Я кинулся на помощь другу и тут же получил ногой в грудь. Дыхание как молотком выбило. Несмотря на обманчивую хрупкость, силой княжна обладала немереной. Мы, четверо взрослых мужчин, еле распяли на земле рычащую и царапающуюся княжну.
— Ну, держим мы ее, а дальше-то что? — хмыкнул Виктор.
— Надо бы ее в дом отнести, — кивнул Мортифор на чудом уцелевший дом.
— Ага, еще, может, и на кровать положить? — огрызнулся я.
— А ты предлагаешь всю ночь вот так мучиться? — сверкнул глазами Мортифор. — Давно на земле зад не отмораживал?
— Ай! Ёптр турен имбарр! — взвизгнул Виктор, потирая мягкое место. — Она меня цапнула!
— Надо лучше приглядывать за тылами, — ухмыльнулся я, не в силах скрыть свое злорадство.
— Держи давай, не отвлекайся! — рыкнул Мортифор. — Скажи спасибо, что у нее зубы человеческими стали.
— Эх, Света, Света, что же ты ко мне как неродная, — обиженно вздохнул Виктор и перехватил руку княжны покрепче.
— А если достучаться до Светы телепатически и внушить ей чувство спокойствия и безопасности? — предложил Норри.
— Ты до нее просто не достучишься, — хмыкнул я. — Драконы от зелья сходят с ума. Еще не хватало нам тебя успокаивать!
Мы перехватили княжну за руки-ноги и потащили в уцелевшую избу. Расположить Драко на кровати оказалось еще труднее, чем перенести. Неподвижность и фиксацию конечностей она автоматически воспринимала как угрозу жизни, и досталось всем. За какие-то считаные минуты паразитка умудрилась три раза пнуть под зад эльфа, укусить Мортифора, едва не врезала по чувствительному месту Виктору и расцарапала мне лицо. Я чудом успел уклониться и спасти глаз, пожертвовав прокушенной кистью. До крови цапнула. Если она так человеческими зубами грызет, то не хочу знакомиться с ее трансформированными клыками.
— А может, ей по морде дать, чтобы вырубилась? — не выдержал я, когда она пнула меня под коленку.
— Не смей! — на удивление слаженно рявкнули Мортифор и бастарды.
— Ты не только травмируешь княжну, но еще и настроишь ее на воинственный лад.
— Как будто она сейчас в мирном настроении, — буркнул я.
— Так будет еще хуже, — припечатал Мортифор, — а нам ей еще блокатор каждый час вливать!
— Чтоб она тебе пальцы отгрызла, — пожелал мне Норри.
Вот же паразит! А я-то, наивный, думал: из них двоих чернявый самый вредный.
— Сколько нам еще мучиться?
— Часов восемь, — вздохнул Мортифор.
Кажется, это будут самые долгие часы в моей жизни.
5
Плакала береза, хохотал крыжовник,Подрались за вишню груша и шиповник,Матерился тополь, пела песни слива.Вот такая штука — димедрол и пиво!
Народная мудрость
Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко, правящая глава дома Драконов
Просыпаться было тяжело, голова трещала и болела так, что хотелось просто тихо умереть и не мучиться.
«Интересный напиток текила! Выпьешь — утром почувствуешь себя кактусом, только иголки растут внутрь, а не наружу», — тихо прокомментировало левое полушарие.
«Мы пили?!» — испуганно встрепенулось правое.
«Не помню», — покаянно прошептала левая половина.
«И я тоже», — повинилась правая.
«Надо у желудка спросить», — нашлась левая.
«Желудок?!» — заорали мозги.
Я рефлекторно дернулась и, обхватив голову руками, помассировала виски, пытаясь угомонить расшалившееся серое вещество. Тише вы! Сейчас моего дракона разбудите, и я сомневаюсь, что с похмелья он будет в хорошем настроении. И вообще, как такое получилось? Я же не пью крепких спиртных напитков?!
«Хозяйка, отбрось дилеммы. У нас тут горе: желудок умер! — запаниковало правое полушарие. — Не отзывается, скотина!»
«Сама такая! — огрызнулись где-то в области желудка. — Что это вы мне вчера подсунули?!»
«А на что было похоже?» — оживилась аналитическая половина мозга.
«На чай! На безобидный такой, невинный чай!»
«А чтоб прогорела та фирма, что его произвела!» — простонал в голове Вик.
Я разлепила веки и посмотрела на брата. Он лежал справа от меня, весь помятый, в синяках и царапинах. Что с ним случилось?
«Норри жив?» — испугалась я.
«Дышит пока».
«Что?!» — взвилась я в сидячее положение и тут же пожалела. Все тело словно было соткано из тысячи кусочков, каждый из которых ныл и болел. Тяжелая рука припечатала меня обратно к подушке, и на лоб лег холодный компресс.
— Полежи пока, — тихо прорычал Мортифор, вытянувшись по левую сторону, с таким же компрессом на лбу. Выглядел он так, будто на нем всю ночь галопом скакали по пересеченной местности. Хотя, исходя из моих ощущений, скакали, скорее всего, на мне.
«Норри, — мысленно позвала я брата, стараясь думать как можно тише, если такое вообще возможно. — Как ты себя чувствуешь?»
«Спасибо, хреново», — отозвались мне.
«А где ты?»
«Под кроватью».
«Чьей?»
«Твоей».
«А что ты там делаешь?» — задала я следующий глубокомысленный вопрос.
«Пауков считаю».
«Зачем?»
«Не знаю».
«Залазь к нам».
«Не могу. Высоко. Лучше ты ко мне спустись».
Я дернулась было к краю, но меня вновь прижала твердая рука супруга.
— Лежи, я сказал! Чего тебя на подвиги тянет?
— Ребята, а что это было? — тихонько прошептала я.
— Не кричи! — поморщился Вик.
— Мы тоже до сих пор понять не можем! — раздалось откуда-то из-под кровати. Значит, Норри не так уж и плохо, раз говорить может.
— Это ж надо было так начудить! — выдохнул Вик, потирая место пониже спины. — Ты меня, между прочим, за задницу укусила!
Ой, мамочки! Не хочу об этом знать! Что же я творила вчера?!
— А кто виноват? — обличающим тоном заметил Мортифор. — Кто ей заварил чай «Летящий дракон»?
— Ну я ж помочь хотел! — рыкнул Витька. — Я ж не знал, что она так улетит! Я этот чай у мамы взял. Коробочка на кухне стояла. Правда, надпись на ней была: «Детям не давать!» Но ведь пакетики были целыми и с логотипом марки! Думал, просто жадничают. И вообще, если бы одна блохастая сволочь ее до этого по лесу не укатала, ничего бы не случилось!
— Если бы ты слушался родителей и не совал сестре всякую непроверенную гадость, этого можно было бы избежать!
— А кто знал?! И вообще, Света совершенно нормальной была. Еще минуту с нами сидела, а в следующую секунду уже шусь — и драконом в небо.
— Мы подумали, она полетать захотела, — включился в рассказ Норри. — Ну чтобы лишнее напряжение сбросить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
