нем, отсвечивая белой рубашкой, сидел Лан.
В дальнем углу прислонился к стене начальник охраны. Он со скучающим видом повернулся к окну и разглядывал в узкую щель между занавесями облака, пронизанные лучами уходящей за гору Тари.
Третьей была девушка с копной серебристых, как у Раала, волос, собранных в косу. У нее были белыми не только волосы, но и брови и ресницы. Она опустила взгляд в пол, словно внимательно разглядывала предмет, упавший под стол. Я даже посмотрел в ту сторону, но ничего не увидел.
— Рад снова видеть вас, господа, — поприветствовал нас король.
Ага, как обедать — так слуги, как допрашивать — так господа. Но я был не в обиде, — вряд ли я позволил бы себе в парадной столовой в присутствии лордов и князей съесть жареного цыпленка в два укуса, разрывая мясо руками.
— Моя сестра, принцесса Хар-Баргаллы, наследница рода айнов Ану-Нингала. Ану интересуется тем, что происходит за пределами города и хочет поговорить с вами, — хриплый, свистящий голос Раала резал слух. — Отправлять разведывательные отряды во внешний круг — ее идея.
Между тем девушка так и не отвела взгляда от несуществующего предмета под столом, только тень от ресниц дрогнула на бледных щеках. Так же, не поднимая глаз, она произнесла тихим нежным голосом, который был полной противоположностью сиплого голоса ее брата.
— Добро пожаловать в наш маленький мир, — проговорила она, словно читая текст с невидимой шпаргалки. — Меня зовут Ану Нингала, Та, Которая Видит. А как вас зовут, господа?
Ох, сдается мне, что правитель Черного города решил устроить нам проверку на своем персональном живом детекторе лжи. Лана уже допросили и теперь будут сравнивать наши показания. Я даже вспотел под рубашкой. Надеюсь, этого никто не заметит, а то и спрашивать не надо: и так понятно, кто здесь врет.
Окки же на удивление быстро пришел в себя. Он не отводил глаз от девицы, так и не удостоившей нас взглядом.
— Позвольте представиться, прекрасная госпожа, — вычурно начал он. Поубавил бы пафос, простые рыбаки так не выражаются.
Но новорожденный наабат, по-моему, забыл о своей «легенде» и все силы тратил на то, чтобы понравиться задумчивой барышне.
— Меня зовут Окки. Я из простой семьи и ничего не видел кроме синего моря и лазурного неба. Для меня всегда два эти образа были воплощением всего самого прекрасного, до того момента, как я увидел вас.
Ой, перебарщивает он. Обычная девица, симпатичная — губки пухлые, нос вздернутый, а так — бледная, даже белые волосы и брови не оттеняют лицо. Альбинос, наверное.
— Такому голосу позавидуют все соловьи того леса, что окружал мою жалкую деревушку, ни один музыкальный инструмент, ни один человек или птица не смогут повторить те чистые звуки, которые покорили навсегда мое сердце, — продолжал рассыпаться в любезностях наш синеглазый друг.
Я с опаской посмотрел на правителя — не прикажут ли нам головы отрубить после такого бесцеремонного обращения к принцессе. Хотя мне было понятно искреннее восхищение Окки — голос у девушки действительно был необыкновенный — и высокий, и чистый, и нежный одновременно. А вот про музыкальные инструменты он зря сказал — откуда ему знать, как они звучат. Надеюсь, это примут за оборот речи.
К моему удивлению, на губах Той, Которая Видит появилась тень улыбки, а на щеках — тень румянца, она даже похорошела.
Лорд Раал только ухмыльнулся. Лан сидел с каменным лицом: то ли вошел в роль высокого лорда, то ли ждал подвоха от Раала и его телохранителя. Хотя высокомерия ему и так не занимать, мог и задуматься о чем-то, забыв об окружающих, такое он тоже умел.
Король Хар-Баргаллы посмотрел на меня, приподняв одну бровь. Надо понимать, это приглашение рассказать о себе. Сложная задача, я бы сказал, со звездочкой. Если Окки определился как самостоятельный персонаж, каким он в сущности и был, меня считали слугой Лана. Я понятия не имел, чем здесь занимаются слуги. Да и не здесь тоже. Придется импровизировать. Пусть Лан потом выкручивается.
— Ваше Величество, Ваше Высочество, господин Рибел, — неуверенно начал я.
Пока вроде все нормально. Я прокашлялся и продолжил.
— Я служу высокородному господину, — покосился на Лана, — потомку древних аэтов. Мои предки служили этому семейству верой и правдой много поколений. Моя прабабушка нянчила его бабушку на далеком острове Лурх…
Уж не знаю, вино, выпитое натощак, или сытный обед так подействовали: я нес страшную околесицу и не мог остановиться.
— Семья перебралась на материк, а меня еще маленьким мальчиком взяли с собой, и я вырос рядом с господином Ланниром. Когда господин решил навестить свою родню на острове, я отправился с ним. На обратном пути мы попали в невероятной силы шторм. Волны доставали до неба, мачты сорвало с корабля, и он метался по морю, как раненая птица, пока не налетел на рифы и не пошел ко дну.
Невольно вспомнив пережитое на драккаре, я содрогнулся. Надеюсь это прибавит моей фантазии немного правдоподобия.
— Теперь, лишившись охраны и имущества, мы вынуждены искать способ вернуться в большой мир. Я счастлив, что господин Ланнир смог познакомиться с представителями славного народа айнов, так неожиданно встретившимися на нашем пути, но как человек, которому было поручено оберегать драгоценную жизнь наследника древнего рода, я не могу не беспокоиться о том, как выбраться с острова и невредимым вернуть его семье.
Я вспомнил все виденные мной фильмы, в которых вышколенные дворецкие выглядели едва ли не благороднее господ, которым служили.
— Надеюсь, госпожа Ану и повелитель Раал понимают мою обеспокоенность. И простят излишне пристальное внимание к нуждам господина. Я привык заботиться о нем с малых лет. Каждое утро я приношу ему чистую воду для умывания в специально предназначенной для этого чаше, днем пробую еду, приготовленную для господина, а вечером проверяю, чтобы светильники в его спальне были заправлены, а воздух свеж. Боюсь, в непривычной обстановке мне трудно будет выполнять мои обязанности. Я прошу вас позаботься о господине Ланнире и помочь нам как можно скорее найти
