Читаем без скачивания Разрешение на штурм - Сергей Москвин

– Ты не спеши с выводами... Вот, сейчас внимательнее!

На экране к бомжу подошел рослый широкоплечий мужчина и замахнулся на него пудовым кулаком. А потом произошло совершенно невероятное: бомж сделал неуловимое движение рукой – и противник бесчувственным кулем рухнул к его ногам.

– Что скажешь? – спросил Егоров, дождавшись, когда бомж выбежал из кадра.

– Можно еще раз? – попросил Ватутин. Судя по его дрогнувшему голосу, увиденное «проняло» опытного командира спецназа.

– Можно, – утвердительно кивнул головой Егоров. – Я сам вчера раз пятнадцать смотрел.

После четырехкратного просмотра Ватутин задумчиво покачал головой.

– Это профессиональный удар.

– Ты делаешь такой вывод, потому что он бьет с одного замаха сразу в две нокаутирующие точки: в солнечное и в подбородок?

– Не в этом дело, – продолжая смотреть на экран, ответил Ватутин. – Это боевой прием из арсенала спецназа. Только в боевой обстановке он выполняется более жестко. Завершающий удар наносится в горло. Как следствие, – разрыв гортани и мгновенная смерть. Ваш «бомж» мог запросто прикончить «качка», но по какой-то причине не стал этого делать.

– Даже так?! – Егоров снова обернулся к телевизионному экрану.

– Кстати, Андрей Геннадьевич, – обратился к нему Ватутин. – Я так и не разобрал, что он делал, склонившись над телом?

– А как ты думаешь? – хитро прищурился Егоров.

– Обыскивал?

– Точно! – кивнул головой Егоров. – Причем очень сноровисто и профессионально.

– А что искал?

– Ключи от подъезда, где до вчерашнего дня жил зам главы Минатома Борис Малашенко.

– Значит, это никакой не бомж, а профессиональный убийца?

– Убийца, – Егоров снова кивнул. – Но думаю: убийство – не единственная его профессия.

39. Управление по борьбе с терроризмом, Москва

25 мая – понедельник 10.00

– Андрей, Вы опять ко мне? – Тамара Тевзадзе смерила Егорова ироничным взглядом.

– Вы очень проницательны, Тамара Георгиевна, – Егоров положил на стол эксперта коробку шоколадных конфет.

– О! Я польщена, – женщина улыбнулась. – Даже в моем возрасте мне все еще оказывают знаки внимания. Боюсь только, как бы муж не начал ревновать.

Егоров бросил быстрый взгляд на стоящую на рабочем столе фотографию полного мужчины в белом медицинском халате (муж Тамары Георгиевны Рубен Тевзадзе был известным на всю Москву детским хирургом-ортопедом, попасть к нему на операцию считалось большой удачей) и заговорщически подмигнул женщине.

– А мы ему не скажем.

Тамара покачала головой:

– Ай-яй-яй, Андрей. На что Вы меня толкаете.

Она отложила в сторону конфеты и уже серьезным голосом спросила:

– Ну, что у Вас на этот раз? Опять нужно заключение по пленке?

– В точку, Тамара Георгиевна. Только по видеопленке, – Егоров вынул из принесенного с собой пакета полученную от милицейского постового видеокассету.

Женщина изумленно вскинула брови.

– Но анализ видеоизображения – не моя область.

– Вот и посоветуйте мне хорошего эксперта, – улыбнулся в ответ Егоров.

Тамара Георгиевна на секунду задумалась, потом поднялась из-за стола.

– Идемте, Андрей.

Она провела Егорова в соседнюю лабораторию и представила его сидящему за видеомониторами молодому парню в круглых смешных очках.

– Знакомьтесь, Паша. Егоров Андрей Геннадьевич. А это...

Тамара Георгиевна повернулась к Егорову, собираясь представить своего коллегу, но парень опередил ее.

– Лейтенант Дмитриев, – скороговоркой произнес он, вскочив со стула.

– Вольно, лейтенант, – улыбнулся Егоров.

– Паша, у Андрея Геннадьевича к Вам просьба, – обратилась к коллеге Тамара Тевзадзе. – Нужно просмотреть одну пленку.

– И сравнить снятого там человека вот с этой фотографией, – добавил Егоров и протянул эксперту вместе с видеокассетой фотоснимок неизвестного, снятого сотрудниками службы наружного наблюдения у ресторана «Версаль».

– Ясно, – Павел вставил кассету в видеомагнитофон и, включив воспроизведение, поинтересовался. – Так, кто Вас интересует?

– Бомж возле мусорных баков.

– Бомж? – удивилась Тамара, взглянув на экран.

Она взяла в руки принесенную Егоровым фотографию, снова взглянула на экран и, отрицательно покачав головой, заметила:

– По-моему, у бродяги с этим мужчиной ничего общего.

