ее зов! – закричал кто-то из «зверей».
Толпа расступилась, считая, что так положено по сценарию.
Сказочные герои побежали за Снегурочкой, внезапно пустившейся в бега. Кто-то из малышей тоненько заплакал.
Лика бежала, не разбирая дороги. В голове проносились мысли: «Он видел меня в этом дурацком наряде! А рядом с ним за ручку стоял мальчик, он женат! Предатель! В первый раз влюбилась! Еще коса эта дурацкая…» Мимо мелькали витрины, украшенные гирляндами, елки в красных бантах, покупатели, неспешно гуляющие под нестареющую «Jingle bells».
Девушка врезалась во что-то мягкое, хотела обойти, но не смогла. Кто-то крепко держал ее за руку.
Взгляд упал на начищенные ботинки, а в нос ударил знакомый парфюм.
– Все. Я тебя поймал.
* * *
Через полчаса Лика и Вадим сидели в Макдоналдсе. Светловолосый мальчик с аппетитом уплетал картофель фри, запивая молочным коктейлем.
– Его мать убьет меня, если узнает, чем обедал ребенок, – на щеках Вадима заиграли знакомые ямочки.
– Ты женат?
– Нет, это мой братишка сводный. Отец долго не мог прийти в себя после смерти моей мамы, десять лет куковал один, и вот, пять лет назад, решился на новый брак. Так и появился Егорка.
Мужчина ласково потрепал ребенка по голове.
– Оксана попросила сводить его на праздник, ей, как всегда, некогда.
– А я думала… – голос Лики зазвенел от напряжения. – Какая же я дура!
Она покачала головой, сминая тонкими пальчиками салфетку.
– А ты, стало быть, актриса?
Лика виновато посмотрела в глаза Вадима, напоминавшие цветом небо в морозный погожий денек. Девушка отхлебнуло обжигающий горячий шоколад.
– Студентка. Прости, но никакая я не владелица сети магазинов. А Снегурочкой я просто подрабатываю, чтобы не просить денег у родителей.
– Ты думаешь я поверил, что ты бизнесвумен? – Вадим разразился смехом. – Поверь, по работе мне приходится сталкиваться не только мужчинами, но и с женщинами – акулами бизнеса. У тебя взгляд не такой, какой-то… наивный что ли.
Они вышли на улицу, вечер отбрасывал фиолетовые тени. Шел крупный снег, мягко устилающий землю пушистым покрывалом. Лике казалось, что и душу ее укрыли чем-то теплым и уютным. А в руку доверчиво легла детская ладошка.
Я знаю, что вы сделали на прошлом корпоративе
Надежда Бабур-Щербатая
vk.com/yliella
Только недавно отгремела вечеринка по поводу юбилея нашей компании, а на носу уже новогодний корпоратив. Сегодня в обед надо сбегать в универмаг и присмотреть себе вечерний наряд. В старом идти нельзя, а то жены и невесты коллег скажут свое презрительное «фи»!
Я собралась уже выйти из кабинета, когда на мой рабочий телефон пришла эсэмэска. Игнорировать нельзя, надо просмотреть. От прочитанного я впала в ступор. На экране высветилось сообщение:
«Я знаю, что вы сделали на прошлом корпоративе. И, если не явитесь с объяснительной к заму, будете уволены без рекомендаций».
Я и мои подруги во время последней вечеринки кое-что испортили, но никого рядом не было. Никто не мог нас увидеть.
– Вот, зараза! – чувства вины за содеянное я не испытывала, мной владела досада от того, что мы прокололись.
Началось все недели за три до корпоратива. У нас сломался женский туалет. Мы просили и завхоза, и мастеров, и самих рабочих починить дамскую комнату, но тщетно. До начальника дошли, но тот лишь предложил посещать мужской, так как конец года и заниматься пустяками ему некогда.
Нас, девушек, в компании всего три и можно было бы смириться с некоторыми неудобствами, но туалет противоположного пола нам не подходит абсолютно, потому что у него нет не только задвижки на двери, но и кабинки. Каждый раз, когда кому-нибудь из нас приспичило, приходилось идти в туалет втроем. Одна стояла у входа и грудью защищала дверь, вторая прикрывала собой третью на случай, если кто прорвется.
Мы надеялись, что к юбилею организации туалет починят, все же на вечеринку придут женщины. Но, нет, все осталось по-прежнему, просто директор для дам открыл свой индивидуальный санузел.
На праздник приехало много гостей. Все было мобильно, без столов. Фуршет. Закуски, спиртное, диджей с музыкой. Гости собирались группами, беседовали, заводили знакомства.
Мы выпили, повеселели, потанцевали и тут Лерка выдала:
– Девчонки, с этим надо что-то делать, если мы ничего не предпримем, то так и останемся без туалета.
– Ну что ты, потерпим, а после праздников нам его починят. Я верю в это, – сказала Светка. – Просто надо думать позитивно, тогда все будет хорошо!
– Да если мы будем ждать до «после праздников», мы вообще останемся без туалета. Скажут: «Раз обходились все это время, значит, обойдутся и дальше». – Лерка передернула плечами. – А ты чего молчишь? – она толкнула меня в бок.
– Ты, Лера, права. Если будем ждать, отберут комнату и переделают под кабинет еще для какого-нибудь нужного сотрудника, уже не раз такое было, вон у рабочих одну из раздевалок отобрали, посадили туда юриста. Но что ты предлагаешь?
Лерка почесала около уха, подняла глаза к потолку и изрекла:
– Надо сломать все туалеты, причем сейчас, пока есть доступ и к директорскому. Все веселятся, никто ничего не заметит. Зато, помяните мое слово, уже завтра все наладят, в том числе и наш!
У Светки отвалилась челюсть:
– С ума сошла? Как ты себе это представляешь? Ползать по туалетам и ломать их? У меня, между прочим, платье от Киры Пластининой!
– И что с того? Хочешь всю жизнь писать в мужском туалете или на улицу будешь бегать? – Леркины глаза горели праведным гневом.
– Нет, Лера, я хочу чтобы у нас был свой туалет, но копаться в грязных унитазах, это негигиенично! – Светка наморщила носик.
– А ты чего молчишь?! – Лерка снова ткнула меня в бок. Я немного отступила, а то скоро синяк заработаю.
– Ты чего так орешь, нас могут услышать. Что конкретно будем делать? Я в платье от-кутюр тоже не стала бы шариться по толчкам. Как мы выведем из строя объекты, знаешь?
– Да просто пимпочку одну отломаем, бачок потечет, вода не будет задерживаться. Смывать нечем, с ведром начальник бегать не захочет. Все ж просто!
Сказано – сделано. Получилось все очень просто и быстро. Напакостили и свинтили с корпоратива по-английски, не прощаясь.
Лерка оказалась права: когда мы пришли на следующий день на работу, все туалеты были в порядке и наш в том числе. Все обсуждали вчерашнюю вечеринку, об инциденте не упоминали. Мы с облегчением вздохнули: никто ничего не заметил.
Но, как теперь выясняется, кто-то все же видел наши манипуляции, иначе как объяснить эту эсэмэску? Я побежала к Свете в бухгалтерию. Та сидела бледная, ее потряхивало, она тыкала пальцем в телефон, но не могла вымолвить ни слова. Я глянула, там было то же, что и у меня.
В кабинет ворвалась Лера, посмотрела на нас и плюхнулись на свободный стул. Светка обрела дар речи и заныла:
– Я же говорила, что не надо этого делать, что надо подождать, чувствовала, что ничем
