— Значит, это точно не свидание! — заключает категорично и протягивает букет мне. Я вдыхаю аромат роз и аккуратно помещаю цветы в подготовленную вазу.
— Любишь ты ломать стереотипы — усмехаюсь на заявление Стаса. Но его ни капли не смущает моё поведение. Он ведёт себя расслабленно и всем видом демонстрирует отличное настроение.
Парень вытирает руки специальной салфеткой и предлагает мне блюдо на выбор. Я не привыкла к ресторанным изыскам, поэтому выбираю обычный цезарь. Это название мне известно, а значит не придётся гадать, что же я такое съела.
— Не поверишь — отодвигаю пустую тарелку и беру в руки стакан с апельсиновым соком — но это самая лучшая дружеская встреча, на которой мне когда-либо приходилось бывать.
Стас улыбается и пристально смотрит на меня, от чего чувствую неловкость. Хочу отвести взгляд, но он опережает, перехватывает мою руку, которой я гладила лепестки цветов, и говорит.
— Ян — он переплетает наши пальцы, но взгляд его всё также прикован ко мне. Глаза в глаза, так пристально, что становится сложно дышать.
— Люблю тебя — ласкает мой слух низким баритоном — я такой кретин, что не понял этого раньше.
Улыбка на его лице на мгновение гаснет, но я не отвожу от него взгляд.
— Давай попробуем ещё раз — продолжает жечь меня чернотой карих глаз. Кажется, что ещё чуть-чуть, и от меня останется только пепел, который разлетится на крыльях горного ветра. И тогда я стану неотъемлемой частью этого прекрасного пейзажа. Неплохая перспектива на самом деле.
Столько всего произошло за последние месяцы: знакомство со Стасом, фальшивые отношения, ссора и долгий путь к примирению. Парень смотрит на меня в ожидании ответа, а я вспоминаю всё, что между нами было. И понимаю, что как раньше уже не будет. Я не могу представить свою жизнь без него. И я безумного люблю его вместе со всеми достоинствами и недостатками.
Только вот незадача: произнести всё это вслух я не могу. Поэтому освобождаю ладонь из дурманящего плена, беру со стола стакан и залпом допиваю остатки сока.
Стас мои действия интерпретирует по своему, кажется, он разочарован. Но вслух никак не комментирует моё поведение, лишь потухший взгляд говорит о его внутреннем состоянии.
Неужели не будет обвинять и кричать, что я опять виновата и дала ему повод? Гронский в очередной раз приятно удивляет меня и добавляет новый плюсик к образу обновлённого Стаса.
Я за эти два месяца тоже немного изменилась, и теперь ни за что не дам вытирать о себя ноги. Но и играть с чувствами парня, пытаясь им манипулировать, я себе не позволю.
— Попробуем — только одно слово. Но, кажется, Стасу достаточно. Его лицо мгновенно преображается, а в глазах загорается огонь. Выглядит так, словно получил долгожданный приз. Приятно видеть его счастливым, но дабы не наступать на те же грабли, я вынужденна сказать.
— Прости, если я разрушаю очарование момента, но иначе нельзя. Мы будем вместе, но не так, как ты это представляешь. У меня есть определённые принципы, с которыми придётся считаться. Если для тебя это сложно, я пойму, но и ты…
— Подожди — перебивает парень — пока ты не наговорила лишнего, скажу. Я люблю тебя вместе со всеми твоими принципами и взглядами. Если ты изволишь мне о них рассказать, я постараюсь принять.
Я в ответ мягко улыбаюсь, а парень тем временем продолжает.
— Знаешь, как-то в одной из соц сетей я увидел любопытный статус. В нём говорилось, что любить — это не значит смотреть друг на друга, а значит смотреть в одном направлении.* Мне это тогда бредом показалось, но сейчас, кажется, начинаю понимать смысл этих слов.
Стас резко подскакивает и протягивает мне руку.
— Пойдём.
Я вопросительно изгибаю одну бровь, но губы предательски улыбаются.
— Ну же, вставай — продолжает уговаривать парень.
Подгоняемая любопытством, принимаю приглашение и иду следом за опять моим парнем. Он держит за руку, а я понимаю, что больше мне ничего не нужно.
