– Ты много просишь, – ответил Джанасек, держа бокал перед глазами и глядя на вспыхивающие в его черной глубине огоньки. – Т'Лариен шпионил за нами, пытался украсть мою собетейн и твое имя, а теперь еще втянул нас в ссору с Бретаном Брейтом. Меня самого подмывало вызвать его на дуэль за все, что он сделал. А вместо этого ты, мой тейн, просишь меня завязать с ним узы дружбы.
– Да, прошу, – настаивал Викари.
Джанасек посмотрел на Дерка, отпил вина.
– Ты – мой тейн. Я подчинюсь твоим желаниям. Какие обязательства накладывает на меня имя друга?
– Обращаться с ним, как ты обращался бы со своим кетом, – ответил Викари. Он повернулся к Дерку.
– И вы, т'Лариен. Вы явились источником многих неприятностей. Но я уверен, что несправедливо будет взвалить на вас весь груз ответственности. И вас тоже я прошу об одной услуге. Станьте на время собратом Гарсу Айронджейду Джанасеку.
Дерк не успел ответить, потому что Джанасек перебил его:
– Ты не смеешь предлагать ему это. Кто он, этот т'Лариен? Как можешь ты считать его достойным стать причастным к Айронджейду? У него не получится, Джаан. Он не будет ценить наши узы, не будет защищать сообщество и не вернется с нами туда. Я протестую.
– Если он согласится, я думаю, он будет чтить узы. Необходимое время, – сказал Викари.
– Необходимое время? Кеты связаны навечно.
– Значит, мы создадим новый вид кета, друга на время.
– Это более чем новшество, – возразил Джанасек. – Я не позволю.
– Гарс, – продолжал уговаривать его Джаан Викари. – Дерк т'Лариен уже твой друг. Или ты забыл так быстро? Ты рвешь узы, которые только что принял. Ты не стал бы так поступать по отношению к кету.
– А ты не стал бы предлагать кету стать кетом, – проворчал Джанасек. – Он уже был бы им, так что все это пустая затея. Он вне наших уз. Верховный Совет не одобрит тебя, Джаан. Совершенно очевидно, что ты не прав.
– Верховный Совет заседает на Верхнем Кавалаане, а мы на Уорлорне, – сказал Викари. – Здесь ты один можешь говорить от имени Айронджейда. Ты обидишь своего друга?
Джанасек не ответил.
Викари опять повернулся к Дерку.
– Ну, т'Лариен.
– Не знаю, – ответил Дерк. – Мне кажется, что я понимаю, что означает быть собратом, и я чувствую, что мне оказана большая честь. Но мы такие разные, Джаан, и между нами слишком много неясного.
– Вы говорите о Гвен, – сказал Викари. – Она действительно стоит между нами. Но, Дерк, я прошу вас стать новым, очень необычным видом собрата. Только на то время, пока вы находитесь на Уорлорне, и только для Гарса, а не для меня и не для другого айронджейда. Вы понимаете?
– Да. Это проще, – он посмотрел на Джанасека. – Но и с Гарсом у меня не все ладно. Именно он хотел сделать меня своей собственностью, а совсем недавно он даже не попытался спасти меня от дуэли.
– Я говорил только правду, – начал было Джанасек, но Викари жестом руки заставил его замолчать.
– Это я могу простить, как мне кажется, – сказал Дерк. – Но не могу простить то, что связано с Гвен.
– Это мы решим втроем: я, вы и Гвен Дельвано, – холодно сказал Викари.
– Гарс не имеет права голоса в этом вопросе, что бы он ни говорил.
– Она моя собетейн, – недовольно возразил Гарс. – Я имею право и говорить, и действовать. У меня есть обязательства.
– Я говорю о вчерашнем вечере, – сказал Дерк. – Я был у двери и все слышал. Джанасек ударил ее, и с тех пор вы вдвоем прячете ее от меня.
Викари улыбнулся.
– Он ударил ее?
Дерк кивнул.
– Я слышал.
– Вы слышали, без всякого сомнения, спорящие голоса и звук удара, – сказал Викари и дотронулся до своей распухшей челюсти. – Как вы думаете, откуда это взялось?
Дерк вытаращил на него глаза и вдруг почувствовал себя непроходимым глупцом.
– Я… я думал… я не знаю… эти желейные дети…
– Гарс ударил меня, не Гвен, – признался Викари.
– И сделал бы это снова, – сердито добавил Джанасек.
– Но тогда что происходит? – удивился Дерк. – Вчера вечером? Сегодня утром?
Джанасек поднялся, подошел к другому концу дивана, где сидел Дерк, и склонился над ним.
– Друг Дерк, – язвительно заговорил он, – я сказал тебе правду. Гвен отправилась на работу с Аркином Руарком. Кимдиссец звонил ей вчера весь день. Он прямо изнывал от нетерпения. Мне он объяснил, что заметил начало миграции жуков-броненосцев, а это, несомненно, реакция на общее похолодание. Такое явление наблюдается очень редко, даже на Эшеллине. На Уорлорне, конечно, оно уникально и не может повториться. Руарк считал, что этим необходимо заняться немедленно. Теперь ты понимаешь, мой друг т'Лариен? Хотя бы теперь?
– Вот как? – недоумевал Дерк. – Но она сказала бы мне что-нибудь.
Джанасек вернулся на свое место с выражением недовольства на худощавом лице.
– Мой друг считает меня обманщиком, – сказал он.
– Гарс говорит правду, – подтвердил Викари. – Гвен сказала, что она сообщит вам, оставит записку или магнитофонную запись. Может быть, в спешке она забыла это сделать. Такое с каждым может случиться. Гвен увлечена своей работой, Дерк. Она очень хороший специалист.
Дерк посмотрел на Гарса Джанасека.
– Минуту! – сказал он. – Утром вы сказали, что прячете ее от меня. Вы признали это.
Викари с удивлением посмотрел на Гарса.
– Гарс?
– Да, сказал, – проворчал Джанасек. – Он поднялся к нам и стал задавать вопросы, чтобы вытянуть из меня что-нибудь. Более того, ему очень хотелось верить, что подлые айронджейды силой захватили и держат Гвен взаперти. Я сомневаюсь, что он поверил бы во что-нибудь другое. – Он осторожно отпил из рюмки.
– Это, – сказал Викари, – было неразумно с твоей стороны.
– Ложь возвращается ложью, – ответил Джанасек с самодовольным видом.
– Ты – не очень хороший друг.
– С этого момента я буду стараться.
– Приятно слышать, – сказал Викари. – Ну, т'Лариен, будете вы кетом Гарсу?
Дерк долго думал, прежде чем ответил:
– Думаю, да.
– Тогда, выпьем, – предложил Викари. Все трое одновременно подняли свои бокалы, причем бокал Гарса был уже наполовину пуст. Дерк попробовал горьковатую жидкость и ощутил ее тепло в горле. Это было не самое лучшее вино из всех известных Дерку, но достаточно вкусное.
Джанасек осушил свой бокал и встал.
– Мы должны поговорить о завтрашних дуэлях.
– Да, – согласился Викари. – Сегодня был очень неудачный день. Вы оба не проявили мудрости.
Джанасек облокотился на каминную доску у ног одного из чудовищ, смотревших на него сверху.
– Самый большой недостаток мудрости проявил ты, Джаан. Пойми меня, я не боюсь дуэли с Бретаном и Пусторуким Челлом. Но в ней не было необходимости. Ты намеренно спровоцировал их. Брейт просто вынужден был вызвать тебя на дуэль, иначе даже его тейн плюнул бы ему в лицо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
