— И все же я предлагаю представиться вам. Пока предлагаю.
Потом прикажу.
Воцарившаяся тишина была будто оттуда — из чужого прошлого. Полная. Абсолютная. Давящая. Кажется, сейчас камни начнут трескаться. Просто не выдержат.
Дим их чувствовал — сканирующие чары, кружащие рядом, будто пираньи. Пробные укусы — попытки определить истинную мощь наглого «светляка». Но щит, укутанный в маскировочные чары, держал, и хрен они что поймут, пока он сам не захочет.
— Возможно, наш… временно безымянный гость слегка дезориентирован? — наконец вкрадчиво предположил первый. — Он принимает наши пещеры за свой дом, где является хозяином?
— Я полагаю, нашему светлому гостю следует пояснить разницу между традициями нижнего и верхнего мира, — проскрежетал третий голос.
— Сомневаюсь, что Свод послал бы к нам недоучку.
— Недоучек… — Мимолетный взгляд на «свиту».
Замаскированная чарами свита не проронила ни звука, но патриары Ложи и не ждали постороннего участия в своей беседе. Точнее, в вежливом, неуклонном и непререкаемом растаптывании собеседника — мальчишки, сдуру сунувшегося в демонские игры.
— Тем более. И посему предлагаю считать, что столь опасный визит юноша предпринял по своей инициативе. Не представляя последствий…
— Вероятно, нам следует помочь юноше избежать… последствий, препроводив его в более привычную среду обитания.
Катись отсюда, пока мы добрые, светляк, и скажи спасибо, что целый, — насмешливо перевела память.
Ну хватит.
— Сопровождение, — процедил Вадим. — Ну хорошо-о… Я требую в сопровождающие Авдоари, клан Хинти.
Толчок воздуха, и с первого демона слетает капюшон, открывая лысый по-змеиному череп и узкие глаза.
— Гарроды да Шанти.
Второй капюшон.
— Аорру, клан Милисски.
Магия сметает впопыхах выставленную защитку, и падает еще один капюшон. Третий. Четвертый. Пятый… и еще четыре.
Вадим надменно озирает ошеломленную Ложу.
— Теперь поговорим.
Как же ему не хватало тех сил, что были у альтер-Дима. Куда легче заставить себя выслушать, если твой собеседник под прессом и никуда не в силах рыпнуться. Ну да обойдемся чем есть.
— Я собирался вас убить, — наконец проронил он через несколько секунд наэлектризованного молчания. Поймал одинокий файер (Шанти всегда подбирал в охрану скорых и нервных), напоказ впитал его, не обращая внимания на гневный ропот. — Это несложно, в принципе.
Он убил тогда… Сколько? Вряд ли кто-нибудь скажет. Он приходил за серыми. Сжигаемый яростью, кипящий местью, он шел на Уровни за иномирными тварями, которые убили отца и покалечили его самого. А демоны мешали. Пытались схватить, нападали из-за нарушения территории. Он сперва попытался вести переговоры… получил файером в плечо… а потом стал просто убивать всех, кто лез на рожон. И плевать ему было, из какого они клана и какой у них там ранг. Он не считал и не смотрел в лица. Пока тот патриар, Вийя, не пришел просить милости для Уровней и не предложил корону.
Кто-то все-таки рыпнулся, и Дим не глядя придавил его телекинезом. Сил пока хватало, хватало… Еще минут двадцать он сможет держать щит и удерживать этих… перекрывая телепорты и чары.
А вот потом будет хреново. Так что давим, пока можем. Дим повел рукой, обозначая щит, и пояснил:
— Сначала хотел предложить переговоры, потом понял, что кого-то придется убить.
— Что? — вырвалось у Шанти.
— Вы не выйдете отсюда… Вы!..
— Кого-то? — уточнил почти невозмутимый третий голос.
Ага. Этот вопрос непременно должны были задать. Если убьют кого-то, то кто-то останется в живых.
— Именно, — почти ласково сказал будущий Властелин. И подался вперед, притягивая их взгляды, захватывая… — А кого-то примет поверхность.
Демоны жили в пещерах тысячи лет. Но в дей-бра до сих пор было слово «солнце». И слово «лес». И «волна». И самые любимые истории у них были о том, как жулик Саари (про него был целый цикл устных баек), обдурив тупых Стражей и раззяв Координаторов, сумел выбраться в Верхний мир и живет там под солнцем.
Поверхность… Это была мечта. Насколько демоны, конечно, способны мечтать.
— Солнце. Дом и земля, на которой смогут жить те, кого вы отберете (да, власть тоже стимул). Вам выбирать.
И снова тишина. Конечно. Чтобы Ложа согласилась сразу? Да ни в жизнь.
— Нам надо подумать.
Угу. Думать. Нельзя вам думать. Додумаетесь еще.
«Кто там тогда первый решил меня убить? Милисски…»
«Не будем давать ему шанс на глупости».
«Давим».
— Думать некогда. Да или нет? Говорите да, клянетесь в верности — и завтра поднимаетесь на поверхность. А если нет…
— Завтра?! — послышался чей-то изумленный шепот.
— Так быстро?
— Да. Ну?
— А Координаторы?
Надеюсь, Савел об этом не прознает…
— Координаторы будут делать то, что я скажу. Ну?
Он понял, что победил, еще до того, как на столе блеснул в знак согласия первый перстень…
Через день.
— Ирин, идешь? — В раздевалку училища заглянула Тамара из их команды.
— Куда? — Иринка старательно вытирала волосы после душа. Физкультура вымотала все силы.
— Да на обследование какое-то, — махнула рукой подружка по команде. — То ли глаз, то ли еще чего. Сейчас требуют.
— Ладно, сейчас иду.
— Эй, куда! Сережки сними, там надо без металла…
— Томограф, что ли?
— А я знаю?
— Ладно… — Ира вынула из уха сережку и заторопилась за Тамарой…
Глава 17
ПОХИЩЕНИЯ
Люди, ведущие публичную жизнь, привыкают к тому, что уединение не для них. Пресс-конференции, заседания… да что там, даже в туалет и то с охраной. Порой это изрядно достает. Жорже да Силва был президентом Бразилии и поэтому давно свыкся с постоянным сопровождением, но сегодня привычная охрана как-то… мешала. Настораживала даже.
Впрочем, ему сегодня все действовало на нервы. Второй день президента преследовало неясное чувство какой-то надвигающейся угрозы. Жорже знал, что у него хорошо развито «интуисьон», чутье на беду или перемены, и оно не раз помогало ему в жизни, но сейчас оно работало как-то странно. Угроза ощущалась от надежной как скала охраны, причем угроза смутная и неопределенная… даже не угроза — перемены. Ладно, он с этим разберется. Вечером, после заседания конгресса. Сейчас надо… Что это?
За дверью послышался какой-то шум, словно что-то упало.
— Эй, в чем дело?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
