заставлю тебя платить алименты на ребенка, тогда ты Ане совсем будешь не нужен.
Михаил отвечал, что угроз этих он совсем не боится, а факт отцовства легко устанавливается генетической экспертизой и пусть Сана рожает даже трёх детей – суд установит его непричастность к их появлению на свет.
В таких мелких перебранках и проходили их встречи в общей квартире, где их ничего уже не связывало: даже питались они раздельно, если пустой холодильник можно было назвать источником еды. Сана вполне благополучно кормилась у родителей, а Михаил перебивался обедами в институте и ужинами у Ани в дни посещений.
В остальное время он довольствовался бутербродами – если удавалось разжиться куском колбасы или сыра, чтобы положить их на хлеб.
К этому времени, стараниями Горбачева и его подельников, полки продовольственных магазинов совершенно опустели, ввели продовольственные талоны на основные продукты питания, кроме хлеба, и эти талоны можно было отоварить только в том магазине по месту жительства, к которому данный человек был прикреплен.
Весь народ бросился на добывание пищи себе и родственникам, в то время как устроители этого искусственного дефицита продуктов и товаров продолжали разваливать экономику страны и саму страну, прикрываясь благими лозунгами о свободе и демократии, которые сами по себе и непременно, приведут к улучшению жизни людей.
Михаил был активным участником демократических процессов в стране, что подтверждалось его участием в обороне Белого дома от путчистов ГКЧП, и ему бывало некогда заниматься получением талонов на продукты в ЖЭКе и стояние в очередях магазина, чтобы отоварить эти талоны.
Но кушать надо и демократам и Михаил приспособился питаться только в институте: утром позавтракать в буфете, потом пообедать в столовой института и там же, во второй половине дня покушать ещё раз перед закрытием столовой.
Как ни странно, но никто не задумывался: почему в общественном питании, которым именовались столовые, буфеты, кафе и рестораны – продукты есть, а в продаже они исчезли, что явно указывало на искусственную организацию дефицита товаров и продуктов.
Не думал об этом и Михаил, когда поддерживал демократию и защищал Ельцина в Белом доме, а зря: может быть уже тогда он смог бы понять, кто такие демократы и к чему они ведут людей и всю страну.
Но именно дефицит продуктов вызвал некоторое охлаждение отношений между Михаилом и его подругой Аней. У неё подростал сын и, как всякая мать, она хотела обеспечить ему благополучную жизнь, особенно в хорошем питании, которое требуется растущему организму мальчика.
За продуктами надо было толкаться в очередях, что у неё не всегда получалось, а Михаил в этом деле был ей не помощник, поскольку занимался защитой и продвижением демократии.
Можно было бы покупать продукты на рынке или в кооперативах, но цены там были недоступны для зарплаты инженера, которым числилась Аня в институте. Михаил как бы не догадывался о заботах Ани и бывая у неё в гостях, иногда приходил с букетом цветов, но без каких-либо продуктов.
Аня, чувствуя наступление трудных времен, хотела мужской защиты и опоры, но Михаил был в принципе не способен к роли защитника своей женщины – ему хватало забот с защитой демократии: всегда легче заботиться о людях вообще, чем о конкретном человеке в частности.
Аня уже несколько раз намекала Михаилу об оформлении их отношений, но он всегда отнекивался, ссылаясь на формально существующий брак с Саной, как предлог, мешающий ему окончательно переселиться к Ане и объединить их жизненные пути. Аня обижалась на эти отговорки и уже не так радушно, как прежде, встречала Михаила во время его визитов, что отразилось и на интимных отношениях, которые стали сдержанными и менее страстными.
Михаил, однако, не обращал на это внимания, увлеченный ещё и внутри институтскими интригами, которые развивались после избрания нового директора.
Этот директор, начал окружать себя преданными ему лично людьми, в число которых стремился попасть и Михаил, но это ему никак не удавалось: может кто-то настраивал директора против, а может Михаил допустил где-то промашку – только в ближний круг сотрудников нового директора он не вошел, поэтому и не мог претендовать на повышении в должности и зарплате.
Борясь за демократию в стране и расположение нового директора в институте, Михаил не обращал никакого внимания на перемену отношений с Аней и, как выяснилось вскоре – напрасно он не проявил внимания к заботам близкой женщины.
XXI
Пока Михаил боролся за демократию и разбирался со своими женщинами, в стране происходили подлые перемены, затеянные мерзавцами и стяжателями в своих низменных целях.
Чёртом меченный Горбачев, внук кулака, пронырливый дурак и предатель, оказавшийся во главе страны – СССР, окружив себя такими же выродками, взял курс на уничтожение равноправия в стране, прикрывая своё предательство громкими фразами о развитии демократии и улучшении социализма. Меченый и сам впоследствии говорил, что его целью было уничтожение социализма.
Народ, привыкший верить своим руководителям, которые иногда привирали, выдавая желаемое за действительность, но никогда так нагло и цинично не лгали, заглотил приманку Меченого, а когда опомнился, то было уже поздно.
Меченый глуповато надеялся, что уничтожив социализм сохранит страну и себя во главе этой страны – просто поменяв власть равноправия на власть денег, не понимая, что социальное устройство и целостность страны – СССР неотделимы друг от друга и уничтожение социализма будет и уничтожением страны.
Точно также произошло и в 1917-ом году, когда отречение царя привело к развалу страны и только большевикам удалось вновь восстановить единство государства под знаменем равенства разных народов в стране и разных людей между собой, независимо от происхождения.
Разрушение страны началось с подленькой критики недостатков в экономике страны, которая началась в СМИ, оккупированных представителями журналистской национальности – второй древнейшей, после проституции, профессии в мире.
Одновременно, в механизмы экономики страны вместо смазки согласованных планов и финансирования предприятий, стал подсыпаться песок нелепых законов и вседозволенности руководителей, что вызывало перегрев и повреждение деталей единой экономической машины народного хозяйства.
За рулем этой машины оказались невежественные и откровенно глупые вредители и выродки, презирающие народ и страну, которую они называли «эта страна», а народ потом прозвал их «этастранцами».
Предатели-стрелочники направили локомотив промышленности с магистрального пути планового развития в тупик рыночных отношений, где спрос якобы должен рождать и предложение.
Свободные рыночные отношения худо – бедно работали 150 лет назад, но этот механизм не действует для сложных современных производств и даже в капиталистическом мире это давно поняли и создают интегрированные производства сложных изделий, например, самолетов, составные части которых никогда не будут изготавливать
