– Шрамы – следы моей глупости? – повторил он, почесав затылок. – Попробовал бы ты сам, старик, побороться против десятерых воинов!..
Кот вернулся к Ивине. Она задумчиво сидела перед очагом, в котором горел обычный огонь.
– Вот тебе плоды, которые дают мудрость, – заявил громко Кот, вываливая добычу на плащ. – Но старик предупредил, что неспелыми можно отравится. Я собирал их в полумраке и мог ошибиться.
– Это неважно, – рассеянно ответила Ивина, проводя кристаллом над плодами. – Мы будем есть кое-что другое.
– Другое? – удивился Кот.
– Да, я хочу яблоко, – кивнула Ивина, кусая плод. Кот недоверчиво взял другой и тоже надкусил. Действительно, по вкусу он напоминал яблоко. Кот повеселел и принялся с аппетитом завтракать. Ивина прижалась к нему, положила голову на плечо и вздохнула
– Нам будет очень трудно. Я видела следующий бой
– Знаю, что у нас почти нет шансов победить, – признался Кот. После разминки с мечом настроение у него поднялось, и будущее пока не пугало.
– Ты прав. Я пыталась найти магию, которой можно убить человека.
– Нашла? – поинтересовался Кот.
– Оказывается, я всегда ее знала, – пожала плечами Ивина. – Основа – почти та же, что и в лечебной, нужно только поменять хорошее на плохое. А так – одно и то же. Похоже, самые опасные черные маги – бывшие хорошие лекари. Воздействие одинаковое, а результаты разные.
– Интересные выводы… Выходит, колдун мерлонов раньше был хорошим лекарем?
– Да, – кивнула Ивина. – Самое грустное то, что я не могу оказать тебе в бою особой помощи.
– Ну что ж, я на это больших надежд и не питал. Давно привык рассчитывать только на себя.
– Я не могу убивать, – вздохнула Ивина. – Ты воин, и это хоть немного тебя оправдывает. Мне гораздо труднее.
– Почему?
– Ты сам говорил, что магия идет от души. Если я начну использовать убойную магию, то моя душа станет черной и закрытой. Я не хочу этого, потому что тогда не смогу тебя любить.
– Теперь понятно, – хмыкнул Кот. – Ты не расстраивайся, я справлюсь. Если повезет, даже останусь в живых.
– Перестань со мной говорить, как с малым дитем не то превратишься в крысу!
– За что сразу в крысу-то?
– За то, что не понимаешь меня, – промолвила с досадой Ивина. – Почему? Мы же были единым целым, ты знаешь то же самое, что и я.
– Нет, не знаю, – возразил Кот. – Я не могу использовать твою магию, потому что она привязана к твоей душе и мне непонятна.
– Неужели ты думаешь, что я буду стоять и смотреть, Как тебя убивают? – спросила Ивина. – Неужели считаешь, что после этого я смогу жить?
– Ты боишься?
– Да, боюсь, – выдохнула Ивина. – Боюсь, что сама начну убивать, а этого делать нельзя… Слушай, а почему ты так спокоен и не волнуешься о том, что с нами будет?
– Я – бродяга и воин. У меня нет дома. Я всегда один. Со мной часто происходят разные неприятные истории. Поэтому я всегда готов к неприятностям, в том числе и к смерти. В этом мире не страшнее, чем в тех, где я бывал раньше. Я выжил там, выживу и здесь… Может быть.
– Да, все это я в тебе видела, – кивнула Ивина. – Ты знаешь, что превращаешься в совсем другого человека, когда дерешься? Я наблюдала за тобой во время схватки с мерлонами.
– Когда я сражаюсь, не думаю ни о чем. Просто выполняю свою работу – так меня учил мой отец. Она заключается в том, чтобы убивать и калечить. При этом желательно оставаться в живых. Но бывают случаи, когда живым остаться невозможно. Тогда следует убить как можно больше врагов, чтобы другим воинам было легче.
– Ты просто выпускаешь из себя зверя и ждешь, когда он сделает за тебя твою работу, – грустно улыбнулась Ивина. – В тебе прячется очень ловкий и опасный зверь.
– Иначе бы меня давно не было в живых, – заметил Кот. – Моего зверя зовут котом, и он не самый страшный – есть пострашнее.
– Очень не хочется тебя потерять. Но я не могу потерять и себя. Вот такое неприятное открытие я сделала. Мне уже никогда не быть такой, как прежде. Все вокруг стало другим.
– Ну, в этом нет моей вины. Я просто показал тебе, кто такой я и кто такая ты.
– Это страшное знание, оно лишает иллюзий, – задумчиво произнесла Ивина. – Грустно сознавать, что ты на самом деле совсем не такая, какой себе казалась. Но сейчас не это важно. Главное сейчас – выжить. Чтобы выжить, я должна помочь тебе. Убивать никого не буду – не смогу. Но я смогу замедлить движения мерлонов. Правда, мое воздействие на них будет не очень долгим – одна—две секунды.
– В бою даже мгновение на вес золота, – задумался Кот. – Это может мне помочь, особенно если я буду знать, когда ты вступишь… Сколько человек ты сможешь замедлить одновременно?
– Одного, может быть, двух, – ответила Ивина. – Я пока не применяла такую магию. Вспомнила о ней только сегодня, когда перебирала в уме все, чему меня учили.
– Тебя учили замедлять движения людей? – удивился Кот.
– Нет, не этому. Меня учили лечить людей, а там иногда требуется, чтобы кровь не текла быстро. Или, скажем, надо успокоить человека, чтобы он заснул и не чувствовал боли… Я вполне могу использовать такую магию, потому что она не убивает. Усыпить мерлонов вряд ли получится – они будут слишком разгорячены боем, а вот немного замедлить – почему бы нет?
– Это может помочь, – согласился Кот. – Запускай свою магию, когда увидишь, что я не успеваю увернуться от удара. А также когда я буду нападать – чтобы мерлоны не успевали защититься. Это именно то, что мне от тебя и нужно. Остальное я сделаю.
– Понимаю, что этого мало, но больше предложить пока нечего.
– Пока достаточно, – успокоил ее Кот. – А еще перед боем мне потребуется энергия. Ослабленный переходом, я не смогу быстро двигаться и хорошо думать.
– Без проблем, – улыбнулась Ивина. – Я возьму ее у старика – как в прошлый раз.
– Что ж, тогда основные проблемы решены. Кот обнял Ивину и прижал к себе.
– Хочешь превратиться в крысу? – спросила она шепотом.
– Да, очень хочу, – ответил он, целуя ее в шею. – Вы будете сами сражаться с мерлонами, а я поведу размеренную крысиную жизнь.
– Ты плохой, но мне нравишься. – Ивина обняла его, – Превращу тебя в крысу попозже.
– Забудешь, – засмеялся Кот, целуя соски ее груди. Ивина закрыла глаза и часто задышала.
– Скажешь еще слово, и я задушу тебя в объятиях, – пробормотала она. – Если забуду, напомни.
– Я хоть и глупец, но не настолько…
На этот раз все было немного по-другому. Он ласкал ее осторожно и нежно, возбуждая желание. Томление в них росло, и, когда стало нестерпимым, он вошел в нее. Ивина застонала, потом крепко прижала его к себе, не давая двигаться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
