своем Борода. – Значит, теперь для них двигать в «Сталкер» – это конкретная подстава на весь клан. Наверняка у них на такой случай был запасной вариант.
Муха задумался, сдвинув брови к переносице.
Как в «камень – ножницы – бумага», подумал я. Либо темные действительно тащат Динку в неизвестное нам место. Либо они просчитали такую комбинацию, пришли к выводу, что мы ни за что не поверим, будто они собираются прямиком доставить Динку в бар – и именно так и поступят. От противного. Осталось только поставить себя на место Клеща и Ковригина и понять, что у них на уме.
– В общем, так, – хрипло подытожил я. – Направление выбрали. Пока движемся на восточный берег озера, а там поглядим.
Несмотря на контузию, командование сводным отрядом принял на себя я, как только подействовало противошоковое – мы так не договаривались, оно вышло как-то само собой, с молчаливого согласия всех присутствующих ветеранов. Во-первых, я был самым везучим сукиным сыном в команде, а этому сталкеры придают огромное значение – тут я был вне конкурса. Во-вторых, я был опытным сукиным сыном с хорошо развитым сталкерским чутьем – тут со мной могли поспорить разве что Патогеныч и Муха. В-третьих, у меня имелся солидный опыт командования небольшим подразделением – и в армии, и здесь, в Зоне.
Ну и в‑четвертых, это была моя война, и командовать по-любому должен был я. Без вариантов.
Отмычки Бороды выглядели не очень-то обрадованными моим решением, да и вообще всей этой кутерьмой. Целый день они таскались по смертельно опасным холмам Зоны, а на ночь глядя их для разминки обстреляли из вертолета, а теперь снова тащат вглубь зараженной территории, причем с перспективой очередной перестрелки.
И самое обидное, что неизвестно, сколько денег перепадет им за это внеплановое приключение. Вполне может так получиться, что не достанется вообще ничего – если меня сегодня положат, рисовать предъявы будет некому. Я их вполне понимал, но мне было не до того, чтобы подбадривать и утешать щенят. Пусть этим Борода занимается, он у нас знатный педагог. А уж ему я как-нибудь отплачу хабаром.
Через сталкерскую сеть мы связались со всеми нашими, которые находились в Зоне, и попросили их сообщать любую информацию о похитителях. Наших, правда, в Зоне в это время суток было немного. Тем не менее Гвинпин, Фаза, Мельник и Леший охотно обещали не только сообщить, если команда Ковригина всё же обнаружится, но и поучаствовать в спасательной операции.
Вдалеке непрерывно рокотали военные вертолеты. Опять мы наделали крутого шухеру. Вот же клоуны. Но теперь, похоже, чаша терпения натовцев переполнилась. Они целенаправленно искали незаконную вооруженную группу, пробирающуюся вглубь Зоны. Боюсь, сегодня не повезет многим ни в чем не повинным бродягам. И за это темным тоже потом придется ответить.
Пока, правда, усиленные воздушные патрули впустую бороздили небо. Куда, с точки зрения военных, мог с таким шумом прорываться большой отряд злоумышленников, вооруженный весьма недешевой системой «це-це»? Правильно, в какой-нибудь стратегически важный район – к лабораториям Технопрома, к подземельям Мутной долины, в научный лагерь на Чистом озере. Я был уверен, что все эти направления уже надежно перекрыты.
Однако туда нам было не надо. Единственным способом узнать, куда делись похитители, было пойти в бар к темным и спросить об этом у них. А в Мертвый город мы могли попасть и минуя стратегические направления.
Мы пересекли Мусорку, прошли по краю Технопрома и выбрались к озеру. Понемногу смеркалось, в серых тенях становилось всё тяжелее различать аномалии. Ненавижу ходить по Зоне ночью: полное ощущение, что ты снова салага и впервые попал за Периметр.
Ночью здесь все по-другому, ночью Зона живет по совсем иным законам. В темноте выбираются из потайных нор такие создания, о существовании которых большинство бродяг даже не подозревают, потому что мало находится желающих бродить в Зоне по ночам. Оживают призраки, которых угнетает солнечный свет, срабатывают причудливые ловушки, которые не действуют и не фиксируются датчиками в светлое время суток. Одним словом, двигаться по Зоне ночью – адреналин почище, чем оказаться под обстрелом с вертолета или выбираться на джипе из глубокой канавы возле блокпоста.
И похоже, именно это нам и предстояло.
Зверье опасалось нападать на такой большой отряд двуногих. Только на берегу Чистого озера нас атаковал слонопотам – тварь тупая и мощная, без какого-либо инстинкта самосохранения. Однако мы приняли его в девять стволов, и даже столь массивной туше оказалось нечего противопоставить такому потоку свинца. Не успели мы отойти и пятидесяти метров, как в полумраке возле поверженного зверя началось мелькание проворных теней и возбужденное поскуливание – осторожно следовавшая за нами небольшая стая дохлых собак ликовала над неожиданным подарком небес.
На окраине Мертвого города я остановил свою команду.
– В бар пойду сам, – заявил я. – Зачем клану девять трупов, если можно прекрасно обойтись одним? Короче, если не вернусь или не дам о себе знать в течение часа, поднимайте всех наших. Война.
Ребята из моей группы расположились в подъезде брошенного дома, а я через угрюмые дворы и брошенные детские площадки с покосившимися качелями двинулся к бару «Сталкер».
Глава 10
Бар «Сталкер»
Свой бар темные оборудовали в подвале брошенного магазина по образу и подобию сожженного пьедесталовцами в начале двадцатых годов легендарного питейного заведения «Сто рентген».
Действительно, грех было не воспроизвести такую удачную коммерческую схему: на одной только выпивке клан наваривал процентов пятьсот, не говоря уже о том, что бар был серьезным конкурентом научному лагерю в области скупки артефактов, крупнейшей в Зоне перевалочной базой контрабандистов, а самое главное – стратегической точкой, куда ручьями стекались важные слухи и прочая крайне любопытная информация. Тем более что члены клана «Честь», которым когда-то принадлежали «Сто рентген», не могли восстановить бар сами: к тому времени темные благополучно вышибли их из Мертвого города.
Названия у бара темных на самом деле не было вовсе: с присущими им непосредственностью и философским пренебрежением к пустякам они не озаботились его придумать.
«Сталкером» же данное питейное заведение бродяги называли между собой потому, что на первом этапе его существования хозяева в качестве бесплатной рекламы кривыми буквами намалевали над входом: «Заходи в бар, сталкер!» Через некоторое время надпись была размыта кислотными дождями, и на стене осталось только «бар, сталкер!», удачно оказавшееся под жестяным козырьком.
– Здорово, Космонавт! – радостно рявкнул я в распахнувшееся окошечко. – Прозрачного нальете на четыре пальца усталому путнику?
Несколько мгновений темный оценивающе разглядывал меня через амбразуру, а потом с грохотом захлопнул