Но эксперт не был столь категоричен. Он несколько раз просмотрел расправу бомжа с культуристом. Потом сканировал полученный от Егорова фотоснимок и вывел изображение на экран компьютера. Спустя несколько секунд рядом с ним на экране появилось и изображение бомжа в нахлобученном на голову капюшоне. Эксперт увеличил изображения, выделив крупным планом лица обоих мужчин, и, склонившись над клавиатурой, быстро защелкал пальцами по клавишам. Егоров напряженно наблюдал за ним. Запустив программу корреляции изображений, Павел удовлетворенно откинулся на спинку стула.

– Сейчас узнаем.

Оба выведенных на экран статических изображения покрылись линиями, напоминающими координатную сетку. После чего одни и те же расчерченные участки лиц начали синхронно перемигиваться. Внизу экрана побежали какие-то цифры, но Егоров не знал, что они обозначают.

Следя за работой своего компьютера, Павел схватил со стола карандаш, повертев в руках, а затем вставил незаточенным концом в рот. Егоров понял, что он тоже волнуется.

Наконец программа закончила свою работу. При этом почти все квадратики покрывающей лица цветной мозаики высветились более ярким цветом. Эксперт выдернул изо рта карандаш и с торжествующим видом обернулся к Егорову.

– Практически полное совпадение по всем фрагментам! – он ткнул карандашом в экран. – Это один и тот же человек!

– Не может быть, – Тамара Тевзадзе изумленно покачала головой.

– Компьютер не обманешь, Тамара Георгиевна! – Павел победно взглянул на нее, потом перевел взгляд на Егорова, ожидая от него похвалы и одобрения.

Но Егоров лишь, прищурив глаза, с каменным лицом пристально смотрел на экран. Понять, о чем он в этот момент думает, было совершенно невозможно.

40. Центральный округ, Москва

25 мая – понедельник 20.30

Шах не стал выжидать три дня, а позвонил Полунину в понедельник вечером. К его удивлению, замминистра отреагировал так, словно с нетерпением ждал его звонка.

– Нам нужно срочно увидеться! – прокричал он в телефонную трубку. – Скажите, куда мне подъехать.

– К Центральному телеграфу, – не долго думая назвал Шах ближайшее из известных ему многолюдных мест.

– Я буду через сорок минут! – выкрикнул чиновник и разъединился.

Он появился даже раньше. Шах увидел сворачивающий к зданию центрального московского телеграфа знакомый «Фольксваген-Таурег». Вспомнив о водителе Полунина, он недовольно поморщился. Неужели у замминистра не хватило сообразительности приехать на встречу одному?

Но его опасения оказались напрасны. Когда Шах приблизился к внедорожнику, тонированное стекло правой передней двери опустилось, и сидящий за рулем хозяин машины нетерпеливо произнес:

– Садитесь же, наконец.

Прежде чем сесть в машину, Шах шагнул в сторону и через открытое окно заглянул в салон. Кроме Полунина там никого не было. Шах открыл дверь и уселся рядом. Управляя джойстиком, Полунин сейчас же поднял опущенное стекло с его стороны. Судя по его резким, порывистым движениям и озабоченному лицу, он был чем-то сильно взволнован.

– Итак, мсье Полунин, о чем Вы хотели поговорить? – обратился к госчиновнику Шах.

Но его нарочитое спокойствие только еще больше разозлило замминистра.

– У меня из-за Вас серьезные проблемы! – выкрикнул Полунин. – Вы даже не представляете, насколько сложно достать то, что Вам нужно. Вот перечень материалов о корчагинском изделии, имеющихся в закрытых НИИ нашего министерства. – Он достал из внутреннего кармана пиджака несколько сцепленных степлером листов и протянул их Шаху. – Техническое описание, расчеты, схемы. А чертежи самого фугаса хранятся в НПО «Алмаз», том самом предприятии в Сарове, бывшем Арзамасе-16, где собирают ядерные заряды.

– Мне это известно, – дрогнувшим голосом медленно произнес Шах, впившись глазами в документ.

Он никак не ожидал, что уже сегодня будет держать в руках список того, за чем упорно охотился в течение нескольких лет.

– Только я не пойму, в чем же заключаются Ваши трудности?

– А как, по-вашему, я запрошу эту информацию?! На каком основании?! – раздраженно выкрикнул Полунин. – Или Вы думаете, что я вот так запросто приеду в НИИ или на производство ядерных зарядов и попрошу выдать мне корчагинские разработки?! Это же секретные материалы! – он ткнул пальцем в переданный Шаху список. – В лучшем случае меня просто не поймут, а в худшем немедленно сообщат обо всем в ФСБ! Чтобы получить к ним доступ, мне нужно как-то обосновать свой интерес!