планеты я все же сомневаюсь, что местные дворяне про такое знают. Обсудить мне такие знания особо было не с кем, простые вояки от научных тем бесконечно далеки. Там только разговоры про задравшую службу, дерьмовых начальников, пиво, самых сладких баб и будущую пенсию со своего участка земли.
Да, мудрая Империя пенсию не платит отставным воякам, но дает землю, какую-то сумму денег и списывает из своего бюджета. Работать на земле отставные вояки не умеют, поэтому продают ее задешево крестьянам и уезжают на свою родину готовиться к наступающей на пятки старости.
Что говорит религия на этот счет мне тоже не известно, обращать на себя внимание с такими вопросами к священникам я предусмотрительно не стал. Так что официальную точку зрения представляю очень приблизительно, что-то там тоже связано с большой плоской лепешкой, с одной стороны которой живут нормальные и правильно верующие во Всеединого Бога люди, как в Империи, а другой — сильно ненормальные черти какие-то.
Которых всегда полезно убить до смерти, раз они ходят вниз головой.
Такое толкование выдано местным людям от очень умной и начитанной космической Твари, которая сама все правильно знает, что и как во Вселенной устроено, но делиться своими знаниями ни с кем явно не собирается.
Явно, что не дон Румата сюда прибыл с просветительскими целями, а беспощадный межгалактический хищник-поработитель отдельных планет и целых вселенных.
Можно будет рассказать нашу земную историю про трех слонов на большом ките, плавающем в безбрежном море.
Или лучше вообще ничего такого не говорить, чтобы не оказаться обвиненном в ереси, если кто-то обратит на мои слова особое внимание. Да, церковники местные точно не обрадуются изменению общепринятой легенды, поэтому будем придерживаться местной.
Я все же по своей личной легенде — обычный рубака, поэтому сильно просвещенным и начитанным оказаться не должен изначально.
Кажется, мой новый внешний вид вполне устроил норра, я чувствую у него в сознании удовлетворение от того, что потенциальный компаньон, намекавший на необыкновенные для этого времени инструменты и еще свои многочисленные знания, не потерялся где-то на полях Империи, а вернулся, как и обещал. Тем более, что уже в полностью приличном виде.
Теперь за него не стыдно будет перед благородными соседями, когда придет время показать нового знакомого.
Я подозреваю в этом хлебосольном предложении что-то еще и не думаю отказываться ни в коем случае. Именно в этом месте и состоится мое признание, как благородного мужчины, чтобы именно здесь съехавшийся по случаю танцулек и юбилея народ присмотрелся ко мне и что-то решил про себя.
А пока мы поднимаемся в замок, чтобы распробовать вино прошлого урожая и обсудить, что я могу предложить норру…
Неделя до торжества пролетает довольно быстро, я много катаюсь по округе, пытаясь еще лучше освоиться в седле. Понятно, что атаковать верхом копейно или сражаться с противником на тех же палашах, сидя на лошади, я не смогу еще долго. Да и не собираюсь, откровенно говоря, так рисковать такой ценной жизнью, отдавая ее на волю случайного удара.
И совсем не стремлюсь к этому, хотя могу победить в любом поединке, просто забравшись в голову противнику. Однако, тогда и искушенные зрители могут что-то заподозрить, и соперник успеть дать понять, что бой пошел не так, как ему положено. Тут только один выход, как в бою с молодым норром — убить или хотя бы обеззвучить с одного-двух ударов.
Чтобы соперник с перебитым горлом стоял из последних сил и пытался руками показать зрителям, что его противник совсем не тот, кем прикидывается. Не добрый и пушистый, а совсем наоборот.
Противостоять тем же дворянам или опытным кнехтам верхом я, наверно, не смогу никогда. Если, конечно, не займусь такими тренировками ближайшие пару лет без перерыва, однако для простоты картины я представляюсь командиром пехотной когорты в своем мире. Нет у меня времени столько на такие упражнения.
Такое разделение на пехоту и конницу для благородного сословия довольно удивительно для этого мира, однако про свой мир я могу рассказывать все, что мне угодно. Особенно, как командую целой манипулой в римском таком легионе.
Этим я и занимаюсь по вечерам в самом замке после ужина, путанно пересказывая и много чего добавляя от себя, насколько помню, «Трех мушкетеров», «Графиню де Монсоро», еще Двадцать и Десять лет спустя и немного из Вальтера Скотта.
Интриги моего мира приводят в совершенный восторг дочек норра, даже его весьма надменная супруга с большим удовольствием слушает меня.
Слушатели у меня вполне благодарные и понятные, поэтому я больше налегаю на любовные сюжеты из знакомых книг и фильмов. Ну и демонстрирую свое непосредственное знакомство с миром правителей и аристократов, наглядно это показывая.
Что я в курсе всех интриг высшего света, знаю, что думают и говорят высшие сановники той же Франции и Англии с Испанией вместе.
Все из книг, конечно и еще немного из кино.
Утром и днем мы с норром Истримилом и его мастеровыми изучаем некоторые, самые простые инструменты, типа современного молотка, отверток и небольшие клещи, которые тоже оказались у меня в комплекте.
Я пока осваиваюсь на его кузницах и смотрю, как плавят здесь металл, понимая, что и в этом процессе могу много чего поменять в лучшую сторону. Прочел в Википедии как-то пару статей про сыродутные печи и когда именно железо начинает превращаться в сталь. Точные температуры не помню, конечно, но общий принцип работы более продвинутых печей могу рассказать.
Те же газовые ключи или разводные я пока не спешу никому демонстрировать, начнем пока с самого простого инструмента, который местная промышленность может худо-бедно повторить.
И самого норра хорошо бы, как следует проверить на жадность и честность, насколько он окажется заинтересован в совместном использовании моих идей и своей производственной базы. И как будет отдавать договоренную долю?
Поэтому пока ничего сильно революционного в технологиях про ту же правильную упряжь или форму более эффективных плугов не рассказываю, дожидаясь своего принятия в благородное общество. И про ту самую высокопроизводительную каталонскую печь помалкиваю тоже, здесь все, связанное с выплавкой металла, пока на явно более низком уровне, после каждой плавки печи ломают, чтобы вытащить рыхлые крицы.
Есть такие мастера у норра, даже целых двое.
К отверткам у меня имеются разные простые шурупы и саморезы, дело достаточно сложное для местного уровня развития, зато и выхлоп от внедрения таких новшеств будет очень значительный.
Но сначала требуется сильно понизить себестоимость выплавляемого железа.
Заодно я уже предложил производить вилки современного вида, с тремя-четырьмя зубцами
