— Война никому не принесет выгоды, и требования Каспара мне кажутся довольно жестким ответом на в общем-то пустячное недоразумение.
— Картографы, которые притворяются контрабандистами на землях Оласко, чтобы подготовить военное вторжение, — вряд ли такое можно назвать пустячным недоразумением.
— Сквайр, вы ведь из Королевства Островов, так, что, наверное, не очень хорошо знаете нашу историю, а мы часто конфликтуем, нападаем друг на друга и вообще играем очень грубо — это дело обычное. Я тридцать лет при дворе — служил еще отцу нынешнего принца, и за это время произошло с полдесятка пограничных столкновений с Оласко, столько же — с Мискалоном, были два морских конфликта с Рускалоном, один — с Ролдемом, еще один — с Островами, а уж некоторые земли становятся объектом стычек всякий раз, как кто-то из местных правителей вдруг решает их захватить. Но никто из правителей еще не требовал от другого государства полного подчинения.
— Герцог Оласко хочет надежности, — произнес Ког, понизив голос. — Он опасается, что все земли на востоке попадут под покровительство Королевства Островов или Кеша. До определенного момента военно-морские силы Ролдема могут защитить от Кеша Аранор или Оласко, соблюдая условия договора, но кто защитит от Королевства Островов Рускалон, Мискалон и Салматер, если Королевство решит напасть? В море Королевства Ролдем, может, и бросит вызов кешианскому военному флоту, но на континенте они не станут высаживать войска против Королевства.
— Королевство Островов никогда не стремилось на восток. Оно всегда смотрело на запад.
— Но кто может быть уверен, что так будет и впредь? Ког заговорил еще тише. — Это не просто красивые слова — в наших интересах сохранить добрые соседские отношения между Салматером и Оласко. — Он огляделся. — Мне бы не хотелось, чтобы этот прекрасный дворец разрушили.
Как сказал бы Паско, Ког только что показал кнут, а теперь пришла пора посулить и пряник.
— Мой лорд очень щедр с друзьями. Он по достоинству оценит работу любого члена вашего правительства, направленную на то, чтобы избежать войны.
Одески, кажется, собирался что-то сказать, но промолчал. После некоторой паузы он произнес:
— Я постараюсь убедить их высочества.
— В отчете лорду я упомяну о вашей помощи.
— Всего хорошего, сквайр, — произнес первый министр, раскланиваясь.
Ког понял, что Амафи верно предсказал поведение старого придворного. Одески не станет открыто предавать принца, но охотно будет действовать под прикрытием благих намерений, чтобы сохранить все свои привилегии.
После смерти принцессы в замке наступит настоящий хаос, и принц сможет управлять страной не больше, чем природной стихией. Одески, скорее всего, возьмет совет в свои руки, и путь в Салматер для Каспара будет открыт.
* * *
Ког в одиночестве стоял на палубе корабля. От Опардума его отделяли четыре дня пути; по его расчетам, принцесса Светлана должна быть уже мертва. Яд, который составил Амафи, по его уверениям, должен был подействовать через неделю после приема; окружающие будут думать, что смерть принцессы последовала из-за внезапной остановки сердца. Прелесть этого яда, как уверял бывший наемный убийца, состояла в том, что первые симптомы напоминают лихорадку, и доктора прибегают к лечению, которое ничего не дает. Смерть наступает быстро, и, если не вмешается какой-нибудь могущественный жрец, принцесса обречена.
Как и говорил Амафи, подмешать яд оказалось легко. Пока принцесса спала, Ког взял тонкий шелковый шнур и пузырек с ядом. Осторожно, по капле, он накапал яд на шнур, откуда он стек на губы принцессы. Как и предсказывал Амафи, она, не просыпаясь, облизала губы. У яда был сладкий привкус; остаток на губах к утру высох и стал таким образом безвредным. Без опаски Ког поцеловал ее в губы, чтобы разбудить. Когда на рассвете они занимались любовью, Ког знал, что она скоро умрет.
Молодой человек почувствовал укол раскаяния и постарался его побороть. Несмотря на все свое очарование, Светлана была столь же безжалостна, как и Каспар, и секс для нее являлся лишь еще одним оружием; ласковые слова, которые она шептала ему, не имели никакого значения, и всерьез их принимать не стоило.
Он сделал черное дело, для чего ему пришлось поступиться своими принципами. В природе Каспара, как если бы он был скорпионом, было заложено предательство, и Кога он в конце концов тоже предаст, освободив его тем самым от данной клятвы и дав возможность нанести удар человеку, виновному в уничтожении целого народа. Даже если придется принять смерть, убивая Каспара, — важнее всего исполнить долг перед погибшими сородичами.
Но прежде чем умрет Каспар, должен был расстаться с жизнью еще один враг: капитан Квентин Хавревулен, человек, который лично руководил убийством семьи Кога. Да, сначала надо позаботиться о том, чтобы умер капитан. Если Ког убьет Квинта и Каспара — только тогда можно будет заняться оплакиванием собственной души.
Если сам он останется в живых.
10
ОТКРЫТИЕ
КОГ ЖДАЛ.
Каспар, расположившись в кресле, читал письмо. Наконец он отложил пергамент и улыбнулся.
— Пришло сообщение от наших агентов в Порт-Майселз. Принцесса Светлана скоропостижно скончалась от остановки сердца, вызванной внезапной лихорадкой. Принц Джанош вне себя от горя, а совет объявил его неспособным править страной. Правителем был назван принц Серж, но он еще ребенок, и править от его имени будет министр Одески — до тех пор, пока мальчик не достигнет совершеннолетия. — Он отложил донесение. — Блестяще, Когвин. Как тебе это удалось?
— Мой слуга, Амафи, знает некий яд, — спокойно заговорил Ког, — его можно составить из совершенно безвредных ингредиентов, некоторые из них, правда, не так легко найти — он посетил не одну аптеку в городе. Он приготовил яд, а я придумал, как дать его принцессе ночью накануне моего отъезда. Принцесса должна была умереть в течение недели.
— Значит, нет прямой связи между вашим посещением и ее смертью. — Каспар явно обрадовался. — Отлично! Думаю, в ближайшие дни мы получим письмо от первого министра, который попросит «разъяснить» некоторые пункты моего послания, с тем чтобы попробовать откупиться.
— Я вернусь в Порт-Майселз? — спросил Ког.
— Нет, — ответил Каспар. — Ни к чему. Главной задачей было сделать так, чтобы принцесса умерла, хотя мне будет не хватать этой старой ведьмы. — Он вытянул руку, сведя в кольцо большой и указательный пальцы и оставив между ними едва заметный просвет. — Тебе известно, что я был вот настолько близок к женитьбе на ней? Мой отец считал, что это будет выгодный брак, но я его переубедил. Один из нас обязательно убил бы другого. — Каспар рассмеялся. — Ну да, так и вышло! — Он поднялся. — Я вознаграждаю за блестящие результаты, Когвин, поэтому отныне ты — барон моего двора. Я выпишу патент и найду какой-нибудь свободный клочок земли, чтобы ты мог присоединить его к тем бесполезным землям, которые имеются у тебя в Королевстве Островов. Но если будешь служить мне так же хорошо, то получишь и другие награды.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
