будет повернуться к нему и выстрелить, чем ему перехватить ружье, поднять, прицелиться и выстрелить в меня.
Самое отвратительное во всей этой ситуации — я почти уверен, что они знали, что случилось с этих их Вагазом. Понимали, что никакого другого выхода, кроме как пустить ему пулю в лоб, нет. Но они до последнего не хотели это делать, оттягивали момент.
Тут появился я и их проблему решил, да только «спасибо» говорить мне никто не спешит. Наоборот, глядят, как на кровного врага, которым, к слову, я и стал, убив их соплеменника…
Ну и что теперь делать?
Что делать я знаю — справа от меня металлическая дверь. Ведет она в корпус, где лаборатория, и где заперлась Аня с коллегами. Дверь добротная, толстая. Такую и не прострелить из ружья или пистолета — тут толщина металла миллиметра 3. Вот только как до этой самой двери добраться, не схлопотав пулю?
Я бросил быстрый взгляд на Вову с Аськой. Как бы им показать, что я задумал? Меня беспокоило то, что мой выстрел услышали менты, которые были на входе в больницу. Вдруг сюда заявятся? Надо немедленно сваливать, иначе проблем не оберешься…
— Зачэм пушка машешь! Давай поговорим, как мужчины! — вдруг предложил мне один из присутствующих — тот, который был с ружьем.
— Ага, а ты сейчас в меня из своего курмультука пальнешь, — хмыкнул я. — Ружье на пол, и толкни ко мне ногой!
— Это всех касается! — Вова был немногословен. — Пушки на пол!
— Ты, с револьвером! Ствол на пол! Ножи на пояс обратно! Быстро! Перевалю на хер всех! — заорал я.
Кажется, этими криками я перегнул палку — противники и не думали убирать оружие, как раз наоборот.
Тот, что грозил мне карой, резко вскинул руку с револьвером в ней, но я был быстрее — грохнул выстрел, и носатый схватился за простреленный бок.
Тот, что был с ружьем, явно хотел достать меня, но в него пальнул Вова. К сожалению, промазал. А тип, не став ждать второго выстрела, бросился наутек — в то помещение, откуда они все и вылезли. Еще двое бросились следом за ним.
Ну а я рванул к двери, через которую планировал уйти.
Схватился за ручку, дернул.
Открыто!
Я распахнул дверь на всю ширь, обернулся и крикнул Вове и Аське:
— Сюда!
Дважды повторять им не понадобилось, и они побежали ко мне.
«Горец» с ружьем попытался высунуться, но я всадил в дверной проем две пули, и наглец спрятался обратно, а перед этим огрызнулся из своего ружья — пальнул куда-то в сторону, никому из нас не навредив.
Как только Вова проскочил дверь, я мгновенно ее захлопнул и задвинул засовы сверху и снизу.
Отлично! Теперь ни аксакалы, ни менты, если они сюда явятся, за нами не пройдут.
Но все равно, время лучше не терять — нужно быстрее добраться до лаборатории, вызволить Аню и сваливать отсюда к чертям. Сдается мне, скоро тут станет жарко…
* * *
Двери на третьем этаже стояли нетронутыми и, как я и помнил, запертыми на замок. Но выглядел тот замок прямо-таки монументально. Древний, еще времен «победы коммунизма», стальной и массивный. Что-то даже сомнения меня взяли, а сможет ли Вовкин обрез его снести. А то придется сейчас спускаться на этаж ниже. А там, не ровен час, опять с «воронами» столкнемся, что гарантированно закончится перестрелкой.
Вова, подошедший к замку, просто хмыкнул, приставил стволы дробовика почти впритык к личинке замка и, не задумываясь, нажал на оба спусковых крючка.
В отличие от Жени он-то отлично представлял себе мощь патрона 12 калибра, еще и снаряженного пулей. Такой выстрел пробивает насквозь березу сорока сантиметров в обхвате или несколько досок «пятидесяток». И вопреки распространенному мнению, «сделано в Союзе» — не значит неразрушимо и надежно, как молот Тора. Это нередко значит — сделано из отходов тяжелой промышленности, сделано тяп-ляп, с несоблюдением стандартов и норм производства.
В случае с замком — сделано криво, из дерьмовой перекаленной толстой стали, которая давно проржавела. Так что тяжелая пуля просто вынесла из двери кусок вместе с замком, дверной ручкой и частично ответной частью этого самого замка. Из-за грохота выстрела у всех троих мучительно заболели уши.
Я поставил себе «галочку» — в ящике со страйкбольной амуницией у меня валялись давным-давно купленные активные наушники Ztack. Понятно, что это была реплика из Китая, и не самая лучшая, но свою задачу выполняла хорошо — усиливала слабый звук и глушила громкий. А еще понтово выглядела на голове. Очень бы пригодилась сейчас, но…
Легкая контузия не помешала мне вспомнить слова Ани про монстра, который утащил ее коллегу, так что за дверь я заглядывал с опаской. Вдруг на грохот подтянется?
Встреча с той тварью, которая помяла мне крышу «Чероки», была еще очень свежа в памяти, как и ее, твари, прыгучесть, живучесть и скорость. Так что я сначала подождал, пока Вовка заменит в своем «шот-гане» потраченный патрон на новенький, и только потом толкнул дверь, сразу же приседая вниз, чтобы дать Вове и Асе хороший обзор, возможность вести огонь, не находясь у них на линии огня.
И не напрасно. Двое «бешеных» уже торопливо шагали к нам. Почему бешеных? Да потому, что назвать это зомби было бы нелепо. Парни в ментовской форме шагали слишком уж бодро, никаких тебе шаркающих шагов, но все же походка у них необычная — люди так не ходят. Плюс оба были перемазаны в крови: щеки, нос, губы, даже фирменные куртки заляпаны, а из ртов нечто вроде пены идет.
Ну а еще у того, что шагал слева, было обглодано с левой стороны лицо. Кто-то в него вцепился и просто рвал плоть до костей. И, похоже, что этого «кого-то» с силой отрывали, а он не расцеплял зубов, вот и выдрал с полицейского куски плоти с кожей, обнажив с одной стороны десны. Эту рану даже тщательно обрабатывали — на краях видны остатки от тампонов и чего-то вроде ниток, с уха свисает на обрывке пластыря кровоостанавливающий тампон.
Мент с правой стороны был с виду целым, во всяком случае, на открытых участках тела укусов не видно, и что превратило его в монстра — было непонятно. Он помимо всего прочего еще и вооружен был. На боку на тонком кожаном ремешке висел миниатюрный, будто детский пистолет-пулемет. «Кедр», кажется, я не очень в пистолетах-пулеметах разбираюсь, как-то не интересовался. Но
