римская супружеская пара осознает, что должна произвести на свет много детей, если хочет быть уверена, что выживет хотя бы один. Закон подталкивает граждан в том же направлении: первый римский император Август, будучи свидетелем страшного демографического спада, постановил, что для получения особых экономических субсидий и налоговых послаблений одна римская женщина должна была родить хотя бы троих детей (а либерта — как минимум четверых!).
При всем желании, римской женщине непросто прийти к подобному показателю. Естественно, этому отнюдь не способствует хроническая сложность заиметь детей, которая, как было сказано, буквально объяла все римское общество.
Боязнь родов у женщины угадывается в изобилии святилищ, возведенных в честь божеств женского плодородия (как правило, связанных с водой или некими чудодейственными источниками), а также подтверждается наличием вотивных приношений (ex voto), обнаруженных археологами. Можно себе представить то колоссальное социальное давление, которое эти женщины должны были вынести на своих плечах…
Иногда причиной временных проблем с деторождением является скверное питание, довольно распространенный фактор в ту эпоху. Но наши предки об этом не ведают и мало что могут предпринять…
Есть еще и временной фактор. Женщины осознают, что, в отличие от мужчин, их жизнь коротка. И причина заключается как раз в родах. За отсутствием навыков в области медицины и гигиены, подобных современным, акт произведения на свет ребенка в те времена превращается в истинный героический подвиг.
Роды: русская рулетка
У римской женщины риск умереть во время родов в тысячу раз больше, чем у нашей современницы-итальянки.
Данные красноречивы: если сегодня в Италии примерно одна из десяти тысяч женщин умирает при родах, то в римскую эпоху (как показали бы специальные расчеты) смерть настигает примерно одну из десяти. Настоящая русская рулетка.
Женщин в основном убивают устранимые в наши дни осложнения при родах (как то: плацента, мешающая выходу ребенка, неправильное положение плода и пр.). Но даже если роды заканчиваются благополучно, дело довершают внезапные кровотечения.
К этому стоит добавить чудовищные смертоносные инфекции, развивающиеся в послеродовой период.
Учитывая подобные опасности и тот факт, что женщинам приходится переживать роды по нескольку раз в жизни, неудивительно, что лишь немногие из них достигают преклонного возраста или переживают собственного мужа.
Одна из надгробных стел, найденная в Салоне близ Сплита, под именем усопшей рабыни содержит следующую красноречивую надпись: «…той, которая страдала 4 дня в родах, но так и не разродилась от бремени и завершила свою жизнь. Воздвиг Юстус, товарищ в рабстве».
Если сами роды сопоставимы с выполнением военной миссии, то остаток жизни сопровождается еще более серьезными трудностями для многих римских женщин.
Рядом с эмансипированными дамами, которые, как мы проследили, добились равноправия в отношениях с противоположным полом, живет множество женщин, чье существование определяется другими людьми.
Девочку выдают замуж, потому что так решил отец. В юном возрасте она вступает в брак с человеком гораздо старше себя, зачастую с одним из приятелей отца. Между супругами вполне может быть разница в четверть века. Нередко о свадьбе договариваются, когда девочке исполняется четырнадцать лет (это — минимальный возраст для супружества, установленный законом). Но ее могут уже заранее послать жить в дом будущего мужа.
Разумеется, в подобном случае (как и во всех вариантах договорных браков) женщины связывают свою жизнь с нелюбимыми мужчинами.
Что же происходит потом? Римский закон и мораль диктуют женщине очень четкие правила поведения: абсолютную верность супругу и публичную сдержанность. Подобно той, что проявляет девушка, следующая по дороге за своим хозяином-мужем. Теперь он вошел в ворота, ведущие в их небольшие апартаменты на втором этаже невзрачного здания. Она проходит за ним и оказывается в своей «тюрьме».
Аренда транспортного средства (city car) в Древнем Риме
На рассвете некая девушка и ее громадный слуга спешат по главной улице города. Прохожих не видно. На середине улицы лишь две собаки ссорятся из-за кости, которую выбросили сегодня ночью при уборке харчевни. Девушка покрывает голову длинным полотнищем паллы, защищаясь от холода. Однако ее спутник, огромный раб, словно не чувствует холода. На нем — туника, сквозь ткань которой проступают мышцы мощной груди. Это — германец с предупредительным взглядом и преждевременно поседевшими волосами.
Он без видимых усилий несет два огромных баула, наполненные всем необходимым для путешествия. Так и есть. Девушка планирует совершить небольшую поездку и взяла с собой в спутники слугу.
А кстати, что берут с собой древние римляне, отправляясь в дорогу? Этим вопросом некогда задался Лайонел Кэссон, автор фундаментального труда на данную тему.
Больше всего места занимает кухонная утварь, ибо в пути придется готовить пищу самостоятельно. Также берут туалетные принадлежности, одеяло, полотенце, кое-какое белье и одежду на смену, удобные сандалии и тяжелые башмаки от дождя и снега и, естественно, шляпу, предохраняющую от осадков или солнца, в зависимости от погоды.
Кроме того, надо предусмотреть подходящую одежду для тех мест, которые предстоит пересечь: легкую накидку (лацерну) для погожих дней, длинный шерстяной плащ с капюшоном (биррус — аналог арабского бурнуса), пенулу — римское пончо от дождя и т. д.
Не стоит забывать и подарки для человека, который готов принять нас или которого мы намерены навестить. И еще несколько вещей. На самом деле, за исключением случаев поездки в колеснице, с собой берется немногое.
Если вы знакомы с кем-то, проделавшим пешком неблизкий путь до Сантьяго-де-Компостела, он наверняка расскажет вам, что быстрее всего усваиваются две походные истины: во-первых, брать с собой минимум необходимого (то есть самую малость вещей, желательно легких, потому что все равно придется регулярно стирать) в невесомом рюкзачке. И во-вторых, после первых двух или трех дней настоящих страданий входишь в ритм равномерного шага, позволяющего преодолевать десятки километров в день. Так вот римляне в определенном смысле ежедневно совершают паломничество в Сантьяго-де-Компостела: они привыкли много ходить. Гораздо больше нас с вами.
А деньги? Где их прячут путешественники? В привычных мошнах, подвязанных к поясу, или в небольших мешочках из тончайшей кожи, закрепленных на веревке на шее под туникой. Так делают и в наши дни: достаточно присмотреться к ассортименту магазинов duty-free в аэропортах — россыпь искусно изготовленных легчайших сумочек и кошельков.
Вместе с деньгами кладутся ценности.
Женщинам, разумеется, не советуется привлекать внимание к надетым драгоценностям: кольца, серьги, браслеты и ожерелья необходимо спрятать. Кое-кто кладет их в обшивку своего лифчика-строфия, а кто-то зашивает в невидимые складки одежды. Именно так поступила девушка, заполучившая наш сестерций.
Но этого недостаточно. Надо собрать и другой багаж. Психологический. Римляне истово верят в вещие сны.
