо из боевого вылета вместе с секретной машиной.

- От хороших ведомых хрен они сбегут, - усмехнулся я, изображая куражливую ухмылку. Так что, похлопочите, сделайте милость.

- А зачем сержантские звания присваивать? - спохватился полковник Петров. - Пусть служат в качестве рядовых.

- Как хотите, - не стал наставать я. - А только им тогда придётся в просительном тоне общаться с техническим составом. Впрочем, пофиг. Пусть ка коленях умоляют своих механиков устранять неполадки — им это только на пользу пойдёт.

- Думаю, сержантами их сделать — нормально, - пошел на попятную мой оппонент.

- Тогда и всё. Самолётов на полк на заводе наделают быстро, группа летчиков у нас тоже уверенно проходит курс. Так что костяк мы подготовим уже скоро. А кто этим полком станет командовать?

- Капитан Батаева, разумеется, - как о чем-то само собой разумеющемся откликнулся Иван Павлович. Но первое время я при ней поработаю начальником штаба.

- Так она того. В положении.

- Командиру летать не обязательно. А врач полку по штату положен, - ухмыльнулся Петров. - Да не переживай ты за Шурочку — подготовит себе смену и получит отпуск. По состоянию здоровья. Срок-то у неё пока маленький — это когда ещё животик отрастёт!

***

Производство работало ритмично, выдавая каждый день по три-четыре “хоря”. Учебный процесс тоже наладился — мы отработали и методику преподавания, и процедуры тренировок. Шурочка, вопреки своему обещания больше не летать, всё-таки иногда поднималась в воздух на истребителе — видимо это было связано с изменениями её самочувствия. Даже пополнение для полка на фронт “вывезла”, как мы и договаривались.

Только повоевать ей не дали. Для себя я её отлучку воспринял философски — съездила к мужу на несколько деньков — это дело нужное, для здоровья полезное. Так что уверен — ребята при встрече существенно укрепили как обороноспособность страны в целом, так и связь тыла с фронтом. За следующей группой бойцов и машин Мусенька прилетала с фронта ко мне сюда - так что я и на себе прочувствовал правильность высказанного положения.

В полку, тем временем, стало уже пять эскадрилий аж по двенадцать машин. Если кто не понял — его явно готовят к делению на два. У нас на курсах тоже завершается формирование полноценной воинской части сразу со всеми службами и транспортом. Только не такой большой… как раз на тридцать истребителей.

По радио сообщают о боях на Перекопском направлении, но тревожных ноток в голосе диктора я не улавливаю. Или наши успели вовремя подтянуть достаточно сил, или немцы замешкались из-за перебоев с подвозом боеприпасов и продовольствия. Про события под Одессой ничего не сообщают — впечатление такое, будто там сейчас затишье.

***

В КБ никакого затишья нет. Тут как раз самый напряжённый период. Куча проблем встают одна за другой. Скажем винт. Вернее, винты. С одной стороны не так уж сложно нынче обеспечить двигатель редуктором — они уже стали обычным делом, потому что на V-образных двигателях воздушного охлаждения их применяют для того, чтобы размещённую в развале цилиндров пушку пропускать через ось пропеллера. То есть — передавать вращение на ось, смещённую относительно коленчатого вала.

Таким образом, культура эта вошла в обиход вплоть до того, что применяют даже редукторы, не изменяющие числа оборотов. А нам удаётся скорость вращения вала повысить и вал от переднего мотора вынести в пространство над картером заднего. И потом ещё пропустить его сквозь вал заднего двигателя, организовав соосно вращающиеся винты. Кажется, всё хорошо. А вот и не очень, потому что слишком сильно раскручивать пропеллер нельзя — его начинают одолевать вибрации.

Зачем это нужно? Чтобы уменьшить диаметр винта, а то слишком длинные лопасти могут начать цепляться за грунт.

Второй способ решить эту задачу — увеличить количество лопастей. На “кирдыке” мы аж четыре штуки сделали, потому что имели возможность изготовить уникальную кинематику изменения шага винта. Но сейчас приходится выбирать варианты из уже имеющегося в серийном производстве на специализированных заводах. А это всего три лопасти. В результате вместо пропеллера размером метр тридцать, имеем метр пятьдесят. Да это лучше, чем метр восемьдесят у первого прототипа и у “хоря”. Но по высоте стоек шасси проиграно сразу десять сантиметров. И ведь некуда деваться.

Кроме того — невозможно оказалось перенести крыло наверх — из-за перевёрнутого положения двигателей обдув головок цилиндров нужно проводить начиная с нижней части. Вдобавок переднерасположенная кабина вообще затеняет оба мотора, а не только задний, отчего крыло, воздух из-под которого и идёт на охлаждение, необходимо расширить и, соответственно, укоротить. Как следствие — не получается из него “обратной чайки”. Вернее, получается совсем смешная с короткими отгибами самых оконечностей. Но, по расчётам, с поперечной валкостью — бичём кирдыка - такой профиль должен покончить. Кроме того, передняя кромка крыла обрела достаточно выраженную прямую стреловидность — группа Москалёва в своё время довольно много экспериментировала в этой области и теперь уверенно всё рассчитала и спроектировала.