class="p1">Его же единственный дружок, ещё оставшийся на ногах и наблюдая, как я быстро расправился с его товарищами замер на месте. Вот только увидев, что я иду в его сторону, он бросил держать Бенджамина и осторожненько двинулся ко мне.
Как джентльмен, дав ему возможность ударить первым, принял кулак мелкого шакала на блок. Не дав замахнуться для второго захода, стукнул его по пустой голове. От такого пацан упал на землю и заплакал. Тфу, отброс. Сам издевался над детьми, а как только получил отпор так заныл.
Его дружки также лежали на земле и пытались вдохнуть воздух сквозь стоны. Ничего, пусть на себе поймут как это плохо, когда тебя бьют. Может они перестанут быть мелкими говнюками? Да нет, вряд ли. Для подобного таким желательно несколько костей переломать. Тогда, может быть, и поймут.
А вот забытый и мной и шакалятами Бенджамин наблюдал за мной взглядом наполненным страхом и восхищением, если я правильно смог интерпретировать его эмоции.
— Ну как-то так. Не надо лезть к другим, иначе можете огрести, — сказал я этим субчикам. А сзади раздались аплодисменты. Естественно, это была чёрная.
— Победил ты этих старшеклассников, как будто б взрослый, что вышел против детей неразумных, — произнесла Герда, перестав хлопать. — Как жаль, что не могли они составить конкуренцию достойную тебе. Ещё мне жаль, что не в Риме Древнем нам дано прожить. Уверена, в ту пору умертвили бы сих гладиаторов за поражение позорное своё.
От таких слов и взгляда девочки Бенджамин слегка задрожал. Побитые шакалята, которые уже пришли в себя, тоже напряглись. Видимо решили держаться подальше от нас и, бочком-бочком свалили в школу.
— Вот только не пойму я одного. — Я вопросительно поднял бровь, как бы спрашивая девочку. — Зачем вмешался в сию проблему ты?
— Что значит зачем? А как я должен был поступить? — Мне стало интересно, о чём она.
— Этот мальчик слаб, как телом, так и духом, — пренебрежительно сказала Герда. — И доля его стать кормом для того, кто имеет силу. Спасать его нет смысла вовсе, поскольку не эти трое, так появятся другие иль вовсе третьи. И сможешь ли ты оградить мальчишку от всего?
— И что же ты хочешь сказать? Что не следует тратить время и силы на таких людей? — Спросил я у девочки, нахмурившись при этом.
— Да. Единственный разумный это выход. Слабые останутся слабыми, в попытке их спасти, ты лишь исчерпаешь внутренние силы, — с непоколебимой убеждённостью сказала Герда.
— Тогда слабых нужно просто научить быть сильными, — сказал я, не желая признавать, что её слова находили во мне отклик.
А я вспомнил как живут герои в масках. Как боятся за жизнь своих близких, как не могут построить нормальные отношения и так далее. И в этом слова Герды стыковались с тем, что я думал. Но в тоже время, я считаю, что оставаться совершенно безучастным к происходящему тоже не вариант.
— Не выйдет ничего из затеи сей, — категорично ответила девочка. — Некоторые не могут стать сильнее, как не старайся. Что бы не делали они, всегда им быть лишь кормом.
— Даже если и так, то не могу полностью с тобой согласиться. Я думаю, что следует не так бескомпромиссно относиться, ко всем, кто не может постоять за себя.
— Тогда тебя ждёт только разочарование в будущем, — сказала Герда. При этом она вернулась к обычной манере разговора, без этого странного стиля. Видимо подобная тема для неё имеет немаленькое значение.
Что может знать девочка двенадцати лет в таких вопросах? Но видимо Герда действительно разбиралась в данной теме, поскольку, взглянув ей в глаза, я увидел печаль и боль. Похожие эмоции у неё были, когда я задал ей вопрос на счёт способности к решительным действиям. Разве что теперь она не казалась мне такой жуткой как в тот раз.
— Я вас покину, — не дав мне ответить сказала девочка, направившись к зданию школы. — Звонок уж скоро прозвучит, не стоит опаздывать на следующий урок.
И была такова. Мы же постояли немного с Бенджамином, переваривая сказанное. Первым решил прервать тишину мальчик.
— К-кайл, верно? — Испуганным голосом спросил белый.
— Ага. А ты Бенджамин.
— Д-да! Спасибо тебе большое! За меня ещё никто не вступался, — сказал мальчик и повесил голову.
— Пустяки, — сказал ему, махнув рукой. — И вообще! Я вмешался, только потому, что они мешали мне пить чай! Не думай, что мне просто было неприятно видеть, как бьют ребёнка!
— Но ведь мы одного возраста… — попытался сказать Бенджамин.
— Неважно! В общем мне просто не понравились эти типы! Понял⁈ — Я навис над мальцом.
— Х-хорошо! — Неистово закивал головой белый.
— Вот и хорошо.
— Вот только твоя подруга была права, — сказал печальным тоном мальчик, вновь повесив голову. — Я слабый и потом эта троица опять придёт издеваться надо мной.
— Нашёл проблему. Скажешь мне, и я ещё раз отоварю их.
— И потом они придут ещё раз и ещё. — Замотал головой Бен. — Мне нужно стать сильным самому.
— Можно поступить и так, — согласился с ним, одобрительно кивнув.
— Вот только как? Я только в уроках соображаю, — растерянно сказал Бенджамин.
— Нууу, давай я тебя подучу. Я не мастер, но тоже кое-чего могу. — Пожав плечами предложил ему я.
— А можно⁈ В смысле, ты ведь и так мне помог! Да и денег у меня нет…
— Они мне не нужны. Ладно, давай так. Я сегодня подумаю, как и чему тебя учить, а уже завтра обо всём договоримся.
На том и порешили. Я придумал этакую программу тренировок, которая достаточно проста и безопасна для растущего организма, а с другой стороны даст результат. И теперь я гоняю Бенджи уже месяц как.
Правда в итоге меня вызвали к директрисе, где вновь попытались наехать, уже с новыми действующими лицами. Родители пострадавших были большими шишками, но не круче моей мамы, поэтому их быстро заткнули. Да и я внёс свою лепту, когда рассказал, что произошло на самом деле.
Таким макаром у меня появился новый друг. Да уж, в нашей компании уже трое мальчиков и только одна девочка, хотя с таким перекосом полов должно быть наоборот. Хм, может, я что-то не так делаю?
