https://yandex.ru/video/preview/9840714268559069967
19 ноября, дом Юн Ми, утро.
Сегодня для выпускников день сунына, или день Ада, как многие его называют. Около школ даже движение перекрывают, чтобы не мешать экзамену. Мне-то хорошо, мама и не заикалась про экзамен, понимает, что он мне не нужен, и даже онни помалкивает. Впрочем, ей не до меня- у нее в разгаре конфетно-букетный роман с Кваном. Разок я не утерпел и спросил ее, целовались они или нет. Онни покраснела и отвернулась, процесс пошел, это точно! Повезло ей, мужик надежный, как АКМ, не карьерист, это да, но тогда он бы и надежным не был. Как говорил мой однокурсник в том мире, успевший в армии отслужить, лучше АКМ в руках, чем рога в заднице. На него лось вылетел, когда он на посту стоял. Он кричать не стал, стой, стрелять буду, сразу его завалил. И молодец, наказали, зато живой. За что наказали? Да ни за что, за перерасход патронов, он в него весь рожок высадил. Было бы за что, расстреляли бы! Шутка. На переводчика небось уже выучился, он с общаги как раз за неделю до взрыва съехал к своей девушке. Судьба...
19 ноября, дом Юн Ми, вечер.
В студии КБС обсуждают сунын и проблему самоубийств. И все гадают, а с чем связано отсутствие этих самых суицидов? Прям загадка, ага. То сразу после сунына минимум три десятка в первые два часа, а тут ничего! Представитель министерства долго врал про их титанические усилия на ниве борьбы и превозмогания, и тут его спросил какой-то молодой журналист, а как они конкретно боролись-то? Он что-то заблеял, но проговорился, что они проводили совещания, в основном с иностранными специалистами, и как раз по месту их пребывания. В Ницце там, в Каннах, на Канарах. Все же знают- там нет суицидов, вот они и ездят передовой опыт перенимать. Повеселили меня, молодцы. На вопрос о нашем шоу чиновник заявил, что это ерунда, баловство. Ну послушает молодежь наши песенки, ну сдаст потом плохо сунын- и бегом с крыши прыгать, чуть ли не во вредители нас оформил.
1 декабря, приют в районе Гванак-Гу, утро.
Онни, я и директриса приюта обходим с инспекцией здание, перед сдачей его комиссии. Комиссия- это я и онни, так что совмещаем инспекцию и сдачу объекта. Директриса, полная пожилая добродушная женщина, показывает нам игровую комнату. Там примерно полтора десятка детей примерно трех лет бегают, катают машинки, качаются на лошадке-качалке, в общем, делают жизнь воспитателей как можно веселее. Только одна симпатичная девочка с кудрями, что странно для Кореи, сидит одна в углу и тоскливо ковыряет пальчиком ковролин. Спрашиваю директрису, что с ребенком. История печальная, как и у большинства детей. Мать и отец разбились на машине, родни нет. Отец сам был приютским, а мать вырастила бабушка, она уже умерла. Квартира в ипотеке, ее банк забрал, а ребенка сюда.
-А почему у нее такая европейская внешность? - Спрашиваю.
-Так отец метис был, тягубя. Нагуляла мамаша от американца какого и сдала в приют. Усыновление ей не грозит- не берут таких. Не ест она почти ничего, вот что плохо, тоскует.
-А как ее зовут?
-Джун. Ли Джун.
Подхожу к девочке, беру ее на руки, она серьезно смотрит мне в глаза. Не отучили еще, у местных это не принято. Спрашиваю: -Джун, почему ты не кушаешь? Детям надо хорошо кушать, чтобы вырасти сильными и красивыми. Вон ты худенькая какая, как воробышек. А она так глазищами хлоп, хлоп, обнимает меня за шею и говорит: -Мама, ты плишла за мной? Я так ждала, так ждала.
У меня ноги подкосились, так и сел, где стоял. Это я что, теперь мама??? И по реакции тела Юн Ми понимаю- да, теперь да. Меня посчитали и признали годным. И все, не соскочить, да и не надо.
