Вместе с другими паломниками она ждала сигнала к отправлению. И вдруг, повернувшись, она увидела знакомый силуэт.
Слепой с озера Сурс-Доль!
Он тоже был среди паломников! Второй раз она встретилась с ним после того, как на них напали разбойники. Она не знала, как поступить. Сделать вид, что не заметила его или подойти к нему, заговорить с ним? Но раздался удар колокола — сигнал к отправлению. Анкс решила пока не думать о Слепом.
Она вспоминала встречу с Хьюго де Пайеном. Слепой старик спас человека, возглавляющего паломников, от головорезов. А ему об этом известно? Но ей это не могло присниться. А как объяснить исчезновение старика средь бела дня?
Внезапно справа она ощутила чье-то горячее дыхание, и это отвлекло ее. Слепой послал коня вперед и оказался рядом с ней. Он держался прямо, покрытое морщинами лицо было застывшим, а незрячие глаза обращены к горизонту. При виде этой мрачной фигуры паломники, шедшие рядом с Анкс, расступились. Девочка продолжала идти. Она сильно разволновалась. Конь слепого шел рядом с ней, не обгоняя ее. Она видела, что старик положил свои костлявые руки на колени и что он не держал ни уздечки, ни вожжей. Сердце у Анкс бешено билось, она не хотела упустить возможность узнать, кем же был этот человек. Она вспомнила, как старик сказал де Пайену, что его имя — Клинамен. Она уже готова была заговорить с ним, но тут подъехали охранники Милиции. Они рассматривали всех девушек. Анкс тут же еще больше надвинула на глаза капюшон, наклонила голову и прижала к Себе книжку. Двое стражников появились справа от Слепого. В тот же миг Анкс почувствовала, как что-то коснулось ее руки: по ней скользнула уздечка. Она увидела, что старик, не меняя выражения лица, показал пальцам на повод, привязанный к седлу. Ничего не понимая, Анкс ухватилась за него.
— Что вы ищете, солдаты? — спросил старик удивленных стражников.
— Как ты знаешь, что мы здесь?
— По бряцанию вашего оружия. И клинки имеют свой особенный запах. Чем я могу вам помочь?
— Мы ищем девочку.
Клинамен повернул голову к Анкс.
— Слева отменя идет девочку но она не покидала меня с момента прибытия в Труа.
Охранники посмотрели да Анкс, скромно опустившую глаза.
— Она всегда подле вас?
— Как бы я без нее обходился в обозе?
Анкс крепко держалась за повод.
Казалось, ответ Слепого удовлетворил солдат. — Хорошо. Храни вас Бог, — сказал один из них, и все они удалились.
Слепой сразу же взял у Анкс повод.
— Но… — прошептала Анкс в растерянности. Клинамен сделал знак, и она поняла, что не надо ни о чем спрашивать. Даже не пришпорив коня, старик заставил его обогнать Анкс.
Только что Слепой второй раз спас ей жизнь.
* * *
Тюдебод, толстый капитан, шел в начале каравана бок о бок с Эрихом, главным писарем библиотеки. Обозы двигались медленно и ритмично. Сегодня утром Хьюго де Пайен и его люди решили отменить трехдневную стоянку, поскольку были довольны состоянием каравана. Все были рады, кроме Тюдебода. Сидя верхом на лошади, он ругался, размахивая руками.
— Как будто у меня нет более неотложных дел, чем это! — Но распоряжения Флодоара однозначны, — сказал Эрих.
Он посмотрел по сторонам — ему не хотелось, чтобы их услышали паломники.
— Вы отвечаете за безопасность перевозки грузов, — сказал он. — Что скажут ваши хозяева, если вы не сможете найти и задержать какую-то девчонку?
— Но я делаю вое возможное! Она осторожничает, это ясно. Хотел бы я, чтобы вы оказались на моем месте! Она может прятаться где угодно. В таком возрасте дети — настоящие чертенята!
Эрих остановил свою лошадь.
— Вот что я хочу сказать, — продолжил он шепотом, — мы объявим, что во время перехода будет проведен сеанс публичного чтения.
— Сеанс чтения? Что за безумная идея!
Тюдебод возмущенно пожал плечами.
— Знаете ли вы, где сейчас Маркабрю? — спросил Эрих.
— Зазывала из Труа? Он в последнем обозе.
— Приведете его к Флодоару. Он даст ему для чтения известное произведение. Это придумано якобы для того, чтобы паломники могли отдохнуть, а на деле — чтобы успокоить недовольных и поймать эту незнакомку.
— Ну и как же вы собираетесь ее ловить?
— Сыграв на ее любопытстве, Ткадебод. Любопытстве! Если эта девчонка такая, как нам представляется, она попадется.
— А не много ли хлопот, чтобы поймать маленькую воровку? Она, скорее всего, искала что-нибудь съестное или какие-нибудь тряпки, а наткнулась на ящики с книгами! Это же ясно. Если она мне попадется, я из нее душу вытрясу, не сомневайтесь. Паломники не крадут! Это строго карается!
— Нет, Тюдебод. Получены другие распоряжения на ее счет. Просто следите за вашей пленницей в оба глаза, пока Флодоар ее не допросит. Поняли? Никакого рукоприкладства.
Капитан пожал плечами, возмущенный, что придется церемониться с какой-то крестьянкой.
В тот же день Роже Маркабрю проводили к повозке Флодоара. Библиотекарь дал ему экземпляр «Исповедей» Святого Августина, написанных понятным народу языком. Это произведение должно было понравиться паломникам, особенно те места, где говорилось о развратной юности святого и его обращении в истинную веру.
Поскольку паломникам запрещалось покидать свои места в караване, решили, что Маркабрю будет каждый час переходить к новой группе паломников, чтобы к концу дня все смогли услышать откровения Августина. Актер восседал на крытой повозке, чтобы его лучше могли видеть и слышать. Он был прекрасным чтецом.
«Дом, где обитает моя душа, весьма темен и тесен, он разрушается. В нем есть и то, на что больно смотреть; я это знаю и исповедаюсь в этом- Но кто, кроме Тебя, Господь Бог мой, может сделать его чище, к кому я мог бы воззвать за помощью?»
«Какое счастье, что в епархии позаботились о том, чтобы научить его читать! Это великолепное средство воздействия», — думал Эрих.
Он все время держался на некотором расстоянии от Маркабрю. Его сопровождали двое солдат Тюдебода, переодетых в паломников. Чтение благодатно воздействовало на толпу; люди буквально замирали, слушая душераздирающие признания святого. Продвижение каравана при этом не замедлялось. Умиротворенность была написана на лицах паломников.
Анкс никогда не читала писаний Святого Августина, но отец рассказывал, ей о нем. Будучи очень смелой, девочка умудрялась ничего не пропустить из того, что говорил Маркабрю. Быстрее ветра она передвигалась по каравану от обоза к обозу, чтобы несколько раз послушать одни и те же отрывки «Исповедей».
«Как я люблю Тебя, Господи, тысячу раз благодарю Тебя и непрестанно благословляю Твое величие за то, что Ты соизволил простить мне столько несправедливостей и преступлений, совершенных мною».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
