Читаем без скачивания Марсианин - Энди Вейер

После сдутия аэростатов бортовой компьютер доложил об успешном приземлении.

Затем зонд ждал двадцать три месяца.

Запись в журнале: Сол 117

Регенератор воды барахлит.

Шесть человек расходуют 18 литров воды в день. Соответственно он был рассчитан на производство 20. Но в последнее время он не справляется, делает не больше 10.

Произвожу ли я 10 литров воды в день? Нет, я не мировой чемпион по мочеиспусканию. Это плантация. Влажность в жилом модуле намного выше, чем положено, поэтому регенератор постоянно отфильтровывает воду из воздуха.

Меня это не тревожит. При необходимости я смогу мочиться прямо на растения, которые получат свою порцию влаги, а остальное сконденсируется на стенах. Уверен, я придумаю что-нибудь для сбора конденсата. Штука в том, что воде некуда деться. Это замкнутая система.

Ладно, технически я вру. Растения расходуют воду. Они выделяют из некоторой ее части водород (высвобождая при этом кислород) и используют его для построения сложных углеводородов, которые, собственно, и составляют растения. Но эти потери незначительны, а я сделал около 600 литров воды из топлива МПА. Я могу принимать ванны – и у меня все равно останется некоторый избыток.

Однако НАСА стоит на ушах. Они считают регенератор воды критическим фактором моего выживания. Запасного у меня нет, и они думают, что без него я мгновенно погибну. Для них отказ оборудования подобен кошмару. Для меня же это – просто очередная мелкая неприятность.

Поэтому вместо того чтобы готовиться к сбору урожая, я вынужден сновать туда-сюда между модулем и марсоходом, чтобы отвечать на их дурацкие вопросы. В каждом новом сообщении мне предлагают попробовать новое решение и доложить результаты.

На данный момент мы установили, что это не электроника виновата, не система охлаждения, не контрольно-измерительные приборы и не температура. Уверен, где-то просто появилась маленькая дырочка, и НАСА устроит четырехчасовое совещание, после чего предложит мне заклеить ее изолентой.

Льюис и Бек вскрыли зонд 309. Стараясь работать как можно эффективнее в громоздких скафандрах, они извлекли различные части полотнища жилого модуля и разложили на земле. Целых три зонда снабжения были целиком посвящены жилому модулю.

Следуя процедуре, которую отрабатывали сотни раз, они быстро совместили сегменты. Специальные гребни уплотнения между отдельными кусками обеспечивали герметичность сочленения.

Установив основную структуру жилого модуля, они собрали три шлюза. В полотнище AL102 имелось отверстие, по размерам точно подходящее для шлюза № 1. Бек туго натянул полотнище между гребнями уплотнения на внешней стороне шлюза.

Когда все три шлюза были готовы, Льюис наполнила жилой модуль воздухом, и AL102 впервые испытал на себе давление. Льюис и Бек выждали час. Давление держалось; сборка была проведена безупречно.

Запись в журнале: Сол 118

Мое общение с НАСА по поводу регенератора воды было утомительным и осложнялось бесчисленными техническими подробностями, поэтому перескажу его вкратце.

Я: Очевидно, это засор. Давайте я разберу его и проверю внутренние трубки.

НАСА (после пятичасовых раздумий): Нет. Ты облажаешься и умрешь.

Поэтому я его разобрал.

Да, знаю. В НАСА полно супер-пупер-умников, и я должен делать то, что они говорят. И я чересчур выпендриваюсь, учитывая тот факт, что они провели весь день, придумывая, как спасти мне жизнь.

Просто мне надоело выслушивать указания, как подтирать собственную задницу. Независимость – одно из главных качеств, на которые обращают внимание при отборе астронавтов для «Аресов». Эта миссия длится тринадцать месяцев, и бóльшая ее часть проходит во многих световых минутах от Земли. Здесь требуются люди, способные действовать самостоятельно.

Если бы рядом была капитан Льюис, я бы ей подчинился. Но комиссии безликих земных бюрократов? Простите, но нет.

Я соблюдал исключительную осторожность. При разборке я пометил каждую деталь и разложил все на столе. В моем компьютере имеются схемы, так что никаких сюрпризов я не ждал.

И, как я и предполагал, проблема оказалась в забившейся трубе. Регенератор воды предназначался для очистки мочи и выведения влаги из воздуха (с дыханием мы теряем почти столько же воды, сколько с мочой). Я смешал воду с почвой – и она минерализировалась. Минералы отложились в регенераторе.

Я прочистил трубки и собрал все как было. Это полностью решило проблему. Когда-нибудь мне придется повторить процесс, но не в ближайшие сто солов. Всего-то делов.

Я сообщил НАСА о своих действиях. Наша беседа (в пересказе) выглядела так:

Я: Я разобрал его, нашел неисправность и устранил.

НАСА: Нахал.

AL102 содрогался под напором бури. Противостоя силам, значительно превосходившим те, на которые оно было рассчитано, полотнище отчаянно трепетало на уплотнительном гребне шлюза. Другие части брезента колебались вдоль своих гребней вместе, как одно целое, но у AL102 такой возможности не было. Шлюз почти не двигался, и AL102 принял на себя всю ярость бури.

Слои пластика постоянно сгибались, и трение нагрело смолу. Новое – более податливое – окружение позволило углеродным волокнам разойтись.

AL102 растянулся.

Не сильно. Всего на четыре миллиметра. Однако между углеродными волокнами, обычно отстоящими друг от друга на 500 микрон, появилась прореха, чей размер восьмикратно превышал это значение.

Когда буря утихла, оставшийся астронавт провел полную проверку жилого модуля, но ничего не заметил. Проблемный участок полотнища скрывал уплотнительный гребень.

Предназначенный для миссии продолжительностью тридцать один сол, AL102 продержался намного дольше. Шли солы, и одинокий астронавт почти ежедневно покидал жилой модуль. Шлюз № 1 располагался ближе всего к зарядной станции марсоходов, поэтому астронавт предпочитал пользоваться именно им.

Под давлением шлюз немного расширялся, при разгерметизации – съеживался. Всякий раз, когда астронавт использовал шлюз, нагрузка на AL102 снижалась, потом повышалась вновь.

Натягивание, нагрузка, ослабление, растягивание…

Запись в журнале: Сол 119

Прошлой ночью я проснулся от того, что жилой модуль трясся.

Средней мощности песчаная буря закончилась так же внезапно, как началась. Это была буря третьей категории, со скоростью ветра до 50 км/ч. Ничего опасного. Тем не менее немного неуютно слышать завывание стихии, когда привык к полной тишине.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});