Подхожу к директрисе, что-то обсуждающей с онни, спрашиваю: -Могу я удочерить эту девочку? Точно моя онни станет вегугинкой, опять глаза круглые. Шипит мне: -Ты с ума сошла, ты сама еще ребенок, никто тебе девочку не отдаст! И с нами не посоветовалась. Положи, где взяла!
-Моя!!! Не отдам! Закрываю руками малышку, не отдам никому! Только сейчас я понял, что чувствуют матери.
-Ну-ну, давайте успокоимся и поговорим. - Говорит директриса. -Пойдемте в мой кабинет.
Сидим в кабинете, онни держит Джун "на ручках", хитрый котенок уже веревки вьет из онни. Хватает онни за ушки, за пальчик и радостно хохочет, куда и тоска делась, а онни млеет. Директриса разъясняет мне мои перспективы. Если коротко- только брак, иначе ни за что не отдадут, такие законы. Там еще много всего, но в основном возможности содержать ребенка касается, мне это не интересно. Брак, ага! Ну Богиня, ну затейница! Не мытьем, так катаньем своего добивается, при чем внутренняя Юна так и тащится от одного слова брак. И поди объясни ей, что хорошее дело браком не назовут! А если...
Раньше в экстремальной ситуации я или тормозил, или чаще откалывал всякую дичь, а тут вдруг как компьютер в голове, моментально все рассчитал. Подхожу к директрисе.
-Воспитатели же могут забирать детей домой?
-Могут. Заторможено отвечает директриса.
-Онни, у тебя печать фонда с собой? Отлично! Оформляй нашу омму воспитательницей, грант на зарплату от меня лично, сверх штата. Должностные обязанности- присмотр и воспитание Ли Джун, в связи с ее тяжелой психологической травмой из-за потери родителей. Директрисе: -Давайте бланк!
Вот они тормозят-то. Не привыкли так быстро решать проблемы, ну да ничего, научатся.
Такси, середина дня.
-Омма, а мы куда едем? Я- омма, охренеть! Это как я так? Как в торнадо попал, раз- и я омма уже. Но довольный...
-Домой едем, доченька, домой.
-А где мы живем?
Мы живем в Сеуле, в районе Каннам-Гу. Интересно, что скажет мама Юн Ми? Онни вон уже любимая тетя, имо по корейски, не будь меня рядом, Джун с нее бы и не слезла. Подъезжаем.
Чуть позже, дом Юн Ми.
-Мама, а я свою дочку нашла! Смотри, какая красавица! Мама садится на диван, удивленно смотрит на меня и на Джун. Рассказываю, как все вышло, на удивление мама довольна, говорит, о внуках мечтала, и вдруг откуда ни возьмись, ни откуда не взялось. Посвятили ее в ее обязанности по договору с фондом, решили вечером все обсудить. Пока же мама бодро потащила мелкую в ванную, купаться, а мы с онни(имо, кх-кх-кх!) так же бодро поскакали в магазин, прихватив платье Джун как образец! Ребенку носить нечего, ужас, ужас!!! Что со мной??? Я стал еврейской мамой в квадрате?
Дом Юн Ми, вечер.
Поужинали, теперь держим семейный совет. Ребенок наелся, помучил Мульчу и спит без задних ног на моем матрасе. Вместе с замученной кошатиной. Друг нашел друга, ура, товарищи! Хорошо им, а нам еще думать, как жить дальше. С мамой-то все понятно, у них с Джун любовь с первого взгляда. Онни тоже не против, тоже понятно, что за. Вот с законами все хуже. Это пока к нам не докопались всякие проверялкины, все нормально, но если что... Можем и потерять дочку! То есть, удочерение актуально, как никогда. Если Онни выйдет замуж немедленно, то и да. Все тогда в порядке, но онни еще не знает, серьезно ли у них с Кваном, или просто дружат. Так дружат, дружат, а потом живот на нос лезет! О чем это я? Рисковать или нет? Если замуж выйду я, Серега то есть(ха-ха-ха!), то проблем нет. Никому, кроме нас тягубя Джун не нужна. Позвонить Пацаку или нет, насчет фиктивного брака?
