переключить внимание.
— Ой, Маш, нашла по какому поводу оправдываться, — улыбаюсь я. — У меня в животе двое, я думаю, что мой следующий маникюр будет года через полтора в лучшем случае. А у тебя целых трое детей! Вообще не представляю, как ты справляешься, когда Женя постоянно на работе.
— Да как, Карин… не особо, — вздыхает она. — Сама видишь.
Маша приподнимает занавеску у окна, демонстрируя на подоконнике кучу всяких вещей. И горшок с фиалками, и полотенце скомканное кухонное, и расчёска, и кукла тут, и машинка. Людям иногда проще продемонстрировать свой недостаток, нежели волноваться, что его заметят. Что-то из разряда: “О, у меня дырка на носке!”
Но в моих глазах её это совершенно не роняет как хозяйку. Её дом не идеальный, да, не с музейным порядком, но он такой живой, такой дышащий любовью, жизнью, детьми, семейным благополучием. Здесь хочется находиться.
И Маша сама как солнышко. Как центр этой вращающейся вокруг неё счастливой вселенной. И то, что у неё маникюра нет, а просто аккуратно обрезаны ногти, совсем не делает её какой-то не такой. Она сама по себе милая, добрая, улыбчивая. Я ни разу не слышала, чтобы Маша пожаловалась, что ей тяжело или она жутко устала от семейных забот. Так что отсутствие лака на ногтях — сущий пустяк.
— Ты вон на таком сроке, а наготовила больше меня, — всплескивает руками.
— Ну а чем мне ещё было заняться?
На самом деле, это правда. Вчера произошёл ещё один инцидент с Богдана бывшей, но о нём я решила Медведю не говорить. Потому что смысл жаловаться?
Я недавно записалась на йогу для беременных. Это со всех сторон оказалось хорошей идеей. Тут и полезная физкультура была, и возможность пообщаться с другими будущими мамочками, обсудить страхи и чаяния, найти приятельниц, с кем потом можно будет гулять с колясками и в песочнице.
И только я порадовалась, в какую замечательную группу попала, едва успела две недели отходить, как у нас появилась новенькая. Думаю, несложно догадаться, кто это. Ирина.
Она сразу подружилась со всеми девчонками, вела себя подчёркнуто мило и слащаво. Ну и, конечно, не забыла рассказать всем, что ждёт замечательного мальчишку, но ей уже заранее жаль своего малыша, потому что расти он будет без папочки. Ведь его отец ушёл к другой, оставив её, бедолагу, беременной.
Конечно же все тут же заулюлюкали, какой он подлец, и какая стерва его новая пассия, а Ирина просто святая женщина.
Было тошно слушать весь этот отвратительный лживый чёс. Очень хотелось добавить, что ушёл-то этот “гадкий подлец” потому что эта “святая женщина” ему попросту изменила.
Но я промолчала. Может, именно на скандал Ирина и рассчитывала, кто её знает. Питается она, наверное, негативной энергией. Поэтому я ей такого удовольствия не доставила. Но совсем промолчать не смогла.
— Ой, как жаль! — я коснулась плеча Ирины при всех, когда она поведала после занятий в раздевалке свою печальную историю. — А вот у меня тоже ситуация непростая. — Бывшая моего мужа утверждает, что беременна от него, но факт сомнительный.
— Что только не делают эти бывшие, чтобы мужика удержать! — покачала головой одна из девчонок.
— Нас тоже доканывает бывшая моего мужа. Мерзавка уже достала придумывать всякие причины для встречи. Как можно так унижаться? — добавила другая.
— Стыдоба! — поддакнула третья, погладив живот.
Ирина покраснела и поджала губы. Разговор зашёл немного в другое русло. Она, конечно, стерва, но с чего решила, что я — Божий одуванчик?
— Мужа? — посмотрела на меня с иронией. — А я колечко не увидела и подумала, что вы не замужем.
Попыталась подшпилить уже не для картинки, а в самую десяточку.
— Колечко дома. Руки уже отекают — не налезает. Но после родов обязательно покажу. Красивое такое! Каждый день любуюсь. Вот как у вас, только камешек чуть больше и ободочек шире.
Девчонки даже замолчали и просто хлопали глазами, глядя на нас. Видимо, какое-то напряжение всё же почувствовали. Но тут заглянула тренер и попросила поторопиться, потому что следующая группа беременяшек уже топталась на пороге, а мы всё тут болтали.
Да, пора было расходиться, пока наша с Ириной перепалка взглядами не превратилась в эпичный пузо-бой.
Но бесценным было выражение её лица, когда я пришла на следующую тренировку. Наверное, она не ожидала, что я приду, раз уж она здесь.
Но ещё раз: Ира, кто тебе сказал, что я нежная пугливая фиалка?
Мне нравится заниматься йогой, нравится общаться с девочками. И тебе испортить это не дано, как ни старайся.
Однако, конечно же я расстроилась и разозлилась. Именно поэтому на нервах наворотила для похода в гости к сослуживцу Богдана целую гору блюд. Ну а что, Машуне, что ли, с тремя детьми колотиться? Ей и так и дом убрать надо, организовать всё, да и готовить будет по-любому, хоть я и сказала, что мы принесём еду.
Вообще, к Маше с Евгением мы с Богданом стали часто наведываться. Они живут недалеко, всего двадцать минут на машине.
— Прирвет! — в кухню забегает Вовчик — младший ребёнок Маши.
Ему скоро три и он отлично разговаривает. Мы буквально за пару занятий поправили произношение “р”, и теперь он вставляет её куда надо и куда не надо. Но это нестрашно, скоро выровняется.
— Привет! — отвечаю я ему и треплю по волосам. — Как дела? Стишки все проговорил?
— Да! Хочешь послушать?
— А давай!
Вова становится ровненько, выпячивает грудь и начинает декламировать “Бычка” под полным гордости и умиления взглядом матери.
— Браво! — хлопаю ему в ладоши, когда заканчивает, а Вовчик улыбается во весь рот и сияет, а потом поворачивается к Маше за похвалой и лаской, которую та ему с удовольствием даёт.
— Девочки, ну что, за стол? — в кухню заглядывает Женя и кивает в сторону гостиной, приглашая.
Маша отправляет Вовчика в комнату к старшим детям поиграть, и мы с ней идёт к столу. Богдан и Женя с чего-то смеются, и мне очень нравится наблюдать за этим искренним выражением чувств моего Медведя. Каждый раз в груди тепло разливается и всё тело будто негой наполняется и радостью.
Да, не всё идеально, но что тут поделать? Зато в награду такой замечательный мужчина и, уверена, и отцом Богдан будет прекрасным.
Мы усаживаемся за стол, болтаем