Мы подходим к самому краю беседки, и я невольно цепляюсь рукой за ограждение. Инстинкт самосохранения никто не отменял.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Посмотри — Стас шепчет на ухо, развернув меня спиной. Я смотрю в указанном направлении и замираю.
Закат. Солнце медленно садится за горы, но не спешит исчезнуть окончательно. Позволяет насладиться последними лучами, и только потом гаснет за горизонтом.
Вдоволь налюбовавшись моментом, протягиваю Стасу телефон с просьбой щёлкнуть меня на фоне прекрасного пейзажа. Он морщит нос, достаёт из заднего кармана джинсов свой дорогостоящий аппарат и говорит, что так будет лучше. Я с удовольствием позирую, а потом требую показать мне фото. Красавицей себя никогда не считала, но на фотографиях обычно получаюсь неплохо.
— Посмотри какая прелесть — парень поворачивает экран ко мне — то что нужно.
Он ещё зачем-то копается в телефоне, а я пытаюсь заглянуть, но безуспешно.
— Что ты задумал? — хватаю его за руку.
— Да так, ничего особенного.
Он блокирует телефон, но я успеваю заметить, что фото с моим изображение у него теперь вместо обоев установлено.
— Зачем это? — возмущаюсь, продолжая прыгать вокруг парня. Только все мои попытки не дают особых результатов. А когда Стасу надоедает, он просто захватывает меня в кольцо рук и крепко прижимает к себе.
— Ах — выдыхаю от неожиданности — ослабь хватку, а то мне нечем дышать.
— У тебя проблемы? — кривляется, демонстрируя показушное волнение — значит тебе просто необходимо искусственное дыхание.
Нет, всё-таки наглую натуру так просто не исправишь. И в следующий миг я чувствую то, о чём мечтала все идти два долгих месяца разлуки. Его губы касаются моих, а сердце начинает учащённо биться. Я глубоко ошиблась: то что было между нами раньше лишь жалкая пародия того, что я чувствую сейчас.
*Антуан де Сент-Экзюпери
Глава 37
Стас.
— Да, к шести я буду готова! И не вздумай раньше приезжать, всё равно не выйду! — моя категоричная девочка бросает трубку. Видимо в прямом смысле слова, потому что даже не потрудились нажать отбой. О том, что разговор окончен я догадался, когда услышал оглушающий гул. Миксер, наверное, включила или блендер.
Благодаря общению с Яной я постепенно учусь разбираться не только в кухонной утвари, но и во всякой мелкой бытовой технике. Такими темпами сам скоро готовить начну. Шутка.
Сегодня веду своего воробышка с родителями знакомиться. Они давно ждали этого события, а в какой-то момент даже засомневались в наличии у меня девушки в принципе. Обиду проглотил молча и пообещал в ближайшее время уговорить упрямицу нанести визит семейству Гронских.
Яночка очень стесняется, видите ли, она не нашего уровня. Вдруг родители её не примут, она им не понравится. Разве может она не понравиться?
Правда, как была вредной, так ей и осталась. Запретила раньше приезжать, а я ведь живой человек. Соскучился вообще-то. И не прочь бы с ней полчасика лишние в машине провести, но она сегодня сама строгость. Значит придётся подождать с поцелуями до окончания ужина.
Заезжаю за ней в установленное время и поднимаюсь в квартиру. Моя принцесса уже при полном параде: лёгкое небесно-голубое платье как нельзя лучше сочетается с цветом её глаз и завитыми белокурыми локонами.
Залюбовался и забыл поздороваться на что Яна фыркнула и исчезла в кухне. Любит она строить из себя злючку, но я то знаю её добродушную натуру.
Через минуту девушка появляется с огромным тортом почему-то красного цвета.
— Подержи, пожалуйста — мило улыбается и протягивает его мне.
— Значит я не ошибся, когда решил подняться — говорю, разглядывая шедевр через прозрачную крышку контейнера.
— Ты о чём? — удивляется, застегивая босоножки.
— Ну как о чём, вдруг ты бы этим тортом измазала кого по дороге? Знаешь чем такие истории заканчиваются?
Лукаво улыбаюсь и подмигиваю, но в ответ получаю лишь лёгкий смешок. Замечаю тумбочку в прихожей и водружаю на него ношу, которую зачем-то мне вручили. А может это просто коварный план, чтобы я руки не распускал?
