— Если ты не прекратишь на них облизываться, я кого-нибудь загрызу, — рыкнул надо мной рыжий, я вздрогнула и перевела одухотворенный взгляд на него.
— Я не облизывалась, я любовалась. С эстетической точки зрения, — поспешила я предотвратить убийство себя любимой. — Когда я еще увижу такое количество красивых голых мужиков, может, я всегда мечтала написать картину на эту тему.
— Если ты сейчас не замолчишь, то не только полюбуешься на голого мужика, но и прочувствуешь на себе все прелести супружеского долга, — глаза его сверкали, ноздри раздувались, весь вид говорил о том, как он жаждет, что бы я сказала хоть слово. У меня, действительно, было масса возражений, начиная с того, что мы не женаты, и исполнять супружеский долг, соответственно не может, заканчивая вопросом о «голом мужике» — это он себя имел в виду, или мне можно выбрать из присутствующих, я бы предпочла блондина. Но Рыжику я говорить всего этого не стала, пусть успокоиться, и чего он так нервничает, можно подумать, если бы вместо голых мужчин, были обнаженные девушки, он бы не смотрел. Я уверена, он не только бы пускал слюни, но еще и щупать побежал бы, у него на лице написана «кобелиная» сущность. Так размышляя о несправедливости бытия, устроившись удобно на руках у Рыжика, и склонив голову на его плечо, я в задумчивости теребила растительность у него на груди.
— Женщина, у тебя совесть есть? — поставил он меня на пол в комнате, по наличию кровати можно было догадаться, что это спальня. Меня же больше интересовало, чья она, моя или наша.
— Девушка, — поправила я его, оглядывая свои временные владения. — Что еще не так, я же молчала? Или ты опять начнешь мне высказывать, что нельзя смотреть на голых мужиков. Ты прям как служительница Пресветлой говоришь, у нас в пансионе, они постоянно мужчин обвиняли во всех грехах. Должна же я была хоть раз увидеть своими глазами, что в вас такого греховного.
— Я правильно тебя понял, что до этого ты голых мужиков не видела? — я краем глаза заметила, как он метнулся к шкафу и достал оттуда штаны. Я отвернулась, пусть оденется, а то он и так нервничает.
— Где бы я их видела, в пансионе для благородных девиц?! Скажешь тоже. Там в одежде были, только два старых хрыча и эльф, который даже в таком виде вызывал у меня желание насильно его накормить.
Он обошел меня, на ходу натягивая рубашку, сел на кровать напротив, теперь у нас глаза были на одном уровне.
— Иди сюда, садись, — похлопал он рукой рядом с собой, я покосилась на него, на свой запыленный вид и не сдвинулась с места. — Иди, не бойся, мы просто поговорим. Сейчас нам принесут завтрак, поедим, к тому времени нагреется вода, и ты сможешь помыться. Тебе нужно что-нибудь еще?
— Спать очень хочется, — замялась я, скидывая плащ на пол, больше положить его, было некуда. — А откуда ты знаешь, что все это сделают? Ты же никаких распоряжений не давал.
Я села недалеко от Дирка и загляделась на это рыжее чудо, он выглядел необычно задумчиво, в кое-то веки во взгляде отсутствовали самоуверенность и насмешка.
— Я дал все распоряжения в волчьем облике, я могу разговаривать с кровными родственниками мысленно, но это тайна, — ласково, проговорил он. — Расскажи мне, как у тебя получилось так далеко уйти от дома. И зачем.
— Да что рассказывать, отец хотел пристроить замуж, у меня были другие планы на свою жизнь, вот и сбежала.
— Дай угадаю, за старого и страшного, хотел отдать? — улыбнулся он, глаза сразу засверкали и заискрились, вообще, глаза у него это самое необычное и красивое, что в нем есть.
— Да нет, вполне симпатичный, просто я хочу учиться. И не хочу умереть во время родов, как моя мама, — я решила надавить на жалость, вдруг получиться и он передумает. — Сам посмотри, ну какая из меня мать?!
— Да, ты мелковата, но если тебя откормить, то будешь очень симпатичная и бедра у тебя широкие.
— То есть сейчас я худая и страшная? Что ж ты себе покрасивее не нашел? — не сказать, чтобы меня сильно задели его слова. Просто мне казалось глупым похищать девушку, которая не нравиться. А он смотрел на меня и смеялся, не понимаю, что смешного он нашел в моих словах. Тут в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, внесли небольшой столик, два подноса с разнообразной едой, кувшин с каким-то напитком, надеюсь не вино, и бокалы к нему. Что странно все принесли мужчины, и блондинчик был среди них, он как раз и принес кувшин с бокалами. Пока другие ставили стол и сервировали его, он подал один бокал Дирку, другой мне, как бы ненароком коснувшись моих пальцев, потом налил в бокалы напиток.
На мгновение я забыла, где и с кем нахожусь, перед моим взором был только он, недаром еще на крыльце он показался мне самым привлекательным. В одежде он смотрелся не хуже, его скользящие движения, глаза цвета лазури, обаятельная улыбка, все это завораживало, хотелось улыбнуться в ответ. Я перешла на магическое зрение, вдруг он пользуется какой-то магией, иначе, почему я так на него реагирую. Каково было мое удивление, когда я обнаружила, что он не просто маг-оборотень, он еще и на половину эльф, как такое стало возможным, я не представляю.
Теоретически все расы совместимы, практически: у драконов редко рождаются дети, еще реже девочки, поэтому своих дракониц они берегут, как зеницу ока, и похищают человеческих женщин, для удовольствия и потомства. Эльфы тоже живут дольше людей, в среднем лет пятьсот, но среди них бывают и долгожители, имеющие возраст до полутора тысяч лет, зависимости от способности к магии. Они большие индивидуалисты и не могут долго жить с кем-то, особенно эгоистичны у них женщины, поэтому детей такие заводят поздно, редко двух за всю их долгую жизнь. Еще эльфы очень заботятся о чистоте расы, смешанные браки у них осуждаются, а к полукровкам относятся презрительно. Блондин заметил мое изумление, улыбнулся и подмигнул на прощанье, когда мужчинами закрылась дверь, и мы с Дирком остались одни, он сказал:
— Значит, тебе нравятся блондины?! — мне не понравилась его интонация, я повернулась к нему. На Дирка было страшно смотреть, я еще не успела перейти на обычное зрение, и если внешне он представлял собой застывшее изваяние, то аура полыхала алым. Я инстинктивно стала отодвигаться от него подальше, не хочу быть рядом, когда эта волна ярости обрушится. Он заметил мой маневр, и протянул руку ко мне, не знаю, что он хотел сделать, может удержать, а может ударить, но вряд ли что-то хорошее, от него так и веяло опасностью. Резко всплыло воспоминание о несостоявшемся насильнике, доля секунды и я переместилась за кровать, оставляя её между собой и оборотнем в качестве препятствия, попутно размышляя, а не стоило ли забиться под неё.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
