Имелись теперь Храме Света летающий платформы диаметром в пятнадцать метров, на которых росли по краю кустарники и деревья, а в середине стояли круглые павильоны для бездомных и страждущих. В общем для тех, кому кроме Храма больше негде было искать помощи. Их было пока немного всего пять дюжин, но они уже не пустовали. Храм Света не был богадельней, а потому больше трёх-четырёх дней, максимум двух недель и это исключение делалось только для тех девушек, судьба которых сложилась так, что им пришлось рожать в Храме. Зачастую случалось так, что после этого Храм призывал их вместе с младенцами и они жили в нём всю свою долгую жизнь.
Храм уже был более двухсот метров в диаметре и потому его входы сделались двухарочными. В нём значительно увеличилось число служителей и вышло прямо из стен множество дев-големов, молчаливых, но зато прекрасно знающих своё дело. А ещё снаружи появилось множество небольших входов, ведущих в пространство под трибунами, где появились сотни маленьких келий для паладинов. Все они были совершенно одинаковыми, два метра в ширину, три с половиной в длину. В каждой имелась кушетка, стол и комбинированный, трансформирующий санузел в отдельной кабинке, который мог превратиться в унитаз или душ по первому требованию. Ещё в келье имелся откидной стол, за которым можно было принять пищу и ниша с краном над ним, в которую доставлялась еда на завтрак, обед и ужин, но в келье паладины ели редко, на самом верху имелась общая трапезная.
Было без семи минут девять утра, когда Верховный Магистр и Матушка Анна спустились вниз и подошли к центральному сверкающему кругу. Дорожки стали шире и теперь по ним можно было пройти ко всем пяти кругам исцеления, но воскрешением мог заниматься только паладин, стоящий в центральном круге. Рядом с кругом их поджидали четырнадцать служителей, мужчин и женщин, которые уже испили священное вино великого причастия. Ещё вчера все они были посвящены в маги и служители Храма, а потому уже знали практически всё. Они находились в куда более тесном контакте с Храмом, чем Артор, имевший в нём почти такие же полномочия и власть, что Матушка и брат кастелян, но он при этом имел несравненно больший личный опыт храмового служения, хотя то и исчислялся всего лишь двумя годами. Остальные девяносто пять лет он воевал.
Паладин вежливо поклонился и все четырнадцать целителей представились ему. Теперь они вставали перед ним коленопреклонённо, а он не только благословлял их на самое главное служение, но и вкладывал в них все свои знания целителя, хотя и не пользовался ими в стенах Храма никогда. Первое время целителям придётся покидать пределы Храма и исцелять людей прямо на площадях и улицах в те же часы, что и в своём доме. Последней опустилась перед ним на одно колено Матушка. Благословив её и, на всякий случай, передав абсолютно все знания, включая даже знания магии воскрешения, Артор пристально посмотрел на порталы Западного входа и сказал:
- Матушка, вели храмовым девам направлять мне под правую и левую руку по четыре колонны страждущих и усопших. Помимо этого отправь дев к ближайшим кладбищам, чтобы они разрывали свежие могилы и поднимали из земли даже те тела, которые были выпотрошены. Твоё великое причастие дало мне такую магическую силу, что я смогу воскресить теперь даже тех людей, от которых мало что осталось. Лишь бы на их костях сохранилось хоть сколько-нибудь плоти. Так что давай зададим работу Светоару. Нечего ему прохлаждаться.
Радостно заулыбавшись, Матушка Анна весело воскликнула:
- За работу, братья и сестры, Свет подтвердил правильность решения нашего брата паладина.
Ровно в девять утра паладин начал своё целительское служение и теперь уже не санитары и родственники подводили к нему больных и толкали каталки или несли носилки с умершими. Их сменили девы Храма, но и они лишь усаживали больных на кресла, похожие на стоматологические, только представляющие из себя изогнутые по фигуре, наклонные белые, овальные, мягкие, но упругие пластины толщиной в полтора сантиметра и точно такие платформы. Как кресла, так и платформы были летающими. Лишь изредка их сопровождали храмовые девы-големы и совсем уж редко люди. Летающие кресла и носилки сами прекрасно знали, что им нужно делать и так было в такие часы во всех Храмах Империи Света, вот только далеко не каждый день, ведь там практически все люди имели превосходное здоровье, а несчастные случаи со смертельным исходом случались не часто.
Ровно в девять утра кресла с больными и платформы с усопшими влетели в храм и через четверть минуты приблизились с Верховному магистру, руки которого уже превратились в два больших языка ослепительного, бело-голубого пламени. Неподалёку стояло на стойках с колёсиками несколько больших телекамер и телеоператоры уже начали прямую трансляцию. Артору сразу же бросилась в глаза одна платформа. На ней лежало искалеченное, окровавленное тельце девочки лет пяти, которая и после смерти продолжала прижимать к себе чёрного, лохматого щенка. Платформа двигалась с краю и рядом с ней шагала на подгибающихся ногах молодая женщина с почерневшим от горя лицом, которую поддерживала за плечи дева с серебристым лицом, облачённая в белоснежные одежды.
Артор улыбнулся, слегка кивнул и мысленно сказал: - "Не волнуйся, через несколько секунд твоя дочь и её косматый любимец воскреснут. Ты только не вздумай ругать её". Подняв руки, он излил целительный огонь-свет на четыре кресла слева и четыре платформы, плюс мать девочки, справа от себя. Сегодня целительская мощь паладина была столь велика, что тело девочки было восстановлено, а сама они воскрешена всего за семь секунд. Так же быстро были исцелены все больные, а вместе с ними исцелены и воскрешены усопшие и паладин даже на мгновение не задумался о том, чем были больны люди и от чего умерли трое остальных усопших. Собственно исцеляло людей, используя его в качестве проводника своей воле, само светило, а если точнее, то Светоар Ориан и звезду по имени Солнце в общем-то было самое время переименовать и назвать Светоаром.
Одновременно с исцелением и воскрешением Верховный магистр ещё и превращал в истинных целителей, передавая им весь свой немалый опыт, а ему выпала честь исцелить свыше полутора сотен тысяч людей, первой служительнице Храма Света и остальным четырнадцати его избранникам. Чтобы обрести дар целительства, нужно было стать либо паладином, либо рыцарем Света, либо быть призванным самим Храмом и неважно, какая должность помимо этой была у тебя. Целителями становились и приоры, воины-защитники, постоянно живущие в храме, и прислужники, и канторы, которые хотя и не пели хором, тем не менее делали так, что в голове каждого человека, вошедшего в Храм, начинала звучать умиротворяющая музыка, и клирики разного ранга, и даже просто мужья или жены служителей, но объединяло их всех отныне одно, вместе с высшими клириками, кастеляном и его советниками все они становились капитулом, советом Храма Света и на своих собраниях вырабатывали его политику.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